Мой желанный и неприступный маркиз - Хоукинз Александра - Страница 43

— Ценю твое беспокойство, — ответила Имоджин, тщательно подбирая слова. — Однако сложно поверить, что Матиас вообще подошел к твоей дочери.

Ссора между семействами, случившаяся двадцать четыре года назад, пролегла между женщинами глубокой, зияющей пропастью, преодолеть которую не пытались ни Шарлотта, ни Имоджин.

— Ты мне не веришь? — Шарлотта впилась пальцами в подлокотник. — Уже не в первый раз я вижу твоего сына на той же вечеринке, где присутствует моя дочь.

— А я за несколько лет тоже заметила присутствие лорда Маркрофта на балах, но мне ни разу и в голову не приходило, что он хочет соблазнить одну из моих дочерей. Давай будем откровенными, Шарлотта, — сказала Имоджин. — Для наших семей было проще избегать общения друг с другом, когда дети были маленькие. Теперь, когда они выросли, подобные случайные встречи неизбежны. По-моему, даже ты согласишься, что нечестно с нашей стороны винить их за любопытство.

— Твой сын знает?

Шарлотта пристально смотрела на собеседницу. Она не должна никому ничего объяснять.

Имоджин тут же отвела взгляд.

— Нет. Ни я, ни Тристан никогда не говорим об этом. — Она сглотнула комок. — А твои дети?

— Нет. Наши тайны надежно хранятся, Имоджин. Каким бы смешным это ни показалось, но после стольких лет мой муж продолжает тебя защищать.

И Шарлотта тут же пожалела о своем язвительном высказывании. Она заметила, как побледнела Имоджин — единственный признак того, насколько ей больно. Герцогиня была намного сильнее, чем думали окружающие.

— Ты не понимаешь. Сомневаюсь, что Норгрейв рассказал тебе правду, но у моего мужа была веская причина порвать с ним всяческие отношения.

— Мне все известно, Имоджин. — И заметив недоверие на лице герцогини, Шарлотта продолжала: — Это тебе известна лишь половина истории.

— В таком случае просвети меня.

— Как-нибудь в другой раз. — «Или вообще никогда». Шарлотта встала, обескураженно заметив, как дрожат руки. — Сделаю вид, что я неверно истолковала увиденное. Твой сын, скорее всего, ни в чем не виноват.

— Так и есть. — Герцогиня встала. Она выглядела так же жалко, как чувствовала себя Шарлотта.

— Во имя нашей былой дружбы, прошу тебя, присмотри за ним. Если заметишь хоть что-то, что тебя встревожит, прошу, поговори с Фейрлэмом, сделай все, чтобы воспрепятствовать ему. Если между нашими детьми возникнут нежные чувства, это ни к чему хорошему не приведет.

— Согласна. — Имоджин помолчала. — Спасибо, что поделилась своими опасениями.

— Я поступила так, чтобы защитить свою дочь, — просто ответила Шарлотта. — Было бы разумно ничего не говорить о нашем разговоре твоему мужу. Блекберн, как показала жизнь, поступает довольно безрассудно, когда речь идет о тех, кого он любит. Не хочу, чтобы моя семья опять пострадала.

Казалось, что Имоджин хочет что-то возразить, но передумала и кивнула.

— Я попрошу Рут не упоминать о нашей встрече.

— Опять тайны? — Шарлотта вздохнула. — Отлично. Еще немного тайн между давними подругами?

Глава 18

Темпест ожидала стука в дверь.

— Входи, Арабелла, — крикнула она.

— Я боялась тебя разбудить.

— Я не устала, — призналась Темпест. — Я думала почитать, но буду рада, если ты составишь мне компанию.

Ее младшая сестра уже переоделась ко сну. Волосы были заплетены в косу. В белой бесформенной сорочке и в белом ночном чепце она выглядела совсем юной.

Темпест положила расческу на туалетный столик и встала с маленькой банкетки. Протянула руку.

— Мы могли бы сесть на кровать и поговорить.

Все начиналось как игра: нужно было перехитрить гувернантку, которая верила, что девочки должны рано ложиться спать. Часто бывало, что спать им не хотелось, поэтому одна из них тайком пробиралась к другой в комнату. Иногда они попадались, и тогда обеих как следует отчитывали за непослушание. Но вскоре бедная гувернантка оставила попытки разъединить их, поэтому Темпест потеряла счет ночам, которые они с Арабеллой провели в одной кровати.

