Будущее — дело темное - Тебнёва Елена - Страница 56

Если не считать странной мелодии, разбудившей меня, было тихо. И темно — рассвет еще не наступил, а свечи догорели, все, кроме одной, стоящей в изголовье кровати.

Ринн спал, обняв меня одной рукой, и его явно не тревожили непонятные галлюцинации.

Едва слышное дыхание. Густая тень ресниц на щеках. Полуулыбка, застывшая на губах…

От нахлынувшей нежности защемило сердце.

Мое солнце. Сколько же тебе пришлось вытерпеть по моей вине…

Хотелось просто лежать и смотреть, как он спит, ловить его дыхание и думать о том, что между нами больше никогда не будет тайн, способных причинить боль, но музыка становилась все громче и навязчивее, не теряя при этом очарования и по-прежнему внушая желание следовать за ней.

Выбраться из объятий Ринна так, чтобы не потревожить его сон, оказалось непросто, но я справилась. Одежда неприятно холодила кожу, пальцы путались в шнуровке, словно разучившись слушаться, но и это в конце концов мне удалось. Склонившись над спящим чародеем, я легко провела ладонью по его слегка колючей щеке, замерла на миг… и тихо вышла из комнаты. Прикрыв глаза, доверившись ощущениям, двигаясь за почти осязаемыми звуками. Воздух казался густым, а тело — слишком легким, идти было не так-то просто, но ноги делали шаг за шагом, шаг за шагом… И я сама не заметила, как спустилась в холл, пересекла дом и застыла перед сбегающей вниз каменной лестницей.

Мелодия дрогнула, в идеальном звучании проскользнула фальшивая нотка, и это отрезвило, вытеснило заполнивший голову туман.

Что я здесь делаю?!

Но в следующий же миг мысль эта была забыта, ибо музыка вновь окрепла, обрела уверенность, окутала меня, повела за собой. Вниз, по крутым каменным ступеням, вдоль холодных стен, мимо крепких дверей. Я не обулась, и босые ступни заледенели, но стремление идти вперед было гораздо сильнее холода, и я шла, не понимая, зачем, не зная, что меня там ждет, но не в силах остановиться, повернуть назад, сделать хоть что-нибудь вопреки воле заполнившей мою голову мелодии.

Страха не было. Все чувства словно притупились и больше не имели значения. Я даже не была уверена, что все это мне не снится. Слишком нереальными и странными казались мои передвижения по погруженному в тишину и темноту чужому дому, слишком ненастоящим ощущалось собственное тело, слишком заторможенными — мысли.

Я дошла до самого конца мрачного низкого коридора. Толкнула тяжелую, обитую железными полосами дверь, шагнула через высокий порог… и чуть не ослепла, столь ярким показался свет подвешенной под потолком зеленоватой сферы после мрака подвальных ходов, в которых я лишь чудом не споткнулась и ничего себе не сломала.

Сморгнув невольно выступившие слезы, я огляделась. Небольшое помещение с множеством полок, ящиков и бочек возле укрепленных деревянными балками стен. Не такой уж и яркий, как показалось вначале, свет рождал изломанные тени, в которых я не сразу разглядела стоявшего у дальней от входа стены человека. Пришлось сделать пару шагов и присмотреться внимательнее…

— Мэтр Вилгош? — прошептала я растерянно и только сейчас поняла, что вновь способна двигаться и говорить самостоятельно, а странная музыка исчезла, оставив меня один на один с преподавателем. Бледным, с запавшими глазами, с отсутствующим взглядом… — Мэтр Вилгош! — встревоженно позвала я, но некромант никак не отреагировал на звук моего голоса, словно… зачарованный.

Вздрогнув, я направилась было к нему, чтобы хотя бы попытаться привести в себя, но на мое плечо легла легкая рука, а мелодичный голос насмешливо произнес:

— Не старайся, он целиком в моей власти. Как, впрочем, и весь дом, так что не советую тратить силы на крики о помощи. Мы же договоримся, не так ли, Санни?

Я сглотнула и медленно обернулась. Недоверчиво уставилась на хрупкую, коротко стриженную блондинку в мужской одежде… и поняла, что рано почувствовала себя в безопасности.

— Тяжело, между прочим, — пожаловалась тем временем Ивон, стирая тонкую струйку крови над верхней губой. — Видишь, чем приходится жертвовать ради всеобщего блага? А он бы даже не вспотел!

— Он? — глупо переспросила я, все еще не в силах поверить, что это мне не снится.

Творец всемогущий, ну почему это не может быть просто дурным сном?!

— Береан Вердиш, — охотно уточнила Ивон, закрыв дверь и прислонившись к ней спиной, ничуть не заботясь о сохранности белой рубашки, отделанной тонким кружевом. — Полагаю, ты еще не успела его забыть?

Меня передернуло, а блондинка криво усмехнулась, скользя по мне задумчиво-оценивающим взглядом:

— Упрямый свиллов сын… Послушай он меня, и все было бы иначе, но… пожалуй, так даже лучше.

— Так вы… заодно, — озвучила очевидное я. Наверное, просто затем, чтобы хоть что-то сказать.

— Он был моим учителем, — пожала плечами Ивон, и в голосе ее сожаления о безвременно почившем наставнике не промелькнуло. — Но я никогда не разделяла его целей. Сильный чародей, страдающий по давным-давно умершей возлюбленной и мучающийся из-за невозможности умереть самому, — большей чуши и представить нельзя! Если бы он захотел, у его ног оказался бы весь мир. Но нет! Он бредил лишь своими благородными порывами… А я всегда знала, что за это он поплатится. Глупо и неотвратимо.

— Он же должен был это предвидеть! — вырвалось у меня то, что никак не хотело укладываться в голове.

Ну в самом деле, сильный предсказатель, просчитавший все наперед, и не увидел собственной гибели?! Да как такое вообще возможно?

— Он учел такой вариант, — склонила голову набок Ивон. — Не зря же договор обещания заключен на мое имя, не на его. — При этих ее словах моя душа заледенела и ухнула куда-то вниз, но Ивон моего состояния, к счастью, не заметила. — Но вариантов было слишком много, вычленить верный не получилось. Ты, Санни, темная лошадка. Тебя не видно, и просчитать события, в которых замешана ты, со стопроцентной вероятностью просто невозможно. Одна из особенностей дара Гилена.

Так вот почему мэтресса Ноллин не видела моего будущего! Проснувшийся дар попросту не допускал ничьего вмешательства, ограждая от попыток чужого влияния.

— Но даже с такой твоей особенностью можно было добиться результата более простым путем, — продолжала Ивон, потерев виски, видимо, непросто ей далось подчинить себе всех, пусть и малочисленных