Вернуть или вернуться (СИ) - "tuuli-veter" - Страница 16

Драко уткнулся в него лбом и затих.

Поверх его головы Джордж поймал встревоженный взгляд Фреда и качнул головой, показывая, чтобы брат не надумал вмешаться.

— Драко?

Малфой глубоко вздохнул и обреченно признался куда-то в плотную ткань:

— Отца сегодня забрали.

Прижимая Малфоя к себе, Джордж чувствовал, как под его рукой содрогаются острые лопатки. Не зная, что тут можно сказать, он просто тихонько укачивал его в объятиях, как его самого когда-то Малфой.

— Что ты ревешь как девчонка? — раздался совсем рядом с ними насмешливый голос Фреда. — Не можешь дождаться, пока мы уйдем? Так вот, нам для начала нужен профессор. Его вообще как-то можно найти в этом бедламе? — Джордж изумленно уставился на брата, но Фред продолжил как ни в чем не бывало: — Ладно, пойду сам его поищу. Только боюсь, что у вас тут ногу сломаю. Не пойму, как вы вообще живете на этой помойке.

Малфой поднял лицо с покрасневшими глазами, отстранился от Джорджа и с ненавистью уставился на Фреда, сверкая глазами:

— Да что ты себе позволяешь, Уизли? — холодно процедил он, вскидывая вверх подбородок.

Джордж тоже смотрел на брата растерянно и непонимающе. Фред хмыкнул и подмигнул им обоим:

— Очнулся? Я так и знал, что это лучший способ привести тебя в чувство. Успокойся, Малфой. Вернешь себе Гарри, а он тебе — твоего отца, — сказал тот и положил руку ему на плечо, дружески утешая. — Гарри любит тебя. Только вспомнить об этом не может. Я сам видел, — и, глядя в недоверчивые злые глаза, в которых невольно разгоралась надежда, добавил: — А сейчас нам и правда нужен профессор. Мы сами с Гарри заклятие не снимем.

*

— Мистер Уизли, вы не могли бы посторониться? Мне будет нужна его кровь.

Снейп раздраженно тасовал на столе какие-то реактивы и капал на стекла прозрачное зелье.

Фред отошел от стола и, обернувшись на хлопок аппарации, невольно бросил быстрый взгляд на Малфоя, который с непонятным выражением на лице смотрел, как возникший в центре комнаты Гарри изумленно оглядывается, а появившийся вместе с ним Джордж уверенно подталкивает его к столу.

— Мистер Поттер, дайте мне руку, — коротко приказал Снейп, и, прежде чем Гарри успел удивиться, ловко ткнул его в палец иголкой, собирая в сосуд бордовые капли.

— Почему вы всегда делаете мне больно, профессор? — Гарри усмехнулся и вопросительно взглянул на него.

Снейп метнул на него быстрый сердитый взгляд и, отказываясь слышать в его словах какой-то подтекст, сухо соврал:

— Приказ Аврората. Уйдите и не мешайтесь какое-то время. Драко вас развлечет.

Казалось, получив то, что нужно, профессор сразу утратил к пациенту всяческий интерес. Капая кровью на зелья и водя над стеклами палочкой, он увлеченно склонился над искрящимися и дымящимися магией образцами.

— Может мне кто-нибудь объяснить, что здесь происходит? — Гарри растерянно подошел к ожидавшей его троице.

— Мы что-то устали с вами возиться, правда, Джордж? — Фред нарочито зевнул и потянул за собой брата на ближайший диван с глубокими прорехами в обивке. — Мне надо отдохнуть после воскрешения. Гарри, пусть тебя развлекает Малфой.

Гарри, смутившись, независимо отвернулся и, засунув руки в карманы, отошел к дальней стене разглядывать потрескавшуюся штукатурку и пустые рамы картин. Драко, с болью в глазах следил за ним взглядом.

— Иди за ним, ну! — Фред состроил ему страшные глаза.

Малфой презрительно усмехнулся, но все же двинулся следом за Гарри, ступая так медленно, будто сомневался в каждом своем шаге.

