Бретер на вес золота (СИ) - Евдокимов Дмитрий Валентинович - Страница 50

  Резко уйдя влево и отводя рапиру сильной частью своего клинка, я продолжил движение рукой и обрушил эфес шпаги на голову провалившегося вперед Валардеса. На всякий случай сразу отскочил в сторону, чтобы избежать нечаянных объятий противника. Кордобец рухнул на пол, но сознания не потерял, лишь очумело качал головой и судорожно пытался выдернуть застрявшую в стене рапиру. Смотри-ка, какой здоровый!

  Только я собрался приставить шпагу к его горлу и потребовать сдачи, как на меня бросился тот самый тип, который уже покушался на мою жизнь посредством метания кинжала и получивший за это табуретом по дурной голове.

  Чертыхнувшись, я пнул Валардеса по ребрам и развернулся к старому знакомцу. Жаль! Здоровяк так хорошо купился на мое притворство, а дожать его не получилось.

  Моего нового противника вперед гнала жажда мести. Он тоже задал высочайший темп, но в отличие от своего товарища не пытался обязательно нанизать меня на свою шпагу. Тут предпочтение отдавалось амплитудным режущим ударам.

  Пару минут я отступал под его натиском, пытаясь приноровиться к новой манере боя.

  - Морис, он мой! - прорычал поднявшийся на ноги де Валардес.

  - Черта с два! - азартно откликнулся надменный Морис и провел атаку, нацеленную мне в грудь.

  Я без труда парировал и провел рипост прямиком в его правую ключицу. В последний момент противнику удалось дернуться назад, поэтому клинок вошел в его тело неглубоко, не глубже дюйма, но болевой шок оказался достаточным, чтобы Морис с проклятиями выронил шпагу.

  Мне нужно было спешить, ибо шатающийся и держащийся левой рукой за разбитую голову Валардес приближался ко мне с налитыми кровью глазами. Поэтому я, уже нисколько не церемонясь, пихнул под ноги Морису табурет и, пока он пытался удержаться от падения, подскочил и что есть силы саданул кулаком левой руки по вмиг потерявшему надменность лицу. Изрядно надоевший мне противник рухнул на спину и остался лежать.

  А я вновь повернулся к де Валардесу. На этот раз длинного боя не случилось. Здоровяк и не собирался делать выводы из своих ошибок и менять что-то в своих действиях: он вновь попытался проткнуть меня рапирой, но на этот раз у меня не было пространства для маневра. Я быстро отступил на два шага назад, отбил острие рапиры хлестким батманом в сторону и прочертил линию резаной раны по груди противника, после чего сделал шаг вперед и еще раз двинул эфесом в его голову. Валардес осел на пол, но и в этот раз остался в сознании. Только теперь уже никто не мешал мне приставить шпагу к его шее.

  - Все кончено, сударь!

  - Будь ты проклят, Орлов!

  Не обращая внимания на ругательства, я пинком выбил рапиру из руки поверженного противника.

  Как по заказу, в этот момент двери 'Старого пеликана' распахнулись и в мгновение ока трактир оказался заполнен бойцами Патруля. Спустя еще четверть часа Валардес и компания были благополучно переданы на руки стражникам во главе с прикатившим на казенной карете графом де Фризе.

  Еще час заняли хлопоты по размещению 'гарнизона' в 'Старом пеликане'. Пока оставили пять человек под командованием Бартеза, но в ближайшие дни предстояло срочно активизировать работу по охвату прилегающей территории, ибо этот район был гораздо ближе к беспокойному порту, нежели 'Серебряный олень'.

  - Орлов, ты опять побитый! - всплеснула руками виконтесса, как только я появился в трапезном зале уже ставшего для меня родным трактира, и обличающе ткнула пальчиком в неизвестно когда и от кого полученную ссадину на левой скуле.

  - Побитый, но не разбитый, - совершенно не к месту схохмил я.

  - Дурачок, что за надобность была лезть туда самому?

  - Чтобы никто не мог сказать, что Рене Орлов прячется за чужими спинами, - произнес я настолько серьезно, что уже открывшая было рот для продолжения спора амазонка в последний момент решила промолчать. - К тому же мне не хотелось подводить графа де Бюэя.

  - Говорят, что ты стал землевладельцем, - резко переменила тему разговора Фло.

  - Да, - я задумчиво почесал затылок, - такой у меня сюрприз приключился.

  - Что будешь делать? - Флоримель игриво ткнула меня кулачком в бок. - Уедешь в деревню, женишься, заведешь кучу детишек, будешь гонять крестьян и растить урожаи?

