Дневник. Первые потрясения (СИ) - "shellina" - Страница 79

Филипп схватился за голову, ему пришлось возвращаться на континент и снова пасти этого барана. А ведь он только-только вникнул во все дела и активно включился в работу. В Отделе Филу понравилось. Он занимался внешними связями. Резидентура, связь с маггловскими спецслужбами, в общем, всем тем, о чем я имел весьма смутное представление. Всем, за исключением разведки. Еще одна моя головная боль. Совершенно не представляю, кого наградить этим геморроем. Мне, в который раз, захотелось прибить Малфоя, который лишает меня друга, наставника, незаменимого советчика и, наконец, ценного сотрудника.

Хагрида тогда никто не тронул, не посмели. Его даже не пожурили.

Странно, я ведь не единого слова председателю комиссии не сказал, просто любовался растениями, стоящими на окне в его кабинете. Красивые такие цветочки. Председатель оказался очень душевным человеком. После заседания, он мне даже особо понравившуюся мне орхидею подарил. Зря на него наговаривают, мол, сволочь неадекватная, латентный садист и прочее. А вот с нервной системой у него что-то не в порядке, потеет слишком, наверное, вегетатика пошаливает. Я его даже пожалел, и когда прощался, к целителю порекомендовал обратиться. Мда.

На самом заседании Хагрид особо не выступал. Больше молчал. Он умный человек и прекрасно понимает, что одно присутствие на комиссии, рассматривающей какого-то гиппогрифа, начальника Отдела Тайн – это уже не в порядке вещей. Поэтому он засунул свой, не побоюсь этого слова, выдающийся интеллект куда подальше и включил недалекого лесничего на полную катушку.

Собственно, о том, что я всего лишь рассматриваю прекрасные орхидеи, поняли все задействованные в процессе члены комиссии. Наживать врага, особенно такого, не хотел никто. И все беспрекословно поддержали председателя, который ратовал за освобождение преподавателя Хогвартса.

Но гиппогрифа все же казнят. Майкнейр – сука, очень уж довольным выглядел. Хорошо, что штатный палач не присутствует в Министерстве постоянно. Во всяком случае, с Реем он ни разу не встречался. А то пришлось бы его списывать. Мне лишние осложнения не нужны. Рей бы об этом даже не узнал. Зачем ему лишний раз волноваться?

А в мае грянул гром.

Я находился в лаборатории, когда туда заскочил Эван.

- Сев, у нас ЧП. Тео Джонсон пропал, а показатели с его гарнитуры показывают, что передатчик в данный момент находится в чужих руках, и с него пытаются выйти на связь.

- С кем пытаются связаться? – Так, спокойно, Сев. Вдохни – выдохни, Мерлинова мать, мальчишке нет еще и двадцати. Если с Тео что-нибудь случиться, я сам порву этих тварей!

- С Реем! - Я впервые видел всегда уравновешенного и спокойного полковника таким возбужденным.

- Кто?

- Выясняем.

- Мы можем настроиться на канал Рея, чтобы хотя бы послушать, что происходит?

- Ребята этим сейчас и занимаются.

- Тогда какого хрена мы здесь стоим? В операторскую, быстрее!

Прорвавшись к пульту, над которым колдовали Керри с Сэмом, одним из тех мальчиков, которых притащил с собой Мальсибер, мы рухнули в кресла.

Минуты текли мучительно долго. Я плюнул на все и вгрызся в ноготь.

- Есть контакт, но мы можем сейчас только слышать, что происходит на волне Рея и запеленговать, где будут находиться эти уроды.

- Переделать систему. - Голос Эвана звучал спокойно, как-то очень спокойно. О том, что происходит, мы могли только догадываться, по разносившимся в комнате звукам. - Даже если Мальсибер выключит связь, мы должны все равно его слышать. Еще не известно, где он находится и что с ним происходит.

В Операторской прозвучал очень знакомый голос, мой голос, но с чисто мальсиберовской издевательской интонацией.

— Я нашел это рядом с Гремучей ивой. Очень удобная вещь, Поттер, большое спасибо…

- О чем это он?

- Не знаю, вероятно, о мантии-невидимке. Поттер же ее с умом использует. - Я зло сплюнул отгрызенный ноготь.

