Черная дюжина. Общество смелых - Молотов Игорь - Страница 18

Отношение самого Васильева к «разрушителям единства» стало резко отрицательным, а высказывания в их адрес – грубыми и прямыми: «Существует «Память». Она провозвестница… Другое дело, что со временем стали появляться самозванцы. Например, Сычев, который собрал свою группу и выступает от имени «Памяти», не имея на то ни малейших оснований… Таких провокаторов можно еще перечислять и перечислять. Группа Пономаревой, группа Филимонова. Под знаками «Памяти» собирают у народа пожертвования, а потом пропивают в ресторанах… Смирнов-Осташвили – типичный провокатор, я не удивлюсь, если узнаю, что он имеет к масонству прямое отношение и состоит в «Апреле» (на собрании писательского объединения «Апрель» группа Осташвили устроила дебош, за что ее руководитель попал под суд, был приговорен к заключению и через некоторое время обнаружен повесившимся в камере)… Осташвили никогда не имел отношения к «Памяти». Он самозванец. Позже я понял, откуда он появился, – из ЦК КПСС».

ПНПФ «Память» А. Кулакова

Филимоновская «Память» просуществовала недолго – в начале 1990 года из нее вышла группа Кулакова-Воротынцева, которая в результате объединения с Союзом за национально-пропорциональное представительство «Память» образовала православный Национально-патриотический фронт «Память». Причиной же раскола послужил пьяный конфликт из-за денег, в ходе которого Николай Филимонов набил морду Сергею Воротынцеву.

Как и другие спойлеры, эта группа была малочисленна (50–60 человек) и фактически недееспособна. Сколько-нибудь выраженного организационного строения не имели – согласно Основным мировоззренческим принципам ПНПФ «Память» он «организован на принципе соборности и не имеет руководителей, вождей, председателей и пр., а, являясь широким народным движением, руководствуется в своих действиях только высшим Божественным началом, Православным мировоззрением и любовью к Отечеству». Все же руководителем оставался Кулаков.

Первоначальное название Национально-патриотический фронт «Память» под руководством А. Кулакова было заменено на нынешнее в результате слияния с СНПП «Память». Обе организации, согласно уставу, сохранили в этом блоке свою самостоятельность, однако «Память» К. Смирнова-Осташвили предпочла сохранить свое старое название. Ее история была недолгой – с осени 1990 года ПНПФ «Память» как самостоятельная политическая организация не существует.

Координационный совет патриотического движения «Память» братьев Вячеслава и Евгения Поповых

Это движение образовалась во второй половине 1986 года путем самообъявления по инициативе братьев Вячеслава и Евгения Поповых, незадолго до этого изгнанных решением Дмитрия Дмитриевича Васильева из состава совета Национально-патриотического фронта «Память». Численность активистов организации за все время существования колеблется в пределах 2–5 человек, сторонников около 20 человек.

До объявления о начале деятельности организации ее будущие лидеры братья Поповы активно работали в органах Национально-патриотического фронта «Память». А после ухода братья Поповы в том же году в союзе с Г. Сальниковым составили костяк самостоятельной организации (первоначальное название – патриотическое движение «Память»). Создать какую-либо значительную по численности организацию им так и не удалось. Несмотря на то что согласно первоначальному замыслу предполагалось создать некую координирующую структуру, способную объединить уже существующее русское патриотическое движение, на тот момент представленное в основном движением «Память», тем не менее заявленного значения в движении Совет никогда не играл.

После начала своей деятельности и до 1992 года основные усилия КСПДП сосредоточил на изготовлении и распространении листовок (серии: «Память» знает!» и «Память» предупреждала!»), направленных против «сионистского засилья, сложившегося в ключевых сферах жизни человеческого общества сразу после революции 1917 года». С этой целью они публиковали в своих листовках списки советской партийно-государственной элиты 30-х годов с указанием ее национальной принадлежности, почерпнув эту информацию в основном из книги А. Дикого «Евреи в России и в СССР», дважды издававшейся на Западе (в Испании и в США). Изготовлялись листовки, знакомящие общественность с этническим составом современной партийно-государственной элиты, а также разоблачающие «антирусскую направленность действий правительства и ряда законодательных актов демократических органов власти».

