Куриный бульон для души. 101 рождественская история о вдохновении, любви и чуде - Хансен Марк Виктор - Страница 28

Но для меня главным был сын. Его радостные глаза, когда он поднял дочку, чтобы вся семья смогла ее разглядеть. Его тревога, с которой он наблюдал за тем, как малютке Бекки делают анализы. Его умиротворение, которым он так и лучился, сидя в кресле-качалке вместе с дочуркой на руках.

Я сходил за едой – все же парню нужно есть даже в Сочельник – и принес ее в маленькую палату, где уже собралась новая семья. Новоиспеченная мамочка Дженни отдыхала на кушетке, а Джо укачивал Бекки. С секунду я молча стоял на пороге и наблюдал, как сын осторожно держит дочурку в своих больших, сильных руках. Сперва я видел лишь затылок Джо, потому что он наклонился к Бекки, изучая ее и покрывая поцелуями маленькие ручки и щечки. Потом он посмотрел на меня, и я увидел слезы, которые катились по его лицу.

– Ты был прав, – сказал он, когда слеза упала на ручку Бекки.

Я молчал в замешательстве. За годы я столько всего говорил Джо. Что же он имел в виду?

– Да? – наконец спросил я.

Он посмотрел на Бекки, а затем снова на меня.

– Это… это… чувство, – произнес он. – Оно переполняет меня. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Это как… любовь… в квадрате. И даже больше.

Я его понимал. Я испытывал те же чувства к своему сыну – и к своей внучке. И я подумал, что в этом, возможно, и заключается суть Рождества. Дело не только в ребенке и его родителях – божественны они или нет. Дело в любви.

В квадрате.

И это чудо.

Мой новый друг

Раньше мне казалось, что Рождество – это подарки, печенье, игрушки и огромная елка. Теперь я думаю, что Рождество – это праздник в семейном кругу, когда каждый радуется тому, что имеет. Мое представление о Рождестве изменилось в один незабываемый вечер.

Родители сказали нам с братом, что в Сочельник мы будем работать в приюте для бездомных и раздавать его обитателям праздничный ужин. Честно говоря, я поверить не могла, что родители согласились на это, и закатила истерику.

Мне было всего девять лет, но мне все равно ужасно стыдно за свое поведение. Когда я пришла в приют и увидела около тридцати бездомных мужчин и женщин, которые сидели за столами и пели праздничные песни, радостно улыбаясь, мое сердце растаяло. Я поняла, как плохо быть вдали от дома в Сочельник.

Я пошла на кухню и стала раскладывать по тарелкам индейку и картофельное пюре. Орудуя большой ложкой, я то и дело посматривала в сторону столовой. Глаза всех собравшихся сияли, а губы выводили слова рождественских песен. Мне очень хотелось выйти с кухни и петь вместе с ними. Несмотря на все наши различия, мне казалось, что они – настоящая семья. Когда пение прекратилось, мы начали разносить еду на пластиковых тарелках с нарисованным Сантой. Все бездомные улыбались мне, говорили спасибо, когда я ставила на стол еду, и желали мне веселого Рождества.

Но больше всего меня поразил один мужчина. Когда я принесла ему еду, он сказал:

– Спасибо, милая.

В этом не было ничего особенного, так говорил каждый из них, но тот человек продолжил:

– Очень мило с твоей стороны, что ты делаешь это для нас. Нам немногие помогают, нас сторонятся на улице. Ты настоящий ангел. Помню, в детстве я и сам держался подальше от бездомных. Но мне приятно видеть, что такая маленькая девочка готова нам помочь. Спасибо. Веселого Рождества.

Не зная, что сказать, я лишь пробормотала:

– Большое спасибо. И вам веселого Рождества.

Когда мы пошли домой, я снова взглянула на этого доброго человека. Он сидел в углу, завернувшись в тонкое покрывало и подложив под голову подушку. У меня на глаза навернулись слезы. Мне отчаянно захотелось остаться с ним, принести ему огромное одеяло, которое я обычно сбрасывала по ночам, и позволить ему выговориться. Но мне пора было домой. Подумать только, я не хотела уходить из приюта! Я не могла поверить, что сначала я не хотела туда идти!

