Дранг нах остен по-русски. Тетралогия (СИ) - Зайцев Виктор Борисович - Страница 180

  -- Да, надо бы десяток грузовиков в гражданском варианте в Петербург запустить, тогда отбоя от желающих водителями стать не будет. - Задумался на обратном пути Головлёв.

  -- А ты просто добавь в комплекс ГТО для парней, вождение автомобилей. Мы тогда тысячи водителей получим через пару лет, только не забывай грузовиками учебные центры снабжать. - Посоветовал Валентин.

  -- Теперь я понимаю прошлогоднюю задачу по производству бурильных установок. - Задумчиво откликнулся Корнеев. - Я всё гадал, зачем нам бурить нефть, если в Плоештах её из колодцев отлично вычерпывают. Для этих грузовиков колодезной нефти может и не хватить.

  -- Правильно, когда ты отправляешь первых бурильщиков в Плоешты? - Откликнулся Головлёв. - Только учти, Плоешты не основная цель для бурильщиков, а полигон для испытаний. И, учебный класс для аборигенов. Пусть твои специалисты учат тамошнюю молодёжь, обещают хороший заработок и возможность путешествовать. Уж нефтяниками румыны не поленятся работать, надеюсь. Создай нормальную агитацию для молодых православных румын, обещай не только работу, но и возможность переселения всей семьёй за государственный счёт в края, где нет помещиков и дворян. Где первые семь лет православный народ, как водится, освободят от налогов, а зарплата нефтяника позволит выстроить огромный дом. Землю в тех южных краях нарежут совершенно бесплатно, работой желающих обеспечим при условии подписания контракта на десять лет.

  -- Подожди, у румын огромные семьи, как у цыган. За одним работающим нефтяником поедут человек тридцать, если не больше, дармоедов и бездельников. - Едва не поперхнулся Корнеев, имевший неосторожность проезжать через Румынию в одной из поездок по Европе двадцать первого века.

  -- Правильно, на это я и рассчитываю. Нам нужны горластые, бесцеремонные, многочисленные переселенцы, такие же, как арабы или нынешние евреи, только православные. Пусть некоторые из них работают -- им будем платить, другим раздадим оружие для защиты своих семей. Будут румыны вытеснять аборигенов или ассимилировать их, нам в любом случае выгодно. Останутся под нашим контролем исключительно православные и послушные подданные. Пусть они будут не сильно работящими, качать нефть дело нехитрое при нынешних глубинах залегания в двадцать-тридцать метров. Можно даже пару нефтеперерабатывающих заводов им построить, бензин нужен машинам и кораблям. - Петро задумался на минуту, затем продолжил. - Найдём через год-другой нефтеносные районы в той же Северной Африке или Южной Америке, завезём туда обученных румын с семьями, выстроим церкви. Под нашим контролем они лет двадцать-тридцать будут, не меньше, возможно, лет сто пятьдесят -- двести. За это время любых аборигенов румыны выживут или ассимилируют, приведут к православию. Потому, как храмы иных конфессий мы строить запретим, и службы тоже.

  -- А мы с этого получим не один нефтяной источник, как сейчас в Плоештах, а два-три, или больше. - Подхватил идею Корнеев. - Причём, все они будут завязаны на нас, как основного потребителя сырья. Более того, только мы сможем защитить их от окружающих иноверцев. Такие нефтедобывающие анклавы, даже при обретении независимости, останутся экономически и духовно, политически, привязаны к нам, Новороссии.

  -- Правильно, останутся привязанными к нам на несколько веков, а дальше будет видно, не нам решать. - Подвёл итог своим предложениям наместник. - Не вам говорить, что специалистов у нас не хватает. Надо активнее использовать другие народы, оказавшиеся в доступности. Из бывших пленных немцев, например, полгода назад мы сформировали пять полков, их активно муштруют и готовят воевать по нашим правилам. Все они пожелали стать полноправными гражданами Новороссии, каковое право и получат через три года службы. Хотя контракт они подписали на десять лет службы, уверен, все его продлят ещё на десять лет, чтобы заработать пенсию. Они работать не умеют, только воевать. А нынче воевать безопаснее всего за Новороссию.