Кроме этого, с февраля 1990 года В. и Е. Поповы включились в кампанию по защите Константина Смирнова-Осташвили – лидера Союза за национально-пропорциональное представительство «Память», осужденного в 1990 году «за разжигание национальной розни» после скандала в Центральном доме литераторов в Москве в январе 1990 года.

В начале 1991 года братья стали одними из учредителей «Общегосударственного русского антидиффамационного агентства» (ОГРАДА), созданного «для защиты русских людей от дискриминации, клеветы, унижения со стороны инородцев и иноземцев», которое с момента образования какой-либо деятельностью себя не проявило. Для раскрутки этого проекта Поповы сослались на Александра Баркашова: якобы он является соучредителем. Сам Баркашов нелестно вспоминает о братьях:

– Абсолютная ложь. Да ты что, чтобы я с двумя этими идиотами вел какую-либо деятельность? Игорь, ну ты даешь. Я их в «Памяти» терпел только из-за Дим Димыча. Два брата-дегенерата, помешанные на трезвенничестве и антихристианстве. Кстати сказать – это выученики В. Емельянова. Был такой в околополитике – и летом и зимой в резиновых сапогах. В прошлом референт Хрущева. «Десионизация» – его книжка. Вот с Хрущем и десионизировали – половину церквей закрыли. Какие учителя – такие и ученики.

Дмитрий Васильев тоже не оставил без внимания попытки Поповых дискредитировать фронт:

«В связи с этим нельзя не упомянуть так называемый «координационный совет «Памяти», где свою провокаторскую деятельность реализуют братья Поповы, пожалуй, единственные, кто некоторое время находился в совете «Памяти». Но за свои национал-коммунистические убеждения, холуйскую приверженность к тем, кто разваливал наше государство, за попытки подорвать единство совета были выведены из его состава в 1986 году. После чего эти братья тут же, при посредстве так называемых «отцов «Памяти», каковыми себя нарекли неудачный чтец Кузнецов и плохой агент Сальников, пустили по стране грязную листовку против Председателя и членов совета «Памяти». Падкие на «клубничку» отдельные «интеллигенты» множили эту клевету, с великой значимостью рассказывая с ушка на ушко в борделях-салонах страшные истории про Д. Д. Васильева и его единомышленников».

В своих манифестах Поповы всячески открещивались от Васильева: «Мы еще раз заявляем: «Память» – это не какое-то общество или организация, не группа Д. Васильева или какая-либо иная; «Память» – это широкое народное патриотическое движение, цель которого – возрождение национального самосознания, истории и культуры народов России. Поэтому провокационные попытки желтой прессы использовать отдельные негативные проявления со стороны некоторых граждан для дискредитации всего движения обречены на провал».

Интересно то, что как раз усилиями Поповых и их друга Осташвили из «Памяти» было сделано пугало, которым долгое время пугали обывателей.

Среди «памятных» вождей был еще один интересный персонаж – Емельянов. Тоже друг Осташвили. Человек с надписью фломастером на пиджаке «Десионизация».

Валерий Емельянов написал одноименную книгу, опубликованную на арабском языке в Сирии. Основная мысль этого объемного и эклектического сочинения: «истинная» история человечества представляет собой скрытую от глаз обывателя борьбу язычников и дегенеративных евреев-сионистов. Также в ней бегло пересказывается содержание «Велесовой книги» и основ неоязычества.

10 апреля 1980 года Емельянов был арестован по обвинению в убийстве и расчленении топором собственной жены, судим, признан невменяемым с диагнозом «шизофрения» и помещен в ленинградскую психиатрическую больницу на шесть лет. Свидетелем по этому делу проходил Александр Дугин. Выпущен на свободу в 1986 году.