— Возможно, вас удивляет, как я узнал, что вы здесь? Я как раз шел в ваш кабинет, Люпин. Вы забыли вечером принять свое зелье, я понес вам лекарство и тут, к большому счастью — к счастью для меня, разумеется, — увидел у вас на столе некую Карту. Я взглянул на нее и сразу все понял. Вы бежали известным мне туннелем и далее исчезли…

Что? Этот… Этот… Ах, ты ж оборотень недоделанный! Какого хрена! Ноги твоей в Хогвартсе после такого не будет! И я приступил к терзанию следующего ногтя.

— Сколько раз я говорил Дамблдору, что это вы помогаете старому другу Блеку проникать в замок. И вот оно, доказательство. Но мне и во сне привидеться не могло, что у вас хватит духа вновь воспользоваться этой развалюхой как убежищем…

И тут он замолчал, потому что в его передатчике появился чей-то мерзкий голос:

- Твой мальчик у нас. Ты же дорого ценишь своих людей? Не так ли? Не делай резких телодвижений, и он выживет. Чтобы сразу расставить все точки я представлюсь. Меня зовут Майкл Хиггинз, рядом со мной стоят: Ричард Гилберт, кстати – он оборотень, и Джон Фаррел. Мы дети убитых тобой замечательных людей. А что, у нынешнего начальника Отдела Тайн появился свой собственный цепной пес, свой собственный Пожиратель, которому дали команду «Фас» и он сразу побежал перегрызать глотки неугодным руководству людям? Что, привык свою задницу Лорду подставлять, решил хозяина сменить? Что ты на это скажешь? – в голосе появились глумливые нотки.

Я начал молиться. Не слушай его, Рей.

- Керри? – бросил я спецу довольно резко.

- Еще минут десять, Сев, главное, чтобы они не отключились.

— Этой ночью в Азкабане станет на двух узников больше,. – Голос Рейнарда зазвенел от с трудом сдерживаемой ярости. В эфире послышался глубокий выдох и щелчок, теперь он обращался к Люпину и, скорее всего, к находившемуся где-то рядом Поттеру. — Вот интересно, как это понравится Дамблдору… Он был так уверен в твоей совершеннейшей безвредности, Люпин, вервольф ты наш домашний…

Что происходит? Где он? Почему Рей все еще с этим оборотнем облезшим, а не здесь? Почему мы слышим только Рея и того кто с ним разговаривает по связи? Передатчики придется переделывать. Полностью. Причем до такой степени, чтобы никакой урод связаться по ним больше ни с кем не смог.

- Нам нужен ты, Мальсибер. Только ты. Твоя жизнь в обмен на жизнь твоего мальчишки. Решай, только быстрее, он уже почти не дышит, - говоривший явно наслаждался растерянностью Рейнарда.

— Только дай мне повод, — прошипел Рей, — дай повод, и, клянусь, я убью тебя.- Голос Мальсибера не оставлял никаких сомнений в том, что обещанная смерть будет далеко не легкой и безболезненной.

— Мисс Грейнджер, вы уже на грани исключения из школы! — рявкнул Рей, после очередного щелчка. — А что касается вас, Поттер и Уизли, вы вообще перешли все границы, проводите время в компании закоренелого убийцы и оборотня. Так что раз в жизни придержите языки.

Блять! Там еще и вся эта троица собралась в полном составе и, судя по всему, неуловимый Блек. Какого хрена во всех непонятных делах всплывает этот Поттер? Я выплюнул очередной ноготь. Представляю, что они сейчас думают. Их же Рей не может выключить из разговора. Ну почему мы слышим только Рея?

— Молчать, глупая девчонка! Не рассуждай о том, чего не понимаешь!

Заткнись, Грейнджер, заткнись, ради Мерлина. Рей сейчас в таком состоянии, что может наделать глупостей, о которых будет впоследствии жалеть.

- Ты что-то слишком долго думаешь. Что, свою жизнь ты ценишь выше других? А может мы поймали не того? Может все-таки существуют люди, которые тебе по-настоящему дороги. А? Рейнард Мальсибер? – голос поменялся. Теперь он напоминал рык. Оборотень. Рей, только не ведись, не делай глупостей.

Щелчок:

— Месть может быть так сладка, — промурлыкал доведенный до белого каления Рей. — Как же я мечтаю, что сам поймаю тебя…

- Есть, я накрыл этих уродов, вот координаты, - и Керри начал что-то быстро писать.