— Нравится, Поттер? — издевательски спросил он, увидев, как Гарри, задрав голову вверх, разглядывает поврежденный потолок с заляпанным панно и оббитой лепниной.

— Здесь было красиво, — Гарри неожиданно обернулся к нему. Глаза его сияли почти детским восторгом. — И, наверное, еще будет. Вы же все это почините, правда, Малфой?

Драко поджал губы и, чувствуя, как в груди растекается облегчение и благодарное тепло, неловко пожал плечами и предложил:

— Хочешь, устрою тебе экскурсию по дому?

*

Драко водил Поттера по всему дому в течение часа. Показывал, рассказывал, объяснял. Когда они, наконец, решили вернуться к остальным, он чувствовал себя уставшим, как никогда прежде. Целый час наедине с ним. Он измучился. Целый час, когда можно было словно невзначай прикасаться к его рукаву, тянуть за собой или под каким-нибудь надуманным предлогом передвигать с одного места на другое, чувствуя, как под его пальцами напрягаются мускулы на предплечьях. А еще таинственным шепотом сообщать старинные секреты древнего рода, приближая свое лицо почти к самому его уху, и незаметно стараться вдохнуть его запах. И Поттер вовсе не отстранялся — улыбался ему искренне и чуть застенчиво, послушно идя за ним следом, внимательно слушал и расспрашивал, как будто ему это и впрямь было интересно. Все это время Драко был самым счастливым и самым несчастным человеком на свете.

Особенно, когда Гарри остановился у большого окна в том же самом месте, где любил стоять сам Драко и рассеянно посмотрел на раскинувшийся за стеклом парк.

— Знаешь, я ведь даже не представлял, что можно так жить, — улыбнувшись Малфою, Поттер снял очки и начал протирать стекла краем мантии. — Как в музее. Наверное, это требует кучи усилий? — он вопросительно вскинул на него глаза, и Драко зачарованно замер.

Так и не сумев ничего толком ответить, он лишь кивнул, завороженно глядя на поттеровские глаза без оправы — беззащитные, неожиданно большие и от этого трогательные. Гарри еще раз быстро взглянул на него, смешался под пристальным взором и поспешно перевел глаза на окно. В его радужках отражалась зелень мэнора, делая их еще зеленее. Или они сами по себе были такого цвета?

— Ты этим всем занимался? — смущенно спросил Гарри, кивая на парк.

— Отец, — слово болезненно отозвалось в груди, и Драко прикусил губу. — Теперь, видимо, буду я, — он постарался сказать это как можно небрежнее.

Поттер снова посмотрел на него своим рассеянным беспомощным взглядом, который лишал Драко остатков разума и силы воли. Он почему-то так и не надевал очки, и было в этом что-то настолько интимное и личное, что Драко чуть ли не задыхался от несбыточного желания прикоснуться к его щеке.

— Послушай, Малфой… — Гарри шагнул ему навстречу, и Драко невольно подался к нему в ответ. Теперь они стояли совсем рядом. — Драко… — тихо исправился Поттер, и Драко почувствовал, что ему не хватает дыхания. — Я знаю, мне близнецы сказали, что его… что он… Я обещаю тебе… я постараюсь сделать все, что от меня зависит, чтобы его отпустили.

Искренний, взволнованный взгляд, растрепанная челка, падающая на глаза, длинные ресницы и пунцовые губы в сети мелких трещинок, чуть обкусанные и обветренные, но от этого еще больше желанные в своей настоящести. А на скулах несколько золотистых веснушек. Как Драко раньше не замечал, что у Поттера есть веснушки? Как он мог жить без всего этого?

— Зачем тебе это, Поттер? — тихо спросил он, не в силах отвести глаз от его лица.

Они стояли так близко друг к другу, что Драко казалось, он слышит, как бьется поттеровское сердце. Или это так сильно стучит его собственное? За них обоих…

Поттер неловко сглотнул, разглядывая его лицо так же тревожно и жадно:

— Не знаю… Наверное, потому что я… — почти прошептал он. — Потому что я для тебя… Драко… Ради тебя…

Сердце вздрогнуло и остановилось.