Ленон и Гаузен: Два клевых чужака (СИ) - Кочетов Сергей Николаевич - Страница 99

Большой и красный носил имя Напрокорм. Он был ужасно ленивым драконом. От полета у него кружилась голова, а от овечьей шерсти была изжога. Когда он узнал, что по его душу прибывают три наемника, то захотел первым расправиться с ними, но вылезать из пещеры ему не хотелось. Тогда он решил, что уж лучше пусть еда сама ползет ему в брюхо. Он замаскировал вход в свое логово под питейное заведение, высунул, будто ковер, язык на месте входа и стал ждать веселой компании. Ждал-ждал и заснул, не закрывая рта, потому что челюсти застряли в пещерных сводах. Когда дракон проснулся, то почувствовал, что в его глотке наплевано, что его желудок кто-то перепутал с кишечником, а язык вообще местами был прожжен насквозь. Тогда Напрокорм испугался, что в следующий раз они могут остаться здесь на всю зиму, и решил сменить место жительства.

А волшебник, воин и вор даже не подозревали, где провели время, и отправились на дальнейшие поиски дракона.

А другой дракон по имени Зиф был полной противоположностью первому. Он был маленький, золотистый и трусливый. Но он тоже жил в пещере, чей вход он даже не удосужился замаскировать. Когда трое друзей вошли в нее, тот от страха притворился статуей. Маг и волшебник оставили воина сторожить вход, на случай, если, как им казалось, настоящий дракон заглянет, а сами отправились в ближайшую деревню за подмогой. Вернулись они с крестьянином, который управлял повозкой, запряженной волами.

— Большеват он для телеги, — засомневался извозчик, посмотрев на дракона, изображавшего драгоценную статую. Но, поднапрягшись, вчетвером они взвалили золотистого истукана на повозку и вывезли в деревню. А когда его захотели переплавить, Зиф настолько охрабрел от творившегося вокруг, что сжег кузню и улетел куда подальше. Так воин, волшебник и вор избавили окрестности ото всех драконов.

— Вообще, неудивительно, что драконов осталось так мало, — от себя добавил к истории Гаузен. — Кто же станет терпеть, когда на тебя с высоты броска камня валится зловонная куча размером со скалу?

— Стой снаружи, — велел погрому Гаузен, подойдя к пещере. — Сторожи вход на всякий случай.

Юноша подумал, что визит к чудовищу вместе с другим монстром мог бы показаться хозяйке жилища не совсем дружеским.

— Эй, хозяева! Есть тут кто? — кричал Гаузен уже внутри, продвигаясь вглубь. Он подумал, что в данном случае лучше прийти незваным, чем быть застигнутым вернувшимися жильцами.

— Что вам? Испугались и решили вернуть яйцо? — раздался одновременно дребезжащий и будто бы прокуренный голос.

— Если бы бензопила умела говорить, то с определенной натяжкой этот голос можно было назвать женским, — подумал Ленон, который все это время неотступно сопровождал Гаузена.

На спутников смотрела змееподобная крылатая бестия с красноватой чешуей и огромными, отдающими золотистой желтизной с проблесками зеленого, глазами.

— Какое яйцо? — не понял Гаузен. Ленон же от испуга не мог вымолвить ни слова.

— Которое украли этой ночью! Отдавайте, или я испепелю вас, — и дракониха шумно набрала воздух, готовясь к смертоносному выхлопу.

— Мы тут не причем! Я Ленон. А это Гаузен, — в кои-то веки первым подал голос юноша. — Мы пришли, чтобы помочь разрешить ситуацию.

— А меня зовут Гроза, — представилась дракониха. Похоже, ей были все-таки знакомы некоторые правила приличия.

— А почему Гроза? — взбрело в голову Ленону.

— Потому что не повезет тому, на кого я обрушусь, — не моргнув глазом, пояснила дракониха. — Проблему можно разрешить только одним способом — верните яйцо, — несколько успокоившись, продолжала настаивать на своем дракониха.

— Мы за этим и пришли, — вернул себе инициативу Гаузен. — То есть не совсем за этим, а чтобы узнать, как оно пропало?

— Если бы я знала как, то уже летела бы вдогонку, — печально вздохнула Гроза.

— Извините, а как вы чистите зубы с такими короткими… руками… ногами… Я хотел сказать лапами… То есть конечностями, — засмотревшись на когти драконихи вдруг стало интересно Ленону.

