От Вифлеема до Голгофы - Бейли Алиса - Страница 42

9. Они основали Сообщества Святых и Церкви, в которые ученики принимались посредством Крещения.

10. Праздники в честь них отмечались евхаристической трапезой”.[177]

Эти факты может проверить любой желающий, достаточно заинтересованный в том, чтобы проследить развитие доктрины мировых Спасителей в истории мирового идеализма. В той же книге Эдвард Карпентер продолжает:

“Число языческих божеств (главным образом, рожденных девами и принявших так или иначе смерть за спасение человечест­ва) настолько велико, что их трудно перечислить. Бог Кришна в Индии, Бог Индра в Непале и в Тибете пролили свою кровь во имя спасения людей; Будда, согласно Максу Мюллеру, говорил: “Пусть все грехи мира па­дут на меня, чтобы мир мог освободиться”; китайский Святой Тьен, “единый с Богом и существующий с ним от века”, умер, чтобы спасти мир; египетский Осирис был назван Спасителем, такими же были Гор и персидский Митра; точно так же греки называли Геракла, одолевшего Смерть, и хотя его тело было поглощено горящими одеж­дами смерти, из них он вознесся на небеса. Таким же был фригий­ский Аттис, названный Спасителем, и сирийский Таммуз или Адонис – оба они, как мы видели, были пригвождены или привязаны к дереву, а потом восстали из своих гробниц или усыпальниц. Прометей, величайший и самый первый благодетель человеческой расы, был пригвожден за руки и ноги к скале на Кавказе. Вакх, или Дионис, рожденный девой Семелой, чтобы стать Освободителем человечества (Дионис Элафориос, как его называли), был разорван на части, подобно Осирису. Даже в далекой 179] Мексике Кецалькоатль, Спаситель, был рожден девой, подвергался искушениям, постился сорок дней и был обречен на смерть; его второе пришествие ожидалось так страстно, что (как это хорошо известно), когда появился Кортес, простодушные обитатели тогдашней Мексики приветствовали его как возвратившегося бога! Подобные же легенды существуют или существовали в Перу и среди американских индейцев севернее и южнее экватора”.[178]

Обсуждение всех “за” и “против” этих идей не входит в задачу этой книги. Единственный важный для нас вопрос состоит в том, какова была реальная роль Христа как Мирового Спасителя и в чём состояла уникальность Его миссии. Каков был тот мир, в который Он пришел? Какое значение имеет сегодня Его смерть для среднего человека? Верны ли исторически факты Его жизни, и был ли период в истории нашей расы, когда Он ходил, говорил и жил обычной человеческой жизнью? Послужил ли Он Своей расе и вернулся ли к Источнику, из которого Он пришел?

Факт существования Христа не составляет никакой проблемы для тех, кто знает Его. Они сознают, независимо от всех споров, что Он есть. Они знают, в Кого они уверовали.[179] Для них Его реальность неопровержима. Они могут не соглашаться между собой относи­тельно различных теологических интерпретаций истории Его жизни, но Христа они знают и проходят свой жизненный путь с Ним. Они могут спорить о том, был ли Он Богом или человеком, Богочеловеком или Человеком-богом, но все они сходятся в одном: Он был Богом и Человеком, проявленными в одном теле. Они могут бороться за увековечивание памяти Христа, умершего на Кресте, или же пытаться жить жизнью воскресшего Христа, но все они свидетельст­вуют о реальности Самого Христа, и этот факт несомненно подтвер­ждается множеством свидетелей. Тот, кто знает, не может сомневать­ся.

