Чувства и тени (СИ) - Темхагин Антон Владимирович - Страница 49

Читать было сложно, поскольку мысли мои витали совсем не там, где надо было. Эта нервозность передалась и Теа, которая видимо рассудила, что я стал такой странный и замкнутый именно из-за экзаменов. Наверное, только Вэйр мог приблизительно понять, что экзамены тут ни при чем, если, конечно, он использовал магию чувств направо и налево, в чем я сомневался. Но даже если он и понял, что со мной что-то не так, то все одно не стал бы вмешиваться. Какое ему до меня дело?

Короче говоря, за отведенный на подготовку к экзамену по истории день я практически ничего не выучил. Чисто фактически я дочитал учебник до конца, но запомнил лишь жалкие крохи. Взгляд быстро скользил по тексту, не оставляя в голове никаких следов.

Спать ложился со странным ощущением. С одной стороны, я очень боялся того, что вновь увижу что-то странное. А с другой — мне этого хотелось. Нужно было выяснить, что там произошло, и в порядке ли Меркис.

Но ничего не случилось. Может, сны мне и снились какие-то, но на утро я ничего не помнил. Это означало, что то видение возвращаться больше не собиралось. И, опять же, во мне боролись два чувства — облегчение и обида. Мне необходимо знать, чем все закончилось!

В холл Университета я пришел одним из последних. Настроения не было вовсе. В «замке» на этот раз учеников было меньше, так как отсеялись все те, кто позавчера завалил имперский. Правда суеты и толкотни от этого менее не стало. В десять часов ровно за нами пришли. Я ожидал опять увидеть очкастого мастера де Фогта, но сегодня в аудиторию нас сопровождала девушка. Пожалуй, слишком молодая, чтобы быть преподавателем. Она напоминала мне коменданта кампуса Слевию — возраст примерно тот же. Одета она была в небесно-голубую мантию с изображением расправившего крылья орла на спине. Ее русые волосы забраны в хвост и перехвачены синей лентой. Неужто в таком возрасте она смогла получить звание мастера Университета?

В аудитории под номером «шестнадцать» я занял то же место, что и в прошлый раз. Вроде бы даже специально не выбирал, так получилось само собой. Просто ноги туда потянули.

Когда шум в классе улегся, я посмотрел на тех, кто сегодня сидел за учительской кафедрой.

Их вновь было четверо. С левого края сидел… сидело… Нечто, по своим размерам напоминающее великана. Если уж я Меркиса считал большим, то этот зверь точно заткнул бы его за пояс. Волосы длиннющие, светлые, а вот бороды нет совсем, что даже как-то не вяжется с остальным образом. Руки толщиной с добрые поленца сложены на груди, взгляд, что логично, суров. С интересом рассматривает аудиторию с таким видом, будто хочет нас всех убить прямо на месте. На лице у экзаменатора я заметил несколько шрамов, по всей видимости — старых. Нос же его и вовсе выглядел так, словно побывал не в одной заварушке. Он точно был сломан, может быть, даже не один раз. Больше всего к такой внешности подошли бы тяжелые, изборожденные зарубками, доспехи, но одет он был так, как и полагалось в Университете. Его черная мантия не имела никаких рисунков или узоров. Просто черная.

Рядом с монстром притеснился другой преподаватель, на этот раз вполне обычный. На фоне сидящего рядом зверя он выглядел даже слишком обыденно. Мантия светло-зеленая с рисунками на рукавах, короткие темные волосы, простое лицо — даже зацепиться не за что. Разве только нос у него был широковат, да брови очень кустистые и длинные.

Девушка-распорядитель уселась с правого края. Неизменным во всей этой картине оставалось только присутствие Териона. Он выглядел так же, как и всегда. Взгляд высокомерно-безразличный, руки на груди, как и у гиганта слева. Только на фоне великана он казался уже не таким суровым, как раньше.

Со вступительной речью на этот раз к нам обратилась девушка. Текст короче, чем перед началом первого экзамена, но важное только одно — имена экзаменаторов. Я опять записал их в тетради, рядом с каждой фамилией быстренько набросав маленькое изображение ее обладателя. Так было проще запомнить. Великан вышел у меня каким-то толстым и скособоченным. Ну да ладно, смысл понятен. Я все равно это никому показывать не стал бы.

