Дранг нах остен по-русски. Тетралогия (СИ) - Зайцев Виктор Борисович - Страница 164

   Попытки Николая и Петра узнать притягательность именно Крита для казаков и беглецов из числа православных, разрешились простыми объяснениями атаманов и самих казаков.

   - На Крите больше порядка и всё по-честному. Казачьей старшИны нет, никто из атаманов за власть между собой не грызётся. Оружие самое лучшее, атаманы воевать умеют по-новому, людей берегут. И места здесь веселее, интереснее, не татарские или персидские караваны грабить на Дону и Волге. Всё-таки Египет, Африка, Турция, товары Леванта и всей Европы. Самое главное, магаданцы всегда побеждают!

   Для себя магаданцы договорились - "отольются кошке мышкины слёзы". Турция будет плакать и проклинать тот день, когда появилась Критская Сечь, а Петро с Николаем постараются в этом активно поучаствовать. Пусть султан вспоминает те времена, когда смеялся над русскими жалобами на крымских татар. Пусть турки на своей шкуре почувствуют, каково приходилось Руси, когда крымчаки ежегодно брали ясырь. Пока же казаки осваивали надёжный источник своего дохода, а именно грабёж турецкого побережья и продажа пленных турок Новороссии. Но, у Петра были и другие виды на такой важный остров Средиземноморья. Потому он уговорил нескольких казаков отдать своих детей учиться в Магаданский университет в Королевце, а сам принял на учёбу десяток молодых критян в военное училище. Подполковник не любил оставлять дела на самотёк, если ребята любят воевать, пусть научаться делать это грамотно. А Новороссия получит смелых и опытных офицеров.

   С Венецией оттого и получилось так быстро заключить мир, что ушлые торговцы быстро посчитали полученные убытки от грабежа своей столицы и потери Крита, и, не захотели рисковать оставшимся "имуществом" в виде черногорских крепостей и торгового флота. Представители дожа первые прибыли в Петербург, с предложениями о заключении мира, всего через две недели после захвата Крита. Зато торговались целую неделю, не желая идти на уступки в виде беспошлинной торговли новороссийских купцов. Пока Петро не спросил прямо, чем они собрались торговать? Все мастера с острова Мурано уже работали в Петербурге и окрестностях, венецианцам оставалось лишь быть извозчиками Средиземноморья, перевозить чужие товары. Зато, в случае подписания договора о мире на условиях Новороссии, наместник согласен совершенно бесплатно, вернуть всех захваченных мастеров с инструментами обратно, в Венецию. Эти аргументы сработали, мастеров вернули, держать их в Петербурге смысла не было, их мелкие семейные тайны не дали ничего нового магаданским мастерам, давно работавшим на более высоком уровне технологий. А новороссийские купцы получили право на беспошлинную торговлю в Венеции и её владениях.

   Так и получилось удачно и быстро закончить первую европейскую войну государства Новороссия, что характерно, спровоцированную самими магаданцами, но, развязанную чужими руками. Из опыта первой войны Петро и Николай вынесли достаточно много для себя, как европейских деятелей крупного масштаба. Во-первых, надо меньше стесняться самих себя и жёстко ставить условия, на дворе Средневековье, самое махровое Средневековье. Совсем недавно отгремела Варфоломеева ночь во Франции, когда католики азартно резали гугенотов просто так, "из самообороны". И, никто в европейских странах не возмущался, видимо, потому, что у каждого короля или герцога были похожие проблемы в своей стране. Вырезать тысячу-другую политических противников было нормой поведения, на таком фоне Петро со своей практикой высылки за океан выглядел просто голубем мира.

   Кстати, летом 1591 года, ближе к осени, ситуация в Европе назревала просто критическая, почти революционная. Король Генрих Четвёртый Французский, потерпев поражение при попытке захватить герцогства Нормандское и Лотарингское (союзников Новороссии), получил серьёзное восстание в центре Франции, в Париже. Генрих ещё не созрел до своей знаменитой фразы "Париж стоит мессы", потому организовал осаду Парижа силами своего протестантско-наваррского войска. Испанцы, возмущённые насилием соседей-протестантов над добрыми католиками, тут же вторглись во Францию с юга. Скорее всего, король Филипп Испанский захотел получить свою долю европейского пирога, облизываясь на успехи новороссийских союзников. Хоть и друзья, но православные, а это не есть хорошо для честного католика.

