Дранг нах остен по-русски. Тетралогия (СИ) - Зайцев Виктор Борисович - Страница 305

   Старые магаданцы попытались такой привязкой исключить случаи карьерного взлёта "любимчиков" и "родственников", хотя, жизнь покажет. Никто из них не был партийным деятелем, не интриговал в стиле "троцкистов" или "сталинистов". Самый умелый интриган Николай Кожин сильно сомневался, что с его оперативными комбинациями, натасканными на преступниках и уголовниках, он смог бы продвинуться дальше уровня райкома КПСС. Не те люди, не те интриги. Однако, пока задумка магаданцев работала, давала выход деятельности "лишних людей" не в интригу против власти, а в сторону, параллельную власти. Как будет дальше, покажет время, но, на двадцать-тридцать лет наши герои рассчитывали.

Глава двенадцатая. Благоустроенная планета.

   Похороны Николая Кожина собрали всех жителей Петербурга, огромная процессия скорбящих родственников, соратников и просто жителей Новороссии растянулась на всю столицу, чтобы завершить свой путь в небольшой церквушке, где когда-то давным-давно отпели непутёвого магаданца Влада Быстрова. Покойник лежал в открытом гробу в заранее пошитой форме майора полиции Российской Федерации, сам гроб везли на орудийном лафете, под музыку сразу двух духовых оркестров. Впрочем, практика торжественных похорон в Новороссии к 7138 (1630) году была отработана достаточно, чтобы никого не удивить. Хотя, после Влада Быстрова, впервые на похороны съехались все магаданцы старшего поколения, и, большинство их потомков, успевших добраться до Петербурга за три дня. Личность исторического масштаба, Николай Кожин, соратник наместников Западного Магадана и Новороссии, был известен всему миру.

   Своих представителей на похороны прислали не только союзные Новороссии страны, вроде Московской Руси, Южно-Польской империи, обеих Венгрий, и многих других государств. Посетить столь важное мероприятие сочли необходимым послы Испании и Португалии, Франции и Турции. Много было представителей из стран Азии, где работал покойный последние годы. Начиная от Израиля и Южной Персии, наместники, которых прибыли на похороны лично, срочными рейсами ездовых самолётов. Заканчивая странами Индокитая и Японией, чьи представители передали личные соболезнования своих князей и султанов. Лишь Китай, хотя три года назад установил дипломатические отношения с Югорусью, не произвёл никаких телодвижений. Да и какой это был Китай? Так себе, едва треть от "срединной империи", оставшаяся после захвата Маньчжурии Москвой, и, соответственно, создания независимого Южного Китая из четырёх самых богатых южных провинций. Потому реакция династии Мин была вполне понятна, учитывая, что Южный Китай давно был крупнейшим союзником Югоруси на Востоке.

   После упокоения гроба с покойным в фамильном склепе, процессия стала распадаться на небольшие кампании, ибо общую тризну по умершему Николаю официально не устраивали. Так распорядился его друг Валентин Седов, объявив, что собирается помянуть своего друга в узком кругу старых магаданцев. Спорить с ним не пытался никто, авторитет отца наместника Новороссии за последние годы вырос по всему миру. Именно его усилиями и трудами Новороссия практически забыла о детской и материнской смертности, а попасть в клиники Острова на лечение стремились все богачи мира, от Явы до Исландии, от Африки до Америки. Ходили даже слухи, что в секретных лабораториях Острова воспитанники Седова научились приращивать отрубленные конечности и скоро смогут оживлять умерших. Весьма характерные для Средневековья слухи, несмотря на прижизненное причисление православной церковью Валентина Седова к званию Святого заступника православного люда.

