Моя"крыша" - Кремль (СИ) - Соболев Сергей Викторович - Страница 64

Для начала он обследовал лестницу запасного выхода. И ничего — вернее, никого — подозрительного здесь не обнаружил.

По ходу дела он вызвонил по сотовому "деверя" и, когда тот наконец отозвался, спросил:

— Вы посылали людей в наш пансионат?

— Нет, — сказал Заречный, — не посылал. А что за проблемы?

— Значит, к нам пожаловали незваные гости, — сказал в трубку Рейндж. — Как минимум трое.

— Подробности?

— Как раз сам пытаюсь выяснить…

— Добро, я поднимаю "тревожную" группу!

— Наверное, не помешает. Я через несколько минут еще раз прозвоню!

— Добро, — повторил Заречный. — Если тревога окажется ложной, я дам отбой.

Рейндж выглянул в застекленную дверь, отделяющую лестничный проем запасного выхода, которым они с Измайловой пользовались здесь гораздо чаще, чем парадным, — от коридора третьего этажа, где находились их апартаменты. Дверь в номер находилась слева от него, через одну.

В противоположном конце коридора он увидел довольно возрастную пару, которая — в верхней одежде — проследовала к парадной лестнице. Возле нее, кстати, имелась ниша, что то вроде небольшого холла с мягким уголком; там же имелся выход к кабинам двух лифтов.

Более ничего и никого подозрительного в коридоре он не увидел. Даже если эти мнимые друзья оставили одного или двух человек стоять на стреме, то наблюдатели скорее всего расположились либо в машине возле главного входа, либо же кто то из них торчит в холле возле лифтов.

Рейндж решил следовать мудрому правилу: лучше сто раз перебдеть, чем один раз попасть в лапы к чужим "особистам".

Один из двух ближних номеров является, судя по всему, резервным. А может, его забронировали, но потом не выкупили. Неважно. Главное, что он пуст — в этом пара агентов уже успела убедиться за те несколько дней, что они находятся в пансионате.

Рейндж расстегнул свой утепленный плащ, пиджак тоже расстегнул; расстегнул замшевую наплечную кобуру, чтобы максимально облегчить доступ к своему пятнадцатизарядному "глоку 17". Нащупал в одном из потайных карманов отмычку, тихонько ковырнул в замке. Послышалось слабое "хруп хруп", едва слышно звякнул наборный сердечник… Все, путь свободен!

Стараясь действовать максимально бесшумно, что называется, на цыпочках, Рейндж вошел в пустующий номер и так же практически бесшумно закрыл за собой дверь.

Он подошел к стене, за которой находился их с "невестой" номер, приложил ухо к прохладной поверхности, в аккурат там, где находится сетевая розетка, замер, прислушался.

Сначала до него долетели звуки чьих то шагов, какая то слабая возня, как будто кто то ерзает седалищем — или еще каким другим местом — по кровати. Потом чей то приглушенный голос — мужской! — что то такое сказал, чего Рейндж не расслышал: сплошное бу бу бу. И только в конце предложения прозвучало вполне отчетливо — бл…дь!

Повторив про себя самое популярное среди российского народа словцо, Рейндж отшатнулся от стены и принялся чесать затылок. В их номере определенно присутствует сейчас кто то из посторонних. Может, кто то из приятелей Анны подъехал? Нет, это исключено, такого просто быть не может! Оба они здесь, в пансионате, зарегистрировались под залегендированными фамилиями — "Измайлова", кстати, не настоящая фамилия агентессы, а ее псевдоним, подкрепленный добротно изготовленными самим государством документами.

Напрашивается закономерный вопрос: что это за друзья пожаловали к ним в "Сосны"?

Точного ответа на этот важный сейчас вопрос Рейндж пока не знал. Он понятия не имел, кто и каким образом их здесь пробил. Напрашивался лишь один вывод: либо они сами засветились где то — Рейндж со своей "тростью", а "невеста" приметной рыжей шевелюрой, то бишь париком, либо их засекли во время посещения одной из конспиративных "явок", где могло осуществляться скрытое наблюдение либо за самой "явкой", либо за кем то из "родни", за теми же "деверем" или "свояком"…

Но медлить по любому было нельзя. Не хватило еще, чтобы у Рейнджа какие то типы увели "невесту" из под носа! Если такое случится, то будет ему позор на всю оставшуюся спецслужбистскую жизнь.