   Генриху Четвёртому пришлось туго. Испанцы-то, в отличие от предыдущей истории, были вооружены магаданскими ружьями, которых почти не имелось в королевских войсках, и, легко захватили весь юг Франции, не только мелкую Наварру. На борьбу с захватчиками поднялись наваррцы, аквитанцы и просто жители южной Франции, общее католическое вероисповедание не заставило их полюбить испанских солдат. В результате испанцы боролись с местным населением на юге страны, усмиряя противников привычным способом "кнута и виселицы". Генрих Четвёртый штурмовал столицу собственного королевства, остальная Франция веселилась, как могла. Это, конечно, образно. Потому, как на самом деле, французы массово бежали в Лотарингию и Нормандию, а далее в Новороссию и захваченные ей земли Священной римской империи. В стремлении выжить, у людей обостряются умственные способности. Многие семьи французов, пикардийцев, наваррцев, аквитанцев и прочих, вдруг вспомнили, что их предки были русами.

   И, по прибытии в новые владения Новороссии, до которых по суше оказалось не так далеко, беглецы, конечно же, стремились вернуться к вере своих предков, а именно, к православию. Так, что Франция со своим королём решала непростые проблемы, а простые французы решали свои проблемы без короля и Франции. Голландия, за последние годы, тоже совсем обезлюдела, но совершенно по другой причине. Договор с испанцами, заключённый магаданцами десять лет назад, по обмену пленных гёзов на амуницию и оружие испанскому экспедиционному корпусу, дал свои результаты. Выселение целых деревень и городских районов подействовало на голландцев отрезвляюще, когда страна лишилась самых дерзких и активных борцов за независимость вместе с их семьями, восстание стало затихать само по себе. Из-за физического устранения непримиримых участников сопротивления против испанских оккупантов, по какому-то совпадению оказавшихся протестантами (гёзы были протестантами, а не испанцы), движение сопротивления в Нидерландах фактически закончилось. Страна осталась владением испанской короны.

   А сами активные гёзы, проданные испанцами Новороссии, получали от новых своих властей свободу личную и свободу вероисповедания непосредственно при высадке на далёких берегах. В тайге Северной Америки, в джунглях Южного Рога (Флориды) и бассейне реки Ориноко. На бескрайних пастбищах Южной Америки (Аргентина) и на красных плодородных почвах Южной Африки. Селились голландцы не больше двух-трёх семей в одном селении, рядом с непокорными англичанами и пленными скоттами, браконьерами из Восточной Пруссии и пленными турками с побережья Средиземного моря. Их духовным окормлением сразу начинали заниматься русы-миссионеры, из числа выпускников магаданской семинарии. А духовные лидеры голландских, английских, немецких, чешских и прочих протестантов, все, как один, получали путёвки на южный берег Баренцева моря, в Мурманск. Или, в последнее время, всё больше на западное побережье Южной Америки, в два острога в районе будущего Чили, для добычи селитры.

   Потребление селитры в Новороссии удваивалось каждый год, давно перевалив через уровень в тысячу тонн. Ещё в 1583 году Петро дал молодым новороссийским химикам два важных заказа - получение искусственной ткани (вискозы) и любимых советских сапог (кирзовых). Оба проекта были связаны общей основой - целлюлозой, и, с некоторыми консультациями единственного дипломированного химика Надежды Мироновой, задачу наместника молодёжь выполнила с блеском. Химики просто завалили через три года заказчика искусственным волокном и кирзой, произведёнными из древесных отходов. Ручные прялки и ткацкие станки не справлялись с таким количеством вискозы, но, уже свои молодые механики под руководством министра промышленности Корнеева за полтора года создали полуавтоматические прядильные и ткацкие станки. Причём, как обещал Корнеев, на электрических двигателях с использованием подшипников, способных создавать тонкие ровные нити и не менее тонкие чистые ткани.