Чувства и тени (СИ) - Темхагин Антон Владимирович - Страница 80

А я был вооружен, пожалуй, лучше всех. Только перед нашим отбытием с поляны я вспомнил, что на дне моего рюкзака, надежно замотанный в разные тряпки, лежит кинжал, который я неизвестно зачем прихватил с собой из Университета. Теперь ножны с ним висели у меня на поясе, мерно покачиваясь в такт моих шагов. Уверенности это, к сожалению, не прибавляло ни чуть.

Кир лишь задержал взгляд на кинжале на несколько секунд, но никак не прокомментировал его появление. В любой другой ситуации мои действия вызвали бы вопросы одноклассников, но сейчас все были заняты более насущными проблемами.

Фенел шел впереди отряда, так же, как и Вэлс. Тилон был где-то с ними, светлая голова Теари мелькала передо мной в группе девочек. Мервина я нигде не замечал.

Здорово похолодало. Куртка меня уже не спасала и очень хотелось съежиться, обхватив плечи руками. Разве что зубами не стучал от стужи. При этом больше никаких изменений я не замечал — по-прежнему стоял день, хотя по ощущениям давно уже должно было вечереть. Мелькавшее сквозь ветви корявых деревьев серое небо оставалось однотонным, ни намека на облака. В воздухе витал неприятный сладковатый запах, смутно знакомый, оттого еще более настораживающий.

Поначалу двигались мы довольно быстро, но чем дальше заходили, тем труднее было продираться сквозь заросли удивительно колючих кустов и перелезать через поваленные стволы деревьев, густо поросшие зеленоватым мхом. Я постоянно старался вслушиваться, пытаясь уловить хоть какие-то лесные звуки, часто осматривался по сторонам, боясь увидеть мелькнувшие среди листвы тени неведомых существ. Глядя на товарищей я понимал, что не одинок в своих опасениях.

Еще я перестал узнавать растения, которые обильно росли на протяжении всего нашего пути. В свою бытность учеником волхва я запомнил многие травы, произраставшие в нашей местности, но ничего подобного прежде точно не встречал. Удивляться было особенно нечему, Меркис в свое время рассказывал мне, что в каждой Лесной зоне есть свои флора и фауна, которые пересекаются весьма редко. Он, возможно, смог бы определить по ним, за какую Границу нас занесло, вот только что бы дала эта информация? Пожалуй, ничего.

Здесь росла тонкая высокая трава, ненормально синего цвета, большие лопухи с яркими красными прожилками на листьях, несколько раз встречались группки белых грибов с конусовидными шляпками, которые торчали из дыр в стволах деревьев. Казалось, будто сами грибки прогрызли бреши древесине, чтобы выбраться на свет. Возможно, они даже были съедобными, но мы еще не достигли той грани голода, когда пошли бы на подобный риск.

Но больше всего привлекали мое внимание высокие, похожие на папоротники, растения с ярко красными тоненькими листиками на темно-зеленом толстом стебле, которые стали встречаться нам все чаще и чаще. Что-то в их облике отталкивало, да так, что одна мысль о прикосновении к ним казалась мне противной. Они колыхались на ветру то вправо, то влево, порой извиваясь подобно змеям, а их листья мелко дрожали, словно в лихорадке. Этот дерганный танец смотрелся жутковато.

Со временем их становилось все больше. Складывалось ощущение, что эти странные растения потихоньку окружают нас, пытаясь взять в кольцо. Я мысленно отругал себя за глупые рассуждения. Что за вздор?

— Ай, черт! — услышал я кого-то из девочек. Вроде бы это была Дэли, но рассмотреть мне мешала спина идущего впереди Кира.

— Что стряслось? — это уже Фенел. Группа остановилась, и он, шурша опавшими листьями, приближался к нам.

Я тоже выдвинулся ему навстречу, обогнув вставшего, как столб, Кира.

Дэли стояла неподалеку, держа левую ладонь в правой, опасливо косясь на жутковатый «папоротник», что возвышался рядом с ней. По ее руке стекала струйка алой крови.

— Я порезалась. Об это, — сказала она, кивнув в сторону растения.

Фенел осмотрел рану и присвистнул.

— Ничего себе. Как тебя угораздило?

— Вам заняться больше нечем? — рявкнул Вэлс откуда-то спереди. — Из-за царапины плакать будете? У нас нет времени!