Христианство – это новая формулировка очень старой доктрины. Доктрина не нова. Но она настолько существенна для спасения 180] и счастья мира, что Бог всегда провозглашал ее. Евангельские повествования истинны и заслуживают доверия как раз потому, что они согласуются с духов­ным откровением прошлого, которое заново интерпретировано сегодня в словах Христа. Поэтому, как только человечество станет более развитым и разумным, эта новая интерпретация будет с большей готовностью и более адекватно отвечать человеческим нуждам. Но сама по себе идея не нова, и Христос никогда не заявлял о Себе таким образом. Он предсказывал Новый Век и пришествие Царства Божьего. С точки зрения широкого, бесконечного охвата Божественного сознания человечество только сегодня начинает видеть мир; оно готово для нового откровения – откровения, которое будет основано на истинно христианской этике и жизненно важных христианских истинах. То, что выражал Христос, истина, которую Он воплощает, так стара, что, кажется, не было такого времени, когда ее не существовало бы как необходимости в чело­веческом сознании, и, тем не менее, так нова, что никогда не будет такого времени, когда история рождения и смерти мирового Спасителя не являлась бы для человека моментом величайшей важности. Эдвард Карпентер проливает свет на это непрерывное и извечное соеди­нение Любви Бога и желания человека в личности Сына Бога. Он говорит:

“Если бы историческая достоверность Иисуса в какой бы то ни было степени могла быть доказана, то это дало бы нам основание для предположения, – которому лично я всегда был склонен верить, – что историческое ядро суще­ствовало и для таких персонажей как Осирис, Митра, Кришна, Геракл, Аполлон и другие. Вопрос фактиче­ски сводится к тому, существуют ли в процессе человеческой эволю­ции определенные, так сказать, узловые точки, или периоды, в кото­рых психологические течения соединяются вместе и конденсируются для нового старта, и отмечался ли каждый такой узел, или точка сгущения, появлением реального героя – мужчины или женщины – который давал бы необходимый импульс для нового на­правления, названного впоследствии его именем? Или же достаточно предполагать автоматическое образование та­ких узлов, или стартовых точек, без вмешательства какого-либо особого героя или гения и представлять, что в каждом случае мифотворческая способность человечества создавала легендарную и вдохновен­ную фигуру и поклонялась ей потом как богу в течение долгого времени?

181] Как я уже сказал раньше, этот вопрос, интересный сам по себе, практически совсем не важен. Главное это то, что пророческий и творческий дух человечества в определённые периоды выделял эти фигуры как идеализацию своего “сердечного желания” и окружал их ореолом. Длинная процессия этих фигур становится реальной частью Истории – истории эволюции человеческого сердца и человеческого сознания”.[180]

Распятие и Крест Христа стары, как само человечество. Оба они символизируют вечную жертву Бога, когда Он погружает Себя в формальный аспект природы и таким образом становится Богом Имманентным, оставаясь при этом Богом Трансцендентным.

Мы видели, что Христа нужно понимать прежде всего в космиче­ском смысле. Космический Христос существовал испокон веков. Космиче­ский Христос – это Божественность, или Дух, распятый в пространстве. Он олицетворяет жертву, или жертвоприношение Духа на кресте материи, формы или вещества, для того чтобы все божественные формы, вклю­чая человеческую, могли жить. Это всегда признавалось так называемыми языческими верованиями. Если проследить историю символизма кре­ста вглубь веков, то обнаружится, что он предшествовал христианст­ву в течение многих тысячелетий; в конечном итоге, четыре луча креста исчезнут, оставляя лишь картину живого Небесного Человека с руками, распростертыми в пространстве. Север, юг, восток и запад держит космический Христос на том, что называется “фиксированным кре­стом небес”. На этом кресте вечно распят Бог.

“О небесах мистически говорится как о Храме и вечном сознании Бога. Алтарь этого храма – Солнце, его четыре руки, или луча, образуют четыре угла, или кардинальный крест вселенной, ставший четырьмя фиксированными знаками Зодиака, и четыре знака могущественных священных животных являются как космическими, так и духовны­ми... Эти четверо известны как священные животные Зоди­ака, в то время как сами знаки представляют собой основные фунда­ментальные элементы жизни: Огонь, Землю, Воздух и Воду”.[181]