Темпест отдернула одеяло, чтоб сестра первой забралась в кровать. Потом девушка подошла к туалетному столику и взяла незажженную свечу. Сняла стекло с масляной лампы, зажгла свечу, а лампу погасила. Вернулась назад и поставила свечку на стол.

— Подвинься, — велела она, и Арабелла послушалась, потому что обычно она засыпала первой.

Темпест забралась на кровать, подбила подушки и устроилась рядом с сестрой.

— Леди Хенвуд правильно поступила, что пригласила мисс Кинг, — произнесла Темпест, поскольку Арабелла продолжала молчать. — Интересно, она сократила свое выступление для концерта на званом вечере или исполняла в театре другой репертуар?

— Никогда над этим не задумывалась, — ответила Арабелла, поворачиваясь к Темпест лицом. — Я пришла сюда не для того, чтобы обсуждать мисс Кинг.

Темпест с радостью сменила тему. Честно говоря, у нее до сих пор кружилась голова, как только она вспоминала, что Шанс разговаривал с мисс Кинг. Вероятнее всего, он просто засвидетельствовал свое почтение, но неловкость, которая была так заметна у него на лице, заставляла все внутри сжиматься. Она полагала, что ревность ей чужда, и ей было стыдно от своих недостойных мыслей об этой певичке, которые промелькнули в голове, когда они с кузиной проходили мимо этой парочки.

— А о чем же ты хотела поговорить? — Темпест тоже легла на бок, и ее лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от лица Арабеллы. — Об Оливере? Знаю, что он…

— Честно говоря, я бы хотела поговорить с тобой о той записке, которую тебе передал лакей, — выпалила младшая сестра.

Темпест, насторожившись, убрала прядь волос со щеки сестры.

— А что с запиской?

— Кто ее прислал?

Темпест сердито взглянул на Арабеллу.

— Ты спрашиваешь из любопытства или потому, что матушка попросила тебя об этом?

— Матушка ни словечка мне не сказала, — ответила сестра, даже обидевшись на подобное предположение. — Как, впрочем, и ты. Поверить не могу, что ты подумала, что я шпионю за тобой по матушкиному наущению.

Темпест покаянно ответила:

— Я не хотела…

— Ладно, забудь! — вздохнула Арабелла. — Я просто беспокоилась, и, кстати, не я одна. Лорд Уаррилоу тоже был обеспокоен. Ты покинула музыкальный салон, и больше тебя до конца выступления мисс Кинг никто не видел.

— Я же вернулась! Из уважения к гостям леди Хенвуд я решила остаться в глубине салона, — объяснила она, стараясь по возможности говорить только правду.

— С кем ты встречалась?

— С Херриет, — ответила старшая сестра.

— Значит… это она прислала тебе записку? — переспросила Арабелла из любопытства.

— Разумеется. Я же говорила вам с лордом Уаррилоу, что жду ее.

— Ага! — Арабелла хлопнула ладошками по кровати и села. — Ты врешь! Херриет точно не могла прислать тебе записку.

Каким-то образом Арабелла догадалась, что она обманывает! Решительно настроенная стоять до конца, Темпест сердито посмотрела на сестру.

— Откуда ты знаешь? Ты что, читала записку?

Сестра раскусила ее блеф.

— Если бы Херриет написала эту записку, ты бы обязательно мне ее показала.

— Я ее потеряла. — На этот раз Темпест говорила чистую правду. Наверное, она где-то выронила послание, когда Шанс схватил ее и втянул в полутемную гостиную.

— Почему ты не хочешь говорить правду? — воскликнула сестра. — Ты ведешь себя странно — странно даже для тебя.

— Сначала ты обвиняешь меня во лжи, потом еще и обижаешь. — оскорбилась Темпест. — С меня довольно. Возвращайся-ка назад к себе в спальню.

— Сестричка!

— Я не шучу! — настаивала Темпест, готовая вытолкнуть Арабеллу из кровати.

— А ты спроси меня, откуда я знаю, что ты врешь о Херриет, — настаивала Арабелла.

Темпест села на пятки.

— Мы вернулись вместе с Херриет. Как ты смеешь утверждать, что я лгу?

— Я никогда не говорила, что ты обманывала о том, что Херриет приедет, — ответила Арабелла сквозь зубы. — Я обвиняю тебя в том, что ты лжешь о записке. Херриет тебе ничего не писала.