Зеленый шарф (СИ) - "tuuli-veter" - Страница 5

— Что?

Увидел похабную улыбку Забини, наконец-то все понял и смутился до слез. Забини откровенно веселился, глядя на его покрасневшие щеки. Гарри прикрыл глаза рукой и тоже тихо рассмеялся. Драко поднял лицо, на которое постепенно возвращалась аристократическая бледность, обложил обоих идиотов изысканным трехэтажным матом, посмотрел, как обалдевшие Гарри и Забини тут же выхватили перья и кинулись его записывать, чтобы такое добро не пропало втуне, не выдержал и расхохотался вместе с ними.

Гриффиндорская половина класса с высокомерной завистью смотрела на троих давящихся смехом парней. Похоже, что их бойкот давал совсем неожиданные результаты.

*

Немного отстав от слизеринцев, парни быстро шли по длинному коридору в Большой зал.

— Поттер, на обед сядешь со мной за слизеринский стол, — тон Малфоя не оставлял никакого права на сомнения. — Тем более, с Забини, я смотрю, вы уже поладили.

Гарри снова рассмеялся, потом посмотрел на Драко и уточнил:

— Значит, уши, Малфой?

— Поттер, — взорвался Драко, — если я услышу еще хоть одно слово о моих ушах…

Гарри развернулся, впечатал его в стену и, втискиваясь в его ухо губами, зашептал:

— То что? Что ты мне сделаешь, Малфой? — его шепот постепенно переходил в парселтанг, поэтому он продолжал говорить, не волнуясь о том, что Драко его поймет. — Ты такой офигенный, Малфой. Ты такой красивый. Если кого-то и хотеть, то только тебя. Я весь урок глаз от тебя не мог оторвать. А когда понял, что ты возбудился, сам чуть с ума не сошел от желания.

Гарри отстранился и увидел, что Драко стоит с закрытыми глазами, дышит судорожно и прерывисто, а на его пепельно-бледном лице лишь отчаянно розовеют резкие скулы, и по виску стекает капля прозрачного пота.

— Ой, прости, Малфой, я не знал, что это у тебя так сильно, — Гарри прикрыл его собой от любопытных взглядов школьников, спешащих на обед, еле сдерживаясь, чтобы не схватить его в охапку и не начать целовать прямо в коридоре.

— Сволочь ты, — голос Малфоя был таким несчастным, что Гарри совсем сник.

— Драко, я больше так не буду, правда.

— Тогда ты дважды сволочь.

Гарри улыбнулся, так нестерпимо захотелось покрыть поцелуями измученное желанием капризное лицо. Он уткнулся лбом в малфоевский висок.

— Обязательно буду, только наедине, так пойдет?

Драко улыбнулся, по-прежнему не открывая глаз, и кивнул:

— А теперь не трогай ты меня, ради Мерлина, хотя бы пару минут, Поттер, а то мы никогда не попадем на обед.

*

Забини, который занял место для Драко, вполне дружелюбно потеснился вправо, чтобы Гарри тоже мог поместиться:

— Итак, Поттер, ты теперь с нами? Давай, переводись на наш факультет, мы не против.

Гойл согласно кивнул, отодвигая плечом Нотта, который явно хотел добавить что-то нелестное, а Панси Паркинсон с усмешкой посмотрела на Драко и уточнила:

— Ну что, мы были правы?

Драко спокойно пожал плечами и придвинул Поттеру тыквенный сок, до которого тот не мог дотянуться. Слизеринцы фыркнули и расхохотались.

— Чтобы наш Драко о ком-то еще так заботился! Знаешь, Поттер, самое обидное в этом, что ты даже не оценишь.

— Я оценю, — Гарри сияющими глазами посмотрел на Малфоя. — Я правда ценю, Драко.

Со всех сторон слизеринского стола раздались веселый свист и улюлюканье. Из рук в руки начали переходить кнаты и галлеоны.

— Эти скоты организовали тотализатор и делают на нас ставки, — Драко светло улыбнулся Гарри. — Теперь они пристают ко мне с бестактными вопросами насчет первых поцелуев, первого секса и тому подобного, а я их посылаю. Готовься к тому, что теперь с этими вопросами они начнут клеиться к тебе, и не поддавайся на их подлые провокации, — Драко хмурился и улыбался одновременно. — Ты не сердишься за эту маленькую слизеринскую слабость все превращать в деньги?

Гарри рассмеялся и, азартно наклонившись к Забини, поинтересовался:

— Могу я тоже сделать ставку? Сколько к одному сейчас на первый секс?

