Эффект отражения (СИ) - Федорова Евгения - Страница 24

— Но как, как это возможно? — пролепетал Лев, так и не отрываясь от окровавленной ладони.

— Пойдем, — потянул карлик Черненко к лестнице и повел прочь, негромко приговаривая:

— Я же тебя предупреждал, что тут не все чисто. Что осторожнее надо, а ты все знай за свое…

— Эй, Кранц, покурим? — из-за колонны выступил Ворков, о котором Павел и вовсе забыл.

— Покурим…

— Как у тебя вышло это, отразить атаку Льва? — глубоко затянувшись, спросил Ворков.

— А ты знаешь, кто время для меня растянул? — вопросом на вопрос ответил Павел.

— А какая разница? — Антуан многозначительно скосил глаза. — Не я, я же обещал не вмешиваться. Белла наверное, она хорошую затрещину тебе влепила, отпечаток свой оставила…

— Ничего я в ваших магических штучках не понимаю, — Павел нагнулся и пощупал пульс у неподвижного штурмовика, того самого, которому отрезали руку. Человек был жив, но пульс едва прослушивался.

— Ой ты, добренький? — Ворков поднял отрубленную конечность и, присев, приложил ее к обрубку. — Тут уже столько всего произошло, дай что ли и я поучаствую.

— Она ночь пролежала, вся посинела, думаешь, если ее пришить…

Павел замолчал. Антуан убрал руку и для проверки подергал штурмовика за мизинец. Кисть была на месте, приросшая к телу, совершенно новехонькая.

— Ну? — довольно спросил Ворков.

— Уважаю, — покачал головой Павел.

— Ну и славно. Только, чует мое сердце, скоро не я — ты станешь новым гуру. Он не хотел убивать, но и сам не хотел умирать, потому нашел способ создать Зеркало из ничего. Всего лишь отражение. Теперь я понимаю, почему Сиковски ввязался во все это темное дельце — устал старик. Хочет, чтобы поток заказов на зеркала иссяк. И каков результат!

— Да пошел ты! — не сдержался Павел, затоптал недокуренную сигарету и, не оглядываясь, пошел прочь.

Эпилог. Еще парочка потрясений

— У ворот его встречала улыбчивая компания.

— Что, нехристь? — сварливо спросила старуха кошатница. — Устал поди, щей моих не хочешь?

Белла укоризненно посмотрела на старушку и покачала головой:

— Мама, тебе надо было мне все рассказать.

С другой стороны от Элизабет, держась за ее руку, стояла девочка лет девяти с длинными белыми косами.

— Не ожидал от вас, Антонина Петровна, подобной подлости, — крикнул отошедший в сторону Черненко. Карлик все пытался увести его куда-то, но Лев упирался, потрясая кулаком.

— А нечего дочку мою было обижать! — добродушно засмеялась старуха.

— А это я все придумала! — с вызовом сказала девочка. — Слышал, папа, я! Маму не дам в обиду, никому не дам, даже тебе!

— Во я понаделал, — проворчал Черненко, отворачиваясь.

— Кровь от крови, — Белла нежно потрепала дочку по голове.

Девочка отстранилась от матери и подошла к Кранцу:

— Вы простите меня, Павел, это ведь я в вас стреляла в том парке. Из пистолета. Я правда ничего плохого не хотела, но так бы вы не узнали, где бабка живет. А это было важно…

Кранц ничего не сказал, по большой дуге обошел всю эту компанию, покосился на место, где лежал мертвый Горден, но там осталась только лужа крови, прошел вдоль цеха и выбрался через пролом. Через час он уже ловил на шоссе попутку до Москвы.

Теплый июньский вечер спустился на утомленный жарой, запыленный город. Легкие белые облака висели над горизонтом, не обещая приносящего свежесть дождя. Но тут проехала поливальная машина, прибила пыль, наполнив воздух странным, бывающим только летом запахом разогретого асфальта.

На скамейке у института, сидел, развалившись, Павел Кранц. Он медленно потягивал пиво из запотевшей бутылки и задумчиво мял сигарету.

Вышел на крыльцо программист Николай, завидев приятеля, сбежал по ступеням. Взял в руки и отложил в сторону томик стихов Цветаевой.

— Бабские стихи читаешь? — надменно уточнил он.

— Поэзия, есть поэзия, равно как женская, так и мужская требует нашего внимания, — отозвался Павел. — Впрочем, ведь белиберда это, вот комиксы — другое дело, — он хитро взглянул на приятеля и тому стало от чего-то не по себе. Николай засуетился, достал сигарету и закурил.

Павел внезапно тяжело вздохнул, быстро коснувшись левого плеча.

— Что такое? — уточнил программист.

— Завтра град будет, с самого утра, — ответил Павел.

— Да ладно, кто тебе такую чушь сказал. По прогнозам на две недели вперед жара и ни единой капли. Скоро в фонтанах купаться будем. Слушай, а чего ты так рано закончил? Я смотрю, ты в последнее время сачкуешь, или работы поубавилось?

— Да нет, сейчас самый разгар, — покачал головой Кранц, но я, — представь себе, все успеваю. Порой такое ощущение, что я раздваиваюсь.

Павел поднялся, взяв томик стихов.

— Ладно, Коля, смотри, не переработай, а я пойду. У меня сегодня встреча с крестным.

Глядя Павлу в след, Николай невольно позавидовал ему: в таком возрасте сдружиться с крестным, это тебе не шутка. А мужик, к тому же, непростой, влиятельный похоже. Вон как Павел изменился, был типичным трудоголиком, трусоватым и нервозным, а теперь девчонки за ним хвостиками бегают. И работает немного, а все успевает.

Взглянув на небо, Николай оттянул влажный от пота ворот. Какой уж тут град, дождем даже не пахнет. А Павлу кто-то наверное написал программу обсчета данных, вот почему у него все так быстро. Не иначе написал. А то откуда у него столько свободного времени?

Николай засиделся на работе допоздна, из-за жары плохо спал и под утро проснулся из-за того, что звонкие кусочки льда уверенно колотили в железный карниз.