Бретер на вес золота (СИ) - Евдокимов Дмитрий Валентинович - Страница 53

  В следующий миг произошло то, чего я не мог предположить в самых смелых мечтах. Даже не помышляя о сопротивлении, бандиты кинулись от нас с Флоримель врассыпную. Отчаянно толкаясь, сбивая друг друга с ног, топча упавших на мостовую товарищей. Мы на несколько мгновений даже остановились от неожиданности: только что впереди была непреодолимая стена врагов, а спустя какие-то секунды нам открылась прямая дорога в тыл тем бойцам Кривого Нэша, которые сдерживали отряд Арчера и мэтра Пигаля. Нельзя было не воспользоваться таким шансом. Сбросив с себя оцепенение и совершенно не мучаясь угрызениями совести, мы атаковали вражеские спины. Наш натиск был стремителен. Шестеро или семеро бандитов рухнули наземь, остальные бросились наутек, а мы с Фло попали прямиком в объятия товарищей.

  Какой же это был упоительный момент! Нас затолкали за спины наших передовых бойцов, и мы смогли позволить себе краткий миг радости посреди моря крови и безумия. Как жаль, что сражение на этом не закончилось! Что Кривой Нэш, увидев, что главная цель ускользнула из западни и теперь находится вне досягаемости его подручных, не дал команды к отступлению! А ведь, судя по растерянному виду этих головорезов, они были бы рады такой приказ исполнить.

  Собственно говоря, некоторые из них уже спешили покинуть наш квартал. То ли самые трусливые, то ли самые дальновидные. Численное превосходство все еще было на их стороне, но оно медленно таяло. Население Второй Ремесленной ожесточилось, на помощь спешили люди из дальних кварталов, и положение напавших ежеминутно ухудшалось.

  Окончательный же перелом в ход сражения внесло появление в Ремесленном квартале Монтеры маэстро д`Эферона.

  Пьер д`Эферон ураганом ворвался из Сливового переулка на Вторую Ремесленную улицу и с ходу врубился во вражеские ряды. По всей видимости, весть о происходящем застала мастера фехтования прямо в тренировочном зале, так же, как и его учеников - не менее тридцати человек в белых рубашках и черных трико следовали за ним.

  - Смерть канальям! Эферон идет! - огласил улицу его воинственный крик.

  Возможно, бандиты Кривого Нэша и не знали, кто такой этот самый 'Эферон', который 'идет', но вид разъяренного человека, с убийственной эффективностью работающего сразу двумя клинками, несомненно, произвел на них неизгладимое впечатление.

  Но это было еще не все. Фехтовальщики ввязались в драку, но поток людей, вытекающих из Сливового переулка, на этом не иссяк. За фехтовальщиками бежали какие-то незнакомые мне дворяне, купцы, приказчики, повара из какого-то заведения, несколько гвардейцев роты Репнина и больше десятка гвардейцев роты Ла Пуэля - их казармы расположены поблизости от усадьбы д`Эферона, промелькнуло несколько плащей королевских мушкетеров, и, чему я был особенно удивлен, на помощь к нам спешили монтерские стражники! Создавалось впечатление, что весь город бросился на выручку Патрулю!

  Враг дрогнул и побежал. Разъяренные горожане преследовали, били, резали, кололи, брали в плен. В следующие полчаса все было окончено.

  25

  - Командир, - в дверь трактира просунулась растрепанная голова Ван Галена, - там один из пленных рвется поговорить с тобой. Утверждает, что у него есть важная информация.

  - Логово Кривого? - моментально вскинулся я.

  - Не говорит, - скорчил рожицу Ван Гален, - но очень не хочет попасть к ребятам де Бюэя. Так что?

  - Веди, - я обреченно махнул рукой.

  Победная эйфория прошла очень быстро - как только пришло время разбирать завалы и подсчитывать потери. Я потерял Рамиреса и Сен-Клера. Коменж буквально истек кровью, сейчас над ним колдуют лекари. Еще двое получили тяжелыми предметами по голове, и им тоже на пару дней прописали постельный режим. Погибли девять жителей нашей улицы, двадцать два бандита. Еще семеро умерших непонятно кто - то ли те же бандиты, то ли случайные прохожие.

  Фло легко сбежала вниз по лестнице. Уже умытая и переодетая в чистое. Подошла сзади, приобняла меня за плечи.

  - Мы победили! Тебе не в чем себя винить!