За что и получил от Малфоя чувствительный удар по голове лопаткой для пирога к искренней радости слизеринцев.

========== - Глава 5 - ==========

— Знаешь, чего я не понимаю, Малфой, — Гарри бежал по коридору спиной вперед и заглядывал в невозмутимое лицо Драко. — Почему ваши слизеринцы со мной такие милые? Они же должны меня ненавидеть?

— Балда ты, — нежно отозвался Малфой, удерживая его за плечо, чтобы тот не споткнулся. — Ты, разумеется, уже забыл, что свидетельствовал за наши семьи в суде и существенно снизил наказание для большинства родителей.

— Забыл, — растерялся Гарри.

— Я и говорю - балда. Совершаешь добрые поступки и сам не помнишь своей выгоды. А слизеринцы тоже умеют быть благодарными. По крайней мере, долг чести для них свят.

— Знаешь, Драко, для меня все это так странно. Дружить со слизеринцами, враждовать с гриффиндорцами и целоваться с тобой. Это какой-то неправильный мир, но он мне нравится намного больше прежнего.

— И ты не скучаешь по рыжему и гр… Грейнджер? — в голосе Драко послышалась чуть заметная тревога.

— Скучаю. Особенно по Гермионе. Она ведь всегда была со мной и никогда раньше не предавала, — и, заметив, как поникли плечи Драко, быстро добавил, — но если мне предложат выбирать между ними и тобой, я выберу тебя.

— Почему? — изумление в серых дымчатых глазах было неподдельным. — Ты со мной всего полтора дня.

— И уже готов выбрать тебя, — Гарри и сам не понимал свои внезапные сильные чувства к Малфою. Словно в один момент в его голове минус поменяли на плюс, и сильная ненависть превратилась в такую же сильную влюбленность. — Не представляю, что будет через месяц, наверное, захочу на тебе жениться, — улыбнулся Гарри, не замечая, как вздрогнул Драко, и серьезно добавил: — Я не знаю. Правда не знаю, Драко. Просто это будешь ты.

Малфой быстро огляделся по сторонам и втолкнул Гарри в пустой кабинет.

— По-о-оттер, — прошептал он ему в губы и прижал к стене, вжимаясь в него всем телом. — Какой же ты глупый, По-о-оттер.

Гарри наконец-то дотянулся до его хвоста, стащил черную ленту, которая мешала ему думать весь урок, и восхищенно замер, глядя, как растекаются по плечам малфоевские белоснежные пряди.

— Драко, — жарко зашептал он, мгновенно срываясь на парселтанг и снова начиная терзать малфоевское ухо. — Какой ты прекрасный, Драко. Ты невероятно, нереально красивый. Обожаю тебя. Я готов смотреть на тебя бесконечно, — на этот раз Гарри не боялся переборщить, потому что они были одни, и он мог себе позволить все, что угодно. — Я просто умираю от твоих волос. Наверняка у тебя в роду были высшие эльфы. Или вейлы. И ты меня приворожил. Потому что меня к тебе тянет как магнитом.

Малфой молчал, не понимая ни слова, хрипло дышал и все крепче прижимал Гарри к стене. Бедром Гарри почувствовал твердый малфоевский член и изо всех сил прижался к нему своим отяжелевшим пахом. Губы Драко нашли его рот и растворились в поцелуях, страстных, больных, как укусы. Сплетающиеся в дикой схватке языки, зубы, впивающиеся в нижние губы, хриплые непрерывные стоны и невозможный жаркий шепот: “хочу тебя, хочу, хочу”.

— Мой, Поттер, ты мой, — голос у Драко был неприлично хриплый, болезненный.

— А ты мой, Малфой. Мооой, — Гарри сходил с ума от настойчивых поцелуев в шею и громко стонал. — Метишь меня? Метишь… Мой Малфой. Мой. Мерлин, как же это звучит, это меня сводит с ума. Мой Малфой.

Драко дрожащими пальцами стал расстегивать его рубашку. Гарри в свою очередь рванул малфоевскую просто так, выдирая пуговицы.

Хочу, хочу, хочу. Колотилось в висках, сладко сжимало сердце, мучительно ныло в паху. Неужели можно кого-то хотеть с такой силой. Руки бесстыдно тянулись к чужой ширинке, рвали пуговицы, выдирали молнии, и наконец блаженное, долгожданное — чужой член в руке, встречный захват и стоны, стоны, перемешивающиеся с поцелуями, укусами и клятвами. Хочется так сильно, что больно дышать.