Повелители Новостей - Мидянин Василий - Страница 42

Между ладоней Сергеева заклокотала сиреневая шаровая молния. Несколько мгновений он лепил ее движениями рук в пространстве, словно огромный снежок, а потом коротко, без замаха, указал рукой в направлении элоима – и молния, мгновенно развернувшись в привычный грозовой разряд, метнулась к защитнику города. Нанеся молниеносный магический укол, Сергеев тут же укрыл себя и всю свою команду непроницаемым куполом невидимости.

– Не понял! – искренне изумился элоим, озираясь по сторонам и потирая пострадавшую астральную ногу. – Эй, полуживотное! – узнал он наконец безымянного демона радиации. – Ты почему не в бассейне?.. Добрый Ниббас, это что еще за вылазка на природу?! Кто из вас меня сейчас куснул?..

Демон радиации, прижатый стражем к асфальту, сухо закаркал-захохотал. Ситуация действительно вышла двусмысленная и забавная.

– Ах ты!.. – Элоим в два шага приблизился к месту потасовки, сгреб дерущихся за загривки и на вытянутых руках поднял их в воздух, как нашкодивших щенят. – Вы что себе позволяете, недоноски?! Кто меня куснул, спрашиваю?!

– Быстро отпустил! – яростно взревел Ниббас, извиваясь и дергая ногами в воздухе. – Быстро, козел!..

– А то что? – с интересом спросил элоим.

– Ничего! Схлопочешь пару нокдаунов!

Элоим радостно заржал.

– А я думал, что вечер выйдет скучным… – Он швырнул обоих противников на асфальт и принялся разминать запястья. – А ну-ка, где мои нокдауны?..

Немедленно вскочив и нагнув голову, как атакующий бык, Ниббас ринулся на обидчика и с грохотом вышиб его на противоположную сторону Каширского шоссе. Плотный автомобильный поток заколебался, старательно объезжая невидимых великих демонов.

Тем временем оставшийся без присмотра безымянный демон радиации приподнялся с асфальта и в очередной раз безмятежно покрутил лысой головой, словно гигантская уродливая сова.

– Смерть, – негромко пророкотал демон радиации, а потом поднял огромную ладонь и сдул с нее в направлении Онкологического центра искрящуюся пыль – судя по всему, осуществлял радиоактивное заражение. – Смерть.

Если бы речь шла о людях, то низкорослый Ниббас, разумеется, не имел бы против высокого и массивного элоима ровно никаких шансов. Однако демон-страж мгновенно подрос до размеров противника, видимо, израсходовав для этого часть своей магической энергии. Теперь, выпрямившись во весь свой внушительный рост, элоим и Ниббас яростно дрались посреди жилого квартала напротив МИФИ, переступая через здания, словно через скамейки и коробки из-под обуви.

Хранителю реактора пришлось бы исключительно плохо и в том случае, если бы его противник оказался трезв и собран – все-таки защитник города был рангом выше в демонической классификации. Но элоим пил без перерыва последние три недели и к их исходу уже не мог похвастаться ни скоростью реакции, ни силой удара. Обещанных нокдаунов Ниббас так пока и не продемонстрировал, однако сумел нанести врагу несколько весьма чувствительных ударов, отчего защитник города уже понемногу начал звереть.

– Ай, какой молодец! – восхитилась Алена, не прекращая панорамной съемки. – И ведь не побоялся схватиться с астральным ментом! Теперь репортаж получится высший класс…

– Чего он вызверился-то на него? – удивился Башнин. – Ну, подержали немного за шкирку…

– Элоимы с эгрегорами ненавидят друг друга, – сказал Сергеев. – Люто. Какие-то исконные доисторические тёрки по поводу первородства и очередности аудиенции у Верховного Архитектора. В общем, всякие пустяки, которые, как демонстрирует история, обычно порождают самую жгучую ненависть и самые обширные потоки крови.

Высшие демоны снова сместились к шоссе и теперь неуклюже топтались посреди проезжей части, круша копытами бетонные надолбы отбойников, разделявших магистраль на встречные потоки.

– Надо бы добавить огня, – озабоченно сказала Эбола. – Пресноватая картинка получается.

– Бри, девочка моя, – Башнин щелкнул пальцами. – Тетя Алена хочет больше огня. Организуй.

Блондинка-снайперша взвалила на плечо прихваченную из вертолета базуку и принялась выставлять прицел.

