Революции. Очень краткое введение - Голдстоун Джек - Страница 10

Несмотря на это многообразие, существует несколько общепринятых принципов, касающихся итогов революций. Первый принцип гласит, что результаты не проявляются слишком быстро. Процессы, описанные в предыдущем разделе, обычно занимают многие годы и даже десятилетия. После падения старого режима проходит в среднем десять-двенадцать лет, прежде чем начинает вырисовываться облик стабильного нового революционного режима.

Во-вторых, революции подразделяют на несколько типов, с характерными, присущими им результатами. «Социальные революции» предполагают перераспределение больших массивов собственности, а к власти приходят ранее притеснявшиеся социальные группы. Масштаб перемен неизменно приводит к попыткам контрреволюции и требует для консолидации преобразований сильного режима. Поэтому возникают высокоцентрализованные, авторитарные государства, часто партии-государства или коммунистические режимы. Как правило, они выдвигают социальные программы, которые нацелены, на достижение более высокого уровня экономического равенства, перераспределение земли или коллективизацию, ликвидацию неграмотности и реформу образования, а также меры по развитию здравоохранения. Они часто проходят через периоды быстрой индустриализации и экономического роста и основаны на жестком центральном руководстве, однако если не проводятся рыночно-ориентированные реформы, этот рост существенно замедляется и заканчивается экономической стагнацией. Примерами могут служить французская, мексиканская, русская, китайская коммунистическая, кубинская, эфиопская и иранская исламская революции.

«Антиколониальные революции»; предполагают восстание против иностранных держав, контролирующих ту или иную территорию, и нацелены на создание нового независимого государства. Помимо завоевания независимости они приводят к неоднозначным последствиям внутри страны — одни ведут к демократиям, другие — к военным режимам или гражданским диктатурам, третьи — к коммунистическим режимам. Своим появлением — и это роднит между собой их результаты — новые национальные образования подрывают господствующую систему международных отношений. Потеря территории часто: ослабляет бывшую, метрополию, в то время как новые государства могут превратиться в полноправные, региональные державы. Другие державы могут стремиться к улучшению своего положения через союз с новыми государствами или пытаясь поставить их под свой контроль. Антиколониальные революции, таким образом, практически всегда приводят к важным изменениям в международных отношениях, которые затрагивают, многие государства. И если колониальные режимы других государств тоже достигли состояния неустойчивого равновесия, — всего одна антиколониальная революция может поднять волну таких революций, которая прокатится по всему континенту. Среди примеров — американская, гаитянская, латиноамериканская, алжирская, индийская, вьетнамекая, индонезийская, ангольская и мозамбикская революции.

«Демократизирующие» революции нацелены на свержение авторитарного режима — коррумпированного, неэффективного и нелегитимного — и замену его более вменяемым и представительным правлением. Они не мобилизуют своих сторонников, взывая к классовым антагонизмам (крестьяне против землевладельцев, рабочие против, капиталистов), но заручаются поддержкой всего общества. Демократизирующие революции могут начаться с избирательной кампании или с протестов против мошенничества на выборах. В них отсутствует идеологическая страсть, присущая революциям, вожди которых считают себя творцами нового общественного строя или нового государства. Поэтому они обычно носят ненасильственный характер и не приводят ни к гражданской войне, ни к радикальной фазе, ни к революционному террору. К сожалению, отсутствие жесткой борьбы означает, что власть попадает в руки нескольких различных групп ни одна из которых не желает принимать меры необходимые для консолидации власти и укрепления нового режима. Эти революции обычно плывут по течению; лидеры оказываются во власти коррупции и междоусобных разборок, а конечным результатом таких революций становится псевдодемократия, которая характеризуется либо часто сменяющимся руководством, либо возвращением авторитарных тенденций. Это особенно заметно в странах, которые не имели опыта демократии. Среди примеров — европейские революции 1848 г. у китайская республиканская революция 1911 г., антикоммунистическая революция в Советском Союзе, «цветные революции» в Украине, на Филиппинах и в Грузии, а так же арабские революции в Тунисе и Египте в 2011 г.

Не все революции принадлежат к названным главным типам. Например, революции 2011 г. в Ливии и Сирии начинались как демократизирующие, однако высокая степень этнической и племенной лояльности населения своим правителям привела к гражданской войне. Турецкая революция, Реставрация Мэйдзи и революция Насера в Египте, — все они стремились заменить традиционные монархии или империи современными национальными государствами с конституциями и светскими правительствами, однако все в конечном итоге привели к военным, режимам.

Как правило, революции приводят к демократии в обществах, уже имевших опыт демократического правлёния, а также там, где нет серьезных угроз в виде контрреволюции и гражданской войны. И наоборот, чем выше в рамках нового режима уровень поляризации и конфликта между соперничающими группами и чем сильнее приверженность революционных лидеров какой-то конкретной идеологии или этнической идентичности, тем менее вероятно, что результатом революции станет демократия.

Приверженность к какой-то конкретной идеологии или этнической идентичности делает новые революционные режимы особенно нетерпимыми к меньшинствам, которых часто превращают в козлов отпущения, сваливая на них вину за нерешенные социальные проблемы и объявляя их предателями или врагами. В некоторых случаях, таких как нацистская революция в Германии и кхмерская революция в Камбодже, нападки режима на меньшинства доходили до геноцида. Расовым и религиозным меньшинствам обещают многое, но для постреволюционных обществ подлинное равенство не характерно. Например, как в США после эмансипации, так и в коммунистической Кубе чернокожёе население продолжало страдать от дискриминации, несмотря на провозглашенное формальное равенство.

Еще одной областью, в которой результаты революций неизменно разочаровывали своих сторонников, являются права женщин. В течение долгого времени женщины устраивали шествия, демонстрации и боролись наряду с мужчинами за социальную справедливость. В 1789 г. парижанки пошли походом на Версаль, требуя продовольствия и достойных условий существования для своих семей и детей, а в 1791 г. Мари Гуз опубликовала «Декларацию прав женщины». В Мексике ведущими организаторами и авторами политических работ были Долорес Хименес-и-Муро и Эрмила Галиндо. Тысячи женщин сражались в революционных армиях как soldaderas. В России и Германии Александра Коллонтай, Надежда Крупская и Роза Люксембург входили в руководство коммунистических и социалистических партий. На Кубе важную роль в революции играли Селия Санчес и Вильма Эспин, а в Никарагуа более 30 % вооруженных сандинистов составляли женщины.

В обмен на исключительное мужество и жертвы революционные лидеры часто обещают женщинам равное положение в новом революционном режиме. Однако вплоть до настоящего времени все происходит таким образом, что как только революционный режим берет власть в свои руки, мужчины неизменно захватывают большинство главных политических, военных и экономических постов, а женщин уговаривают вернуться в семьи и заниматься исключительно домашним хозяйством. Даже там, где женщинам предоставляется возможность получить образование, работу и войти в профессиональное сообщество, их труд оплачивается хуже, чем труд мужчин, и им все еще приходится выполнять большую часть обязанностей, касающихся воспитания детей, и ведения домашнего хозяйства. И хотя в некоторых случаях в результате революций женщины становились национальными лидерами — примерами служат Индира Ганди в Индии, Виолета Чаморро в Никарагуа и Корасон Акино на Филиппинах, — они добились этого как преемницы своих отцов или мужей, видных политиков, и были не в состоянии изменить доминирующий патриархальный характер своих обществ. Как и этнические и религиозные меньшинства женщин систематически обманывали, обещая им равенство. Успеха же они достигали только тогда, когда организовывали собственные массовые кампании в защиту избирательных и других прав.