Кто-то из девочек протянул Дэли кусок белой ткани, и та перетянула рану на своей ладони. Группа возобновила движение, стараясь не касаться «папоротников» от греха подальше. Только избегать встречи с ними становилось все труднее, поскольку их и так немалое количество порядком возросло, а потому вскоре пораниться успели еще несколько человек, включая Тилона. Последний громко выругался. И добавил:

— Как бритвой режет, сволочь.

Действительно — красные листья опасного растения оставили на рукаве моей куртки четкий разрез, когда я случайно их задел.

Когда Тилон умудрился получить еще одну рану, он со злости пнул ненавистный «папоротник», постаравшись втоптать его в землю. Послышался смачный хруст, и парень прыжком отскочил в сторону, чуть не сбив с ног Зану.

— Это еще что такое?

Из раздавленного толстого, мясистого стебля растения толчками вытекала густая темно-красная жидкость, разбрызгиваясь вокруг. Сам «папоротник» крупно трясся, словно в конвульсиях, его листочки быстро сжимались и разжимались. Все это сопровождалось противным бульканьем.

— Шшиал вам в задницу! — в сердцах прокомментировал Вэлс, поудобнее перехватывая дубинку.

В мою голову закралась нехорошая мысль. Я перешел на второе зрение, не сводя глаз с гибнущего «папоротника». Вокруг него я увидел нечеткую, тусклую, но все же ауру. Это штука была отнюдь не растением. Она живая!

— Так, старайтесь не размахивать руками. Лучше не касаться этой… штуки, — заметил Фенел, но его слова и так были очевидны для всех.

Легко сказать, да трудно сделать. Красноватых псевдорастений стало так много, что избегать их становилось делом почти невозможным. Мы вошли в самые заросли, не успев отойти от убитой Тилоном твари и двадцати шагов.

— Дальше идти нельзя, — констатировал Фенел. — Они повсюду, насколько далеко я могу видеть. Не уверен, что это безопасно.

Я был с этим согласен. У меня было серьезное ощущение, что эти маскирующиеся под растения твари еще куда опаснее, чем кажутся. Дело не только в остроте их листьев.

— И что дальше? — спросил Мервин, нервно переступая с ноги на ногу.

— Пойдем в другую сторону. Кажется, вон там, слева, их поменьше. Можем пройти.

— И опять наткнемся на какую-нибудь тварь? — язвительно поинтересовался Вэлс. — Ну уж нет. Ты уже один раз выбрал направление.

— Я не мог знать, что нас ждет, — спокойно отреагировал Фенел. — И ты не знаешь. Меня не в чем винить.

Он был абсолютно прав, но Вэлс уже не хотел слушать разумные доводы. Он быстрым шагом подступил вплотную к Фенелу, по пути оттолкнув в сторону зазевавшегося Мервина. Рыжий толстяк выронил свои очки, которые как раз протирал, сел на корточки и принялся обшаривать траву в поисках своих вторых глаз.

— С чего ты вообще возомнил, что будешь что-то решать? — Вэлс ткнул кулаком в грудь Фенелу, отчего тот чуть отступил назад. — Ты все время делаешь вид, что выше всех нас! Я буду делать то, что я хочу, ясно тебе? И отправляйся ты хоть к Шшиалу в задницу, а я пойду в другую сторону.

— Как хочешь, — равнодушно ответил Фенел. Он спокойно смотрел товарищу прямо в глаза. — Я тебя больше держать не буду.

— А кто ты вообще такой, чтобы меня держать? — еще один тычок в грудь. — Что ты сделал за все это время? Только советы раздавать можешь, а как серьезное дело — сразу к мамке под юбку бежать готов. Как тогда, с Марком!

Вэлс в третий раз ткнул одноклассника в грудь, уже сильнее, так, что Фенел пошатнулся и чуть не упал. Я уже сделал шаг по направлению к ним, в надежде вправить им мозги, но не успел. Фенел, сохранявший ясность ума все время, которое мы провели в Лесу, наконец тоже сорвался и мощно впечатал кулак в нос Вэлсу. Брызнула кровь, черноволосый парень со шрамом сделал шаг назад и присел на одно колено, зажимая нос левой ладонью. В правой он все еще держал дубинку.

— Ах ты скотина, — гнусаво произнес он, и резко, как пружина, прыгнул в сторону Фенела, одновременно нанося удар дубинкой.