   Потому, после окончания похорон, огромная процессия быстро распалась на десятки кампаний, уверенно рассаживавшихся в машины и автобусы. Офицеры дисциплинированно собрались самыми первыми, покинув пределы кладбища за считанные минуты, помянуть легендарного Кожина для армейцев и безопасников было святым делом. Никакие официальные заявления или запреты не могли помешать офицерам собраться для этого, невзирая на чины и различные службы. Именно Кожин добился тесной дружбы двух ведомств, военного и безопасности, понимания общей задачи. Позднее наместник закрепил это содружество законами, обязательной ротацией офицеров и перехода из одной службы в другую. Вплоть до запрета присвоения званий старшим офицерам без необходимого стажа работы в "дружественном" ведомстве. Чуть позже, разъехались многочисленные родственники магаданцев, собравшиеся почти в полном составе, более трёхсот детей, внуков и правнуков, потомков первых двадцати магаданцев, оказавшихся в шестнадцатом веке. Для них были накрыты поминальные столы в зале дворца наместника Новороссии.

   За шестьдесят лет потомки магаданцев не только породнились со многими правящими династиями Европы и Азии, но и прославились серьёзными успехами в искусстве и науке. Нет, не плагиатом, выдавая принесённые из двадцать первого века сведения за свои, а, именно своими достижениями. Мелодии композиторов Лейкиной и Чистовой отличались своей оригинальностью с элементами музыкальной культуры Средневековья, не вызывая никаких ассоциаций с музыкой двадцатого века. Исследования Кости Ветрова по жидким кристаллам и Алексея Сусекова по оптоволоконной тематике, математический аппарат, созданный талантливым внуком Алексея Кочнева -- Иваном, позволили три года назад уверенно встать на путь создания жидкокристаллических экранов. В лабораториях Магаданского университета шла активная работа по "возрождению" сотовой связи, благо электроника Новороссии позволяла выпускать вполне достойные микросхемы. Конечно, основной упор наука Западного Магадана и Новороссии делала на биологию и здравоохранение.

   Ещё бы, при таких титанах, как Алевтина Сусекова и Валентин Седов, грех был не использовать их знания и умения. Факультеты бионики и прикладной биологии, медицины и фармакопеи, Петербургского и Магаданского университетов, последние тридцать лет пользовались завидной популярностью у абитуриентов со всего мира. Надо сказать, что и успехи в этой реальности у биологов были заметно выше тех, что помнили магаданцы из своего прошлого. Кроме фантастических для Средневековья по урожайности сортов пшеницы, ржи, гречихи, картофеля и других продуктовых растений, воспитанники Сусековой смогли поставить на службу людям даже микроорганизмы. В животноводстве многие фермы Западного Магадана и Новороссии перешли на выкармливание скота с добавками водорослей и хлореллы, практически вдвое снизив себестоимость мяса для Европы. Кефир, плантации грибов в погребах и заброшенных каменоломнях, активное рыбоводство и птицеводство на основе опыта из будущего, были малой частью новинок магаданцев, ушедших в народ.

   Однако, именно благодаря этим новинкам, да массовому внедрению тракторов и механических косилок, русы, за считанные годы увеличили производство продуктов питания в десятки раз. Западный Магадан и Новороссия не только кормили недорогими продуктами своих граждан, включая обширные колонии, но и устроили товарную интервенцию в соседних странах. Крестьяне Турции, Франции, Испании, Дании начали массово разоряться после поставок дешёвого мяса и хлеба от русов. Причём основная часть продуктов поставлялась в глубоко переработанном виде, вроде консервов, макарон, конфет, пряников, каши быстрого приготовления. Местные селяне просто не могли предложить подобные продукты богачам и правящей верхушке соседних с русами стран. Продукция русов, даже с учётом повышенных пошлин, была вне конкуренции, всё больше подсаживая своих соседей на "крючок продовольственной безопасности". А с разорёнными крестьянами соседних стран активно работали агенты русов, предлагая переселиться и сменить работу, и скупая брошенные участки у землевладельцев. Естественно, на скупленных землях, агенты русов никаких посадок не делали, устраивая там охоту для знатных "друзей". Такими методами магаданцы приводили в зависимость своих соседей, как промышленную, так и продуктовую, считая это главным способом удержать их правителей от войн.