Гаузен, возмущенный бестактностью спутника, кинул на него гневный взгляд, но чудище не смутил подобный вопрос:

— Когда-то у меня для этого был специальный человек, но как-то раз во время чистки он случайно пощекотал меня своей щеткой, и я чихнула… И чистить больше стало некому.

— Надеюсь, он не сильно страдал? — содрогнувшись, поинтересовался Ленон.

— Нет, но он в несколько раз потребовал повысить себе оплату… Ему, видите ли, обожгло лицо, — пожаловалась дракониха.

— Точно! — хлопнул себя по лбу Гаузен. — Есть же один у Кловиада бандит! Звать его Зубочистом, и у него обожжено лицо.

— Это он, — согласно кивнула своей змееподобной головой Гроза.

— Наверное, он украл яйцо или показал, как незаметно проникнуть в пещеру, — опередил друга с выводом Ленон.

— Если мы вернем вам яйцо, вы прекратите нападать на городок? — перешел к сути дела Гаузен.

— Ну, если вы говорите правду, значит, местные не виноваты. Может, потом я под настроение даже принесу им пару оленей или кабанов в знак компенсации. Но это только после того, как мне возвратят яйцо, — заявила крылатая бестия.

— А вы не можете вылететь с нами и поискать их? Так будет эффективней, — предложил Гаузен. Он не был кровожадным, но в тайне надеялся, что дракониха сможет расправиться с его недругами раз и навсегда.

— Ну, нет! — воспротивилась Гроза. — И оставить без охраны еще и сокровища? А вдруг вы в одной банде с похитителями?

Тут Гаузену пришла в голову другая мысль. Он вспомнил, что срок годности лекарства для Салочки истекает, и если представляется более быстрая, чем конное путешествие, возможность уложиться в срок, то почему бы ей не воспользоваться.

— А если мы вернем яйцо, то после вы не могли бы кое-куда отвезти нас? Это не займет много времени, — тут Гаузен вспомнил подробный адрес домика Салочки, который описывала тетушка Галатея. Он располагался в окрестностях Вейносты неподалеку от самой столицы.

— С таким размером вашего прекрасного крыла вас не должно это сильно затруднить, — неловко попытался сделать комплимент юноша, упомянув важную, как ему казалось, техническую деталь.

— Ну, не знаю, — задумалась дракониха, которой, похоже не хотелось покидать жилище и отправляться на необязательно попутном ветре в неизвестном направлении. С другой стороны, она, наверное, удивилась, что пришедшие не попросили сокровищ, и подобная бескорыстность, возможно, пришлась ей по душе. — Хорошо. Принесите мне яйцо, а я вас потом немножко покатаю, — согласилась дракониха, у которой, похоже, взыграл материнский инстинкт.

— Только одна просьба, — в последний момент вспомнил Гаузен.

— Ну что еще? — переспросила Гроза.

— Пока нас не будет, не жгите, пожалуйста, дома в Ротане, — попросил велит.

— Людям от этого очень некомфортно, — подтвердил Ленон.

— Думаю, на пару дней я воздержусь от этого, — пожала крыльями дракониха.

Вернувшись, Ленон с Гаузеном продолжили свое расследование. Поспрашивав немного жителей городка, друзьям удалось узнать, что в ночь нападения приходила странная группа людей из четырех человек, среди которых был, как минимум, один монах.

— Все сходится. Я же говорил, что это могут быть Кловиад с Арсином, — заявил Гаузен. — Наверняка, они украли яйцо! И зачем оно могло им только понадобиться?

— Может быть, они решили воспитать дракончика, а потом натравить его на нас? — робко предположил Ленон.

— Да ты знаешь вообще, сколько это займет времени? — возразил Гаузен. — Постареть можно, пока ждешь! Слушай-ка, Ленон, зачем вообще нужны эти драконьи яйца?

— От яиц, говорят, волосы пышные, — пожал плечами Ленон.

— Да нет, — рассмеялся Гаузен. — Пышные волосы понадобятся им разве что на будущей коронации правителя Велитии, чтобы на парики не раскошеливаться. А у Арсина-то и волос почти не осталось, чтобы что-то натирать. Разве что драконье яйцо — это еще и лекарство от облысения… Нет, думаю, совсем не туда они торопятся… Ну а вообще-то я имел в виду, чтобы ты заглянул в книгу, а не демонстрировал свои обширные познания.