Ухватив Ниббаса за грудки, элоим дернул его и завалил прямо на здание бывшего кинотеатра «Мечта» через дорогу от МИФИ, в фойе которого ныне располагался магазин «Пятерочка», а в помещении сбоку – дискаунт-бар «Kill fish», знаменитый своей креативной рекламой: «Осторожно! Пьяные леди!»

Крыша бывшего кинотеатра жалобно хрупнула и провалилась внутрь. В ту же секунду Бри выпустила в направлении сцепившихся демонов гранату, которая превратилась в огненный шар, пожирая мечущихся покупателей.

– Да ты взрываться?! – возмутился элоим.

– Да это не я, кретин! – взревел страж реактора.

– За кретина ответишь! – прорычал астральный мент, валтузя поверженного Ниббаса по почкам.

Видимо, от демонического стража пришла какая-то магическая ответка, потому что базука Бри внезапно начала прямо на глазах покрываться ржавчиной и кракелюрами. Блондинка торопливо выронила оружие, и то, ударившись об асфальт, разлетелось вдребезги, словно керамическая кружка.

К счастью, сам Ниббас сейчас был немного занят, чтобы начать разыскивать в окрестностях членов самозваной Лиги Справедливости. Однако его ответка оказалась достаточно креативной. Бри с изумлением уставилась на свою руку, которая, подобно базуке, быстро покрывалась пятнами ржавчины, словно заразилась ржавой чумой.

– Капец тебе, сестренка, – прокомментировала Иностранцевия, отодвигаясь, когда один из локтей блондинки, обретший рыжий оттенок, оглушительно лопнул, прорезанный глубокой трещиной.

– Да, подставилась. Ступила. – С глубоким вздохом Бри повернулась к Башнину и коротко отсалютовала ему двумя пальцами. – Была счастлива работать под вашим руководством, босс.

– Пошла к черту, коза! – огрызнулся Мишкоатль.

– Да, босс. Простите, босс.

К этому моменту девушка напоминала скульптуру из железа, проведшую последние три года под открытым небом. Она попыталась опустить руку, но неумолимые процессы коррозии, пожиравшие ее тело, заклинили все суставы. Еще несколько мгновений – и изъеденная ржавчиной, превратившаяся в формованную труху скульптура Бри начала разрушаться под собственным весом. Еще мгновение – и облако рыжей пыли, в которую превратилась снайперша, потащило ветром по Каширскому шоссе.

Зато в картинке репортажа добавилось огоньку. По мнению Алены Ашшурбанипавловны, оно того стоило.

– Аленький! – окликнул Башнин. – Бамбу Семь там из штанов выпрыгивает, явно хочет тебе понравиться. Предложил одну дельную штуку…

Выслушав описание штуки, Эбола нахмурилась.

– Дурацкий и смертельно опасный трюк, – резюмировала она. – Значит, для нас годится. Пусть попробует, конечно, но я к месту действия не подойду ближе чем на сорок метров. И тебе не советую.

– Лишний текст, красавица, – откликнулся Мишка. – Я не планировал подходить ближе чем на пятьдесят. – Он повернулся к мальчишке-эмо, жавшемуся поодаль, и милостиво махнул ему рукой: действуй.

Бамбу засуетился, жестами подозвал Иностранцевию, которая подтащила к нему внушительную авиационную бомбу. Теперь Алена разглядела, что они пытаются учинить: у ног парня виднелся заметенный снегом канализационный люк. Бамбу Семь резво своротил крышку люка на сторону; татуированная девица, на вытянутых руках державшая бомбу за металлические ушки, уронила свою ношу в черный зев колодца, и все, кто находился в радиусе прямой видимости, тут же бросились врассыпную.

Через несколько мгновений снизу донесся глухой раскат, и мощное сотрясение почвы выдернуло асфальт из-под ног у разбегающихся башнинят. Из колодца вырвался столб пламени, сразу превратившийся в сноп искр и безрадостно угасший.

– Ждем, – предупредил Бамбу Семь, отрывая расцарапанную осколками щеку от асфальта. – Если не вылезет, повторим бомбардировку…

Повторять бомбардировку не пришлось. Из разверстого люка с развороченными краями внезапно потекла на тротуар густая жидкая чернота, которая понемногу принялась формироваться во вращающуюся вокруг собственной оси толстую трубу, тут же заскользившую к месту схватки.