Бретер на вес золота (СИ) - Евдокимов Дмитрий Валентинович - Страница 36

  19

  До жилища маэстро от фехтования было рукой подать. На улице распогодилось, небесный свод очистился от туч, и осеннее солнышко дарило миру совсем не осеннее тепло. Самочувствие мое после хорошего обеда было гораздо лучше, чем с утра. Я бодро шагал к дому д`Эферона, размышляя больше о событиях прошлой ночи, нежели о причинах моего приглашения к мастеру фехтования или о беседе с графом де Бюэем.

  У распахнутых настежь ворот усадьбы номер восемнадцать по улице Магнолий с важным видом стояли двое привратников в светло-синих, расшитых золотыми позументами ливреях. Мне коротко кивнули, то ли показывая, что знают меня в лицо, то ли это общепринятая процедура в доме д`Эферона. Один привратник остался на своем посту, второй поспешил проскользнуть на территорию усадьбы. Сделав приглашающий жест левой рукой, пошел впереди меня по мощенной белым морским камнем дорожке, ширина которой позволяла сделать предположение, что хозяин дома не держит личного экипажа, да и вряд ли вообще держит лошадей. Это могло говорить либо о недостатке средств, либо о всепоглощающей увлеченности любимым делом, нежелании отвлекаться на посторонние вещи. И у Дюмуа, и у Надаля было по-другому. И тот и другой имели роскошные дворцы, покупали чистокровных скакунов и время от времени устраивали роскошные приемы и балы.

  Я попытался вспомнить все, что слышал о месье д`Эфероне. Вроде бы он был выходцем из Атона - одной из восточных провинций. В молодости много путешествовал и даже, если верить слухам, несколько лет служил наемником в Гергоне во время войны с Наввским халифатом. В Монтере появился лет шесть-семь назад, открыл свою школу фехтования. Не здесь, на улицу Магнолий он перебрался всего пару лет назад, когда его финансовое благосостояние пошло в гору. Первоначально же он обитал где-то в предместьях. Высшее общество, когда речь заходила о д`Эфероне, слегка кривило личики - считалось, что он только 'подбирает объедки' со столов Надаля и Дюмуа. Но школа д`Эферона довольно быстро выбилась из ряда мелких монтерских фехтовальных школ и прочно обосновалась на третьем месте. Хорошие результаты и относительная дешевизна занятий сделали свое дело. Я знавал нескольких дворян, которые, хотя в обществе и отзывались о его школе с легким пренебрежением, тем не менее посещали именно занятия д`Эферона.

  Мне не приходилось встречаться с маэстро, я даже никогда его не видел, но подспудно уже начинал чувствовать к нему симпатию.

  С правой стороны, в тени старых лип, виднелся небольшой аккуратный двухэтажный домик. Стены обложены розовым туфом, крыша покрыта черепицей. Я не успел задаться вопросом: где же проходят уроки? - было понятно, что в таком доме это невозможно - потому что из глубины усадьбы уже слышался звон шпаг и приглушенный гул множества голосов.

  Спустя минуту мы вышли к просторному деревянному павильону. Сквозь огромные витражи были видны фигурки десятков фехтовальщиков. Мой сопровождающий распахнул передо мной двери, опять пропуская вперед. Я вошел. Двери за моей спиной закрылись - по всей видимости, слуга посчитал свою задачу выполненной и вернулся к воротам.

  Несколько минут я растерянно стоял у входа, пытаясь определиться с дальнейшими действиями. В ближайшей ко мне половине помещения все ученики, разбившись на пары, самозабвенно фехтовали. В дальнем конце зала группа из семи-восьми человек сбилась в кружок - то ли что-то рассматривали, то ли обсуждали. Поскольку эта группа показалась мне наименее занятой, я решил навести справки о хозяине поместья именно у них. Но тут из дальнего левого угла павильона раздался громкий возглас, избавивший меня от необходимости задавать вопросы.

  - Слава богу! Слава богу, вы пришли, месье!

  Это было поразительно и невероятно - фехтовальный зал практически мгновенно умолк. Прекратились разговоры, смолк звон металла, не слышалось больше шарканья приставных шагов, возгласов радости от удачной атаки или огорчения от пропущенного укола. Не менее трех десятков разгоряченных занятиями фехтовальщиков, среди которых оказалось пять особ женского пола, одновременно повернулись в сторону входа, где и обнаружили мою скромную фигуру.