  - Не знаю, Фло, не знаю, - я покачал головой, - люди платили мне деньги за безопасность, а я допустил резню на улице. Нужно было серьезнее относиться к угрозам.

  - Кривой Нэш - это не твоя проблема, это проблема всей Монтеры. Не зря же король поручил заняться им де Бюэю!

  - Теперь я должен сам им заняться! - устало произнес я, прижимая ее руку к губам. - Я должен это сделать. Погибли люди, которых я защищал! Погибли мои люди! Я не смогу спать спокойно, пока эта тварь жива!

  - Мы достанем его! - поддержала меня амазонка.

  В это время двери распахнулись и Ван Гален впихнул внутрь обещанного разбойника.

  Лет тридцати двух - тридцати трех, среднего роста, среднего телосложения, соломенного цвета волосы, серые глаза, нос картошкой. Одет в темные штаны, грязно-белую рубашку, неопределенного цвета, местами засаленную, безрукавку. Обут во вполне исправные башмаки на деревянной подошве. Ничего запоминающегося, обычная городская беднота. И только в глазах плещется отчаяние.

  - Сударь, умоляю вас, не отдавайте меня! - не дав толком себя разглядеть, мужчина рухнул на колени и сложил ладони лодочкой у груди. - Именем Господа нашего заклинаю, сударь, не отдавайте меня людям де Бюэя!

  - Очень интересно, - я безразлично пожал плечами, показывая, что нисколько не тронут его мольбами, - чем же это ты так насолил графу?

  - Сударь, у меня пятилетняя дочь, жена скончалась при родах. Мне нельзя попадаться в руки Департаменту, месье, дочка останется совсем одна! - и он очень резво пополз на коленях в мою сторону.

  Нужно отдать должное Ван Галену - он оказался на высоте - прервал сей благородный порыв, вовремя ухватив бандита за ворот.

  - Что же ты не подумал о своей дочери, милейший, когда шел сюда убивать меня и моих товарищей? - холодно осведомился я.

  - Месье! Я маленький человек! Я работаю у воровского мастера Туршеля, а он уже под самим Нэшем работал. Кривой Нэш приказал Туршелю, а Туршель приказал нам. Отказаться нельзя, иначе - смерть.

  - Ну вот видишь, - я позволил себе грубо усмехнуться, - если бы не пошел - смерть, а пошел - всего лишь в Департамент попал к графу де Бюэю. У нас милосерднее будет!

  - Сударь, прошу вас, сударь! - снова взвыл разбойник. - Дочку продадут в халифат, если я в конце недели не внесу плату за комнату! Сударь, помилуйте, я ведь вор, на мне крови нет, а от графа де Бюэя возврата тоже нет!

  - Что значит 'продадут в халифат'? Что еще за новости? - возмущенно воскликнула доселе помалкивавшая амазонка.

  - Сударыня, - незадачливый воришка тут же ухватился за внимание виконтессы, как утопающий хватается за соломинку, - сударыня, я снимаю комнату у мадам Божоли, недалеко от порта. Мадам Божоли содержит бордель и дешевые номера для самых неимущих постояльцев, почти ночлежка, только разделенная на комнаты. Правила там жесткие: просрочил плату на месяц - выметайся на улицу. И если я однажды не вернусь домой и не смогу внести плату за жилье, то никто с моей Луизой возиться не будет. Была бы постарше, пристроили бы в бордель, тоже незавидная доля, но хотя бы не в рабство. А пятилетней крохе одна дорога - в халифат, на невольничьи рынки. Поэтому мне никак нельзя пропадать, сударыня, не меня пожалейте, пожалейте ребенка!

  - Все решения здесь принимает шевалье Орлов, - отрезала Фло, - а он очень расстроен тем, что произошло сегодня. Так что спасти тебя может только чудо. Ты способен на чудо?

  - Как тебя зовут? - спросил я, внимательно вглядываясь в его лицо. - Мне кажется, что я тебя где-то уже видел.

  - Жак Марше, сударь, - пролепетал воришка, - мы с вами столкнулись на улице Лизаро, у ювелирной лавки.

  - Хм. Может быть, может быть.

  - Сударь, умоляю...

  - Да не верьте ему, командир! - вмешался Ван Гален. - Это такая публика, соврет и глазом не моргнет! Нет никакой дочки, и имя он только что придумал. Отпустите - и ищи ветра в поле!