Помимо "глока" у Мокрушина был при себе еще "тихий" ствол ПСС "вул" (калибр 7,62, в обойме шесть патронов СП 4). Одна из лучших систем, предназначенных для скрытого ношения и практически бесшумной стрельбы. Рейндж и носил его скрытно — компактная кобура крепилась на "липучке" чуть выше лодыжки правой ноги и была почти незаметна под брючиной.

Он вытащил из ножной кобуры "вул", снял с предохранителя, взвел. Подошел к балконной двери и тихонько приоткрыл ее, высунув нос наружу. Каждый номер в пансионате был оборудован балконом открытого типа, с поручнями примерно по грудь: разделены они были лишь символическими перегородками, так что перебраться с одного балкона на другой для мало мальски ловкого человека не составит труда.

Посмотрел сначала вниз и по сторонам: на паркинг возле главного входа, — не торчит ли там на виду какой нибудь подозрительный субъект, — на подъездную дорогу и на площадку со скамейками перед корпусом, расставленными по периметру ромбовидной формы цветника с кустиками роз, нынче — по причине зимы — промерзшего, укрытого снегом. Возле их с Измайловой "Опеля" он сразу же вычислил незнакомую с виду и подозрительную ему машину: это был микроавтобус марки "Форд" с тонированными стеклами.

Выждав несколько секунд, он слегка высунулся из за перегородки, разделяющей балконы двух номеров. И тут же обнаружилось, что балконная дверь приоткрыта — Рейндж увидел даже в проеме чуть шевелящийся под воздействием ветерка кусок портьеры. Наверное, тот или те, кто находился в номере, периодически выглядывали с балкона, используя его как НП, или же… или же просто Измайлова держала его приоткрытым, а некие друзья, что пожаловали к ним в гости без предварительного уведомления, решили оставить все, как есть.

"Супер! — подумал Рейндж. — Теперь не придется вышибать дверь или высаживать окно. На фиг все эти дешевые спецэффекты!

Торчать здесь, на балконе чужого номера, слишком долго было нельзя. Но ему пришла в голову одна идея, и пришлось задержаться еще на несколько секунд.

Идея, в сущности, была проста.

Рейндж набрал со своего сотового номер мобилы Измайловой, и тут же через приоткрытую балконную дверь донеслись такты модной темы из "Бумера".

— Возьми трубу! — негромко сказал незнакомый мужской голос.

— Если это твой напарник, спросишь у него, когда он сюда подъедет! — почти одновременно прозвучал еще один мужской голос. — Бери трубку, б…дь! Если не то ляпнешь, конкретно грохну!

— Идите вы оба на х..! — каким то странным, сдавленным голосом — так показалось Рейнджу — сказала "невеста".

Рейндж, не отключая, сунул сотовый в карман. Из номера по прежнему звучали тревожные такты. "Вул" в правой руке, левой дверь — ладонью, не сильно — от себя! Вышагнул из за портьеры! В доли секунды вобрал в себя картинку: двух незнакомых с виду крепких мужиков лет около тридцати — в руке одного из них был зажат пистолет с глушителем, из которого он, судя по всему, и грозился "конкретно грохнуть" агентессу в случае ее отказа сотрудничать с ними — и саму Измайлову, с разбитыми в кровь губами (другой мужик удерживал ее за шиворот, одновременно выкручивая ее левую руку болевым приемом)…

Рейндж дважды жиманул пальцем на курок "вула". Первый выстрел попал в плечо тому, у кого в руке был пистолет с глушаком. Его развернуло, вторая пуля вошла ему в лоб чуть выше переносицы, столкнув его назад, в свободное пространство возле входной двери… Завалил!

Второй, отпустив Измайлову, — или же это она сама выкрутилась, выскользнула из его боевого хвата? — довольно ловко дернул свой ствол из подмышечной кобуры.