  Я снял шляпу и отвесил всему залу одновременно легкий поклон. Надеюсь, вышло если и не совсем изящно, то, по крайней мере, вежливо.

  В тот же миг рядом со мною возник гибкий мужчина среднего роста. Его длинные каштановые волосы волнами ниспадали на плечи. Щегольские рыжие усы весело топорщились в разные стороны. Прямо на меня смотрели полные доброжелательности и восторга карие глаза.

  - Слава богу, вы пришли, сударь! - месье д`Эферон, а это, несомненно, был он, обернувшись к залу и по-свойски приобняв меня за плечи, громко возвестил:

  - Дамы и господа! Шевалье Орлов собственной персоной!

  Реакция присутствующих меня поразила. Отсалютовав мне шпагами, фехтовальщики сотрясли воздух троекратным 'ура!', чем окончательно смутили мою не любящую выставляться напоказ натуру. Заметив мое состояние, хозяин заведения пришел на выручку:

  - Господа, продолжайте в том же духе! У нас с месье Орловым деловой разговор!

  Д`Эферон увлек меня за собой в дальний конец зала, где виднелась небольшая дверь в подсобные помещения. Проходя сквозь ряды посетителей фехтовального зала, я ловил на себе взгляды. Восторженно-ликующие у одних и сомнительно-вопросительные у других. 'Что, черт возьми, здесь происходит?' - успел подумать я, прежде чем маэстро втащил меня в смежное помещение. Мы прошли по коридору мимо раздевалок, склада амуниции, еще каких-то помещений и стремительно ворвались в личный кабинет Пьера д`Эферона.

  Кабинет представлял собой небольшую комнатку, заставленную книжными шкафами. Лишь половина из них была занята собственно книгами. Остальные были завалены большими и маленькими картинами, изображающими сражающихся людей, всевозможными свитками, свертками, обломанными клинками, прорисовками позиций, выпадов и парад. У окна стоял стол, тоже покоящийся под грудами грифельных и чернильных набросков. На верхнем я сумел разглядеть безголовые тела двоих соперников, один из которых только что атаковал, а второй парировал сильной частью клинка. Стрелочками было обозначено, как обороняющийся должен провести рипост в левое предплечье атаковавшего.

  Хозяин извлек из внутренних отсеков стола бутылку красного кордобского вина тридцатилетней выдержки и два бокала, налил, уселся в кресло, жестом руки предложив мне занять второе.

  - Как вино? - осторожно спросил он, когда я устроился в кресле напротив стола и пригубил из своего бокала.

  - Великолепно, сударь. Не часто мне приходится пить такое.

  - Да. Чем южнее растет виноград, тем больше в нем сладости, тем лучше выходит из него вино. Я придерживаюсь такого мнения.

  - Согласен с вами, месье д`Эферон, однако сладкое любят не все. Один мой друг просто боготворит розовое танийское. Утверждает, что от него лучше работают мозги.

  - А, - мой собеседник безнадежно махнул рукой, - по всей видимости, это ваш эльф. Все эльфы помешаны на танийском. Не знаю, что они в нем нашли - их собственные вина еще послаще кордобского будут...

  - ...Хотя эльфийские владения лежат явно севернее той же Кордобы, - я не удержался от того, чтобы вставить в разговор подвернувшуюся на язык 'шпильку'.

  - Ха-ха! - довольно хохотнул д`Эферон, не проявляя ни тени неудовольствия. - Черт побери, вы правы, друг мой, тысячу раз правы! Никто не знает, как остроухим это удается, но удается!

  Несколько минут мы молча смаковали вино. Я делал вид, что разглядываю содержимое книжного шкафа, хотя на самом деле осторожно косился в сторону хозяина. Отрешенный взгляд месье д`Эферона блуждал где-то за моей спиной, в районе входной двери. Наконец он глубоко вздохнул, словно решился на какой-то рискованный шаг, и, отбросив со лба длинную вьющуюся прядь волос, приступил к объяснениям.

  - Месье Орлов! Признаться, я с умыслом пригласил вас к себе, вместо того чтобы нанести визит самому. Я хотел, чтобы посмотрели на мой фехтовальный зал, на атмосферу, царящую здесь, на моих учеников и просто посетителей.