  -- Ну да, - кивнул Корнеев, - мы тоже много чехов сагитировали перебраться на Остров. Только контракты у нас на пять лет и гражданство после контракта. Узнав о наших зарплатах, добрая половина пражских ремесленников заключила контракты, две трети из них уже перевезли свои семьи. Остальные холостяки, хотя на наших девушках охотно женятся, значит, останутся в Новороссии. Возвращаться собираются лишь единицы.

  -- Конечно, - хмыкнул Валентин, - какая женщина от горячей воды, стиральной машины, унитаза, электроутюга, электроплиты и электроосвещения захочет вернуться к каминам, ручной стирке в холодной воде? Да и сами работяги, наверняка продлят контракты ещё на пару сроков, куда им деваться. Дома или квартиры у них в Новороссии к тому времени будут, возможно, машины заведут, если и вернутся в Чехию, то, лишь похвастать успехами и родных позвать к себе. Даже те, кто уедет с Острова, будут всю жизнь рассказывать знакомым, как хорошо в Новороссии. Нас это вполне устраивает.

  -- Мы же обсуждали нашу политику в Европе. - Напомнил наместник. - Сейчас инженеры, мастера и учёные едут на Остров, здесь всё налажено давно и вызывает интерес. Через пять лет, когда мы наладим нечто похожее в континентальной части Новороссии, туда побегут работяги со всей Европы. Зачем горбатиться на своего хозяина, если, перебравшись через границу, что в какой-то сотне вёрст пролегает, можно стать свободным? Из Новороссии выдачи нет! Да не просто свободным, а найти хорошую работу, перейти в православие и получить налоговые каникулы. За которые вполне возможно выстроить или купить дом, завести хозяйство.

  -- По информации с континента, наши урожаи на выморочных землях из семенного материала Алевтины Сусековой, свели с ума добрую половину дворянских крестьян. Самих дворян тоже, впрочем. Крестьяне бегут на выморочные земли целыми деревнями, оставшиеся под властью дворян и епископов крепостные правдами и неправдами добывают наши семена и картошку. Дворяне от них недалеко ушли, закупают племенной скот и учатся силосованию. Вы знаете, что египетское зерно в будущем году нам не понадобится, своих продуктов уже нынче в избытке? А закупать придётся, часть поместим на хранение, часть начнём перерабатывать в новую продукцию - макароны, рожки.

  -- Да, чувствую, повторяется ситуация начала двадцать первого века, - засмеялся Валентин, удивляясь пришедшему сравнению. - Тогда из Болгарии, Румынии, Польши, и прочих недоразвитых стран до четверти населения уехали на заработки в Германию, Францию, Британию и другие Голландии. Тоже, что характерно, молодые и самые толковые. На родине у них оставались старики, да патриоты или неудачники. Однако, нам это грозит новой войной, со все оставшейся Европой!

  -- Я не сомневаюсь в этом, но, надеюсь на десять-пятнадцать лет мира. Пока подрастёт новое поколение, пока короли и правители поймут, что бегство молодёжи невозможно остановить запретами и силой, пройдёт время. За это время мы постараемся вырастить агентов влияния через университеты, через военное училище, да и просто вербовкой. Чтобы следующая война надолго успокоила Европу, а к власти большинства государств после нашей победы пришли лояльные к нам люди.

Глава девятнадцатая.

   Колокольный звон третий день непрерывно стоял над Москвой, разогнанные звонарями с колоколен стаи галок и ворон тучами покрывали небо, летали с одного края города на другой. Молебны во всех церквях и монастырях столицы Руси не прекращались даже ночью. Нищие на папертях обленились, закормленные подаяниями, и перестали даже протягивать руки за милостыней. Просто сидели, глядя в наполненные краюхами хлеба, варёными яйцами и редкими полушками, шапки. Трижды в день по рядам профессиональных попрошаек проходили серые личности с рогожными кулями, куда складывали всё подаяние. Но, через час-другой рваные шапки нищих заполнялись новыми дарами. Народ непрерывной толпой двигался в Кремль и обратно, некоторые хвастали, что дважды успели повидать гроб с покойным, выставленный в Успенском соборе.