Гигант, к моему удивлению, оказался мастером истории Университета, а звали его Шен Моллон. Его сосед благородно звался мастером Артуриусом де Штойером. Девушка-распорядитель представилась, как мастер Сенна де Фогт. Сестра того типа в очках? Как там его — мастер Джерон? Впрочем, какая разница.

Дальше все было по накатанной схеме. Учеников вызывали к кафедре по одному, давали задания и отпускали готовиться. Я начал волноваться только в тот момент, когда прозвучала моя фамилия.

— Кэсс Лайстрам, — голос мастера Сенны вырвал меня из плена очередных размышлений о судьбе Меркиса.

Я подошел к экзаменаторам, у самой кафедры споткнулся и чуть не упал. Так, самое время собраться.

Гигант мастер Моллон зачитал мне три вопроса. Его голос вполне соответствовал внешнему виду — утробный, звучный, таким только врагов и запугивать.

Терион, казалось, спал и в мою сторону не глядел. Да и Шшиал бы с ним, как-то уже и не интересно.

С вопросами мне, можно сказать, повезло. Трехсторонняя война 357 года и история основания Теркса были из той части учебника, которую я изучил основательно. Так что тут проблем нет. Третий вопрос о государственном перевороте 653 года, когда на престол взошла династия Размон, мне в книжке не попадался. То есть как — он там, несомненно, был, но я просто этот момент не запомнил. И дело мое было бы плохо, если бы я не знал эту историю из одной меркисовой книжки. Возможно, некоторые факты все же не припомню, подумал я, но в общих чертах указать смогу.

Подготовка вопросов отняла у меня больше времени, чем при сдаче имперского. Я исписал несколько листов тетради, прежде чем осмелился отправиться к кафедре. Была не была, надо сдавать.

Только пришлось немного подождать, потому что один из учеников как раз отчитывался по своим вопросам. Даже от такого недолго стояния у меня затекли ноги. От волнения, наверное.

Когда очередь таки дошла до меня, я сел перед экзаменаторами и принялся зачитывать ответы. Слушал меня, по сути, только великанообразный мастер Шен Моллон, иногда уточняя некоторые моменты. Мастер Сенна следила за порядком в аудитории и не принимала участия в выставлении оценок. Мастер Артуриус иногда поглядывал на меня, вроде как делая вид, что внимательно слушает. Но я то понимал, что интереса у этого преподавателя никакого не было, и что он совершал отчаянные попытки оставаться в бодрствовании, а не заснуть прямо за кафедрой. Терион же по-прежнему не замечал меня, рассматривая что-то перед собой на столе. Это меня устраивало, потому что одному человеку сдавать точно проще, чем сразу четверым.

Я довольно быстро и без запинок добрался до третьего вопроса. Итак, вот самый важный момент. Я прочитал уже половину из своего текста, как мастер Шен задал мне вопрос.

— Вот вы, говорите, Флавий Резмон занял трон при помощи верховного жреца Теанской церкви. А если подумать, так ли это?

— Не совсем, я просто немного не правильно выразился. Дело в том, что верховный жрец Овидий…

Возможно, я говорил что-то еще. Во всяком случае, мои губы какое-то время шевелились, но звуки перестали иметь для меня хоть какое-то значение. В глазах все помутилось и поплыло, лицо мастера Шена стало нечетким, будто бы я смотрел сквозь толщу мутной воды. В ушах яростно звенело, я не мог зацепиться ни за одну из своих мыслей. Да и способен ли я был думать в тот момент?

Я выпустил тетрадь из рук и вцепился в край стола. Как раз тогда мое сознание окончательно уплыло прочь, замещаясь чем-то иным. Или кем-то…

Перед глазами возникла картинка. Все было в тумане, и я не сразу смог разглядеть человеческую фигуру, нетвердо стоявшую на ногах. И это без сомнений был Меркис.

Он покачивался, переступая с ноги на ногу. В левой руке он держал кинжал, правой зажимал рану на плече. Его одежда была жутко измазана грязью и кровью, волосы спутались так, что лица практически не видно.