  - Шутишь? Как я могу бросить все это? - кивнул я головой в сторону заполненного людьми зала, в том числе и призывно машущими нам руками дюжиной патрульных, сидящих за двумя сдвинутыми друг к другу столами.

  - Но ты же теперь завидный жених? - с напускной веселостью продолжала допытываться девушка. И я понял, насколько муторно у нее на душе. Настолько, что она готова уцепиться даже за такой сомнительный вариант для отступления, как брак со мной.

  - Разве что для таких же обнищавших дворян, как и я сам, - грустно усмехнулся я. Нет, я, конечно, очень даже не против. А если сказать прямо, то я был бы счастливейшим человеком на земле, если бы Фло согласилась стать моей женой. Но как я могу согласиться на это в сложившихся обстоятельствах? Пусть сейчас она готова плюнуть на разделяющую аллорийскую графиню и простого эскаронского шевалье бездну, но я-то знаю, что не стою и мизинца с ее руки...

  - Неужели в Эскароне людей ценят исключительно по толщине кошелька?

  - Как и везде. Пойдем-ка наверх, есть небольшой разговор, - полдня ворочавшаяся в голове мысль уже практически превратилась в твердую уверенность и требовала выхода.

  Оставив собравшихся праздновать мой день рождения товарищей еще на некоторое время без виновника торжества, мы с виконтессой поднялись в нашу комнату, и там я четверть часа сбивчиво пытался убедить девушку в возможности своего предположения.

  - Я поняла, Рене, - виконтесса как-то уж очень спокойно отреагировала на временами казавшуюся мне абсолютным бредом мысль.

  Спокойно-то спокойно, да вот только побледнела слегка и, закусив губу, отошла к окну, за которым уже сгущались осенние сумерки.

  - Фло, я могу ошибаться...

  - Да нет, Рене, все очень даже похоже на правду, - амазонка скрестила руки на груди, но от окна не отвернулась, поэтому мне не было видно выражение ее лица. - Готова биться об заклад, что здесь приложил руку отец. Он у нас, так сказать, серый кардинал.

  - Твои родители волей-неволей являются участниками политических игр, глупо было бы с их стороны не попытаться использовать такую ситуацию в своих целях.

  - Я все понимаю. Они раструбили на весь мир о пропаже короны, тем самым убив сразу несколько зайцев. Посеяли зерно сомнения и недоверия между участниками несостоявшегося похищения. Заставили проявить себя недоброжелателей семьи, попутно прояснив, кто из союзников готов поддерживать наши интересы несмотря ни на что, а кто будет сомневаться и просчитывать шансы на успех. В конце концов, удалось прощупать ситуацию на случай действительной пропажи одной из герцогских корон. Так сказать, создали прецедент. Но я, Рене! - тут голос Флоримель дрогнул, она повернулась ко мне, и стало видно, что в ее глазах блестят слезы. - Как же я? За что они так со мной? Ради достоверности? Я ведь верила, я дралась, я землю носом рыла! Я от отчаяния застрелиться хотела! Если бы не ты, я могла бы не выпутаться из силков барона д'Эрго! Ради чего? Неужели нельзя было поставить меня в известность?

  - Фло, - я тяжело вздохнул, пытаясь подобрать правильные слова, - еще раз повторяю, что я могу просто ошибаться. Но если все именно так, как мы сейчас предположили, то... То наследница герцогского дома д'Астра свое испытание прошла.

  24

  Короткий выпад, отскок, парирую двойную атаку в левое бедро, что оказывается неожиданностью для оппонента - он-то ждал 'ускользания', то есть рассчитывал, что я просто уберу эту ногу назад. Исходя из этого предположения, шевалье д`Эферон уже сделал шаг вперед, с целью не дать мне разорвать дистанцию, в результате же сам едва избежал укола в грудь. Громко чертыхнувшись, Пьер начал плести кружева для очередной атаки. Да только я не стал дожидаться и разрушил всю его элегантную красоту, сам бросившись вперед. Клинки тренировочных шпаг скрестились раз, другой, третий, наконец мы сблизились и сцепились сильными частями клинков. Несколько мгновений напрягались в попытке перебороть руку противника грубой силой, затем почти синхронно крутанулись, задев друг друга спинами, и с разворота выбросили атаку в то место, где должен был оказаться оппонент после совершения маневра. Д`Эферон, хитрец этакий, присел, чтобы пропустить мой удар над головой, а сам целил мне в запястье или предплечье - смотря насколько глубоко я уйду в атаку. Но я из разворота вышел чуточку раньше маэстро, потому успел скорректировать атаку, перенаправив руку вниз. Пришлось бедняге парировать снизу и быстренько уходить перекатом по земле, чтобы избежать новой защиты в крайне невыгодном положении.