Мы пришли домой и заказали пиццу. Откусив ее, я вдруг разревелась при одной мысли об этом удивительном вечере, об улыбках на лицах людей и главное – о моем новом друге. Я никогда не забуду этого человека, ведь он сказал мне слова, которые навсегда останутся у меня в памяти.

Позже я пробралась в гостиную, но не затем, чтобы подкараулить Санту, а чтобы забрать письмо, которое я ему написала, и заменить его новым.

Дорогой Санта,

я уже написала тебе письмо, но теперь пишу другое. Пожалуйста, позаботься о человеке, с которым я сегодня познакомилась, и отдай ему несколько моих подарков. Пожалуйста, сделай так, чтобы ему не пришлось жить на улице и чтобы он был счастлив. В этом году я больше ничего не хочу. Можешь принести мне подарки, но мне хочется только, чтобы ты позаботился о моем новом друге.

С любовью,

Эрин

В тот вечер мой взгляд на мир перевернулся. Теперь в Рождество я вспоминаю о своем друге и благодарю судьбу за то, что имею. В этот праздник я уже не думаю о новом велосипеде – я тревожусь о том, как там мой друг и понимает ли он, что изменил мою жизнь.

Елочный базар

Когда несколько лет назад мой сын состоял в отряде скаутов, я вызвалась провести скаутский елочный базар в нашем маленьком городке Вудстоке в штате Коннектикут. Я нашла поставщика, который согласился продать мне шестьдесят елок по выгодной цене, чтобы скауты смогли получить неплохую выручку.

Накануне открытия базара елки доставили и сгрузили в специально отведенное для них место на ярмарке. На следующее утро планировалось открыть ворота и продать все елки. Я составила для скаутов расписание, назначив каждому двухчасовую смену, во время которой они будут работать продавцами (под присмотром родителей, конечно). Я даже выступила на сборе отряда и провела ликбез по продаже елок и поддержанию духа Рождества. По-моему, у скаутов с духом все было в порядке, чего не скажешь об их родителях, которые неохотно смирились со своими сменами.

Проблема возникла ночью, когда на город обрушился сильный снегопад. Выпало сантиметров тридцать снега, и снегоуборочные машины сгребли его в кучу прямо у ворот ярмарки. Рано утром мы с сыном и дочкой приехали туда, вооружившись двумя большими лопатами. Муж был на работе и помочь нам не мог. Мы попытались расчистить груду снега, но я быстро поняла, что это бесполезно. Лопатой мы бы не справились и за два дня, а елки уже были готовы к продаже.

Я подумала о том, сколько времени у меня ушло на организацию базара и как расстроятся скауты, узнав, что продать елки не удастся. Еще я подумала о том, сколько денег они потеряют. Пока мы тщетно пытались освободить ворота от снега, я прикидывала варианты. Обратиться в снегоуборочную компанию? Их помощь обойдется слишком дорого. Если скаутам придется заплатить за уборку снега, на это уйдет вся прибыль от продажи елок. К тому же все машины и так были заняты на расчистке дорог и парковок. Не позвонить ли другим родителям, чтобы они помогли мне раскидать снег? Но даже если они согласятся, на это уйдет несколько часов, а базар должен открыться уже через час!

И тут из-за угла вынырнул мужчина на большой снегоочистительной машине. Он предложил мне убрать снег бесплатно. Я с восхищением наблюдала, как быстро он справился с задачей. Вдобавок он расчистил рядом большую площадку для парковки.

Меня переполняла такая благодарность, что я даже забыла спросить у нашего спасителя, как его зовут. Но у него были седые волосы и длинная белая борода, а уезжая, он пожелал нам веселого Рождества. Помню, сын еще спросил: «Мам, ты что, плачешь? У тебя слезинка на щеке». Я посмотрела на него, одетого в форму скаутов под пальто, и сказала: «Я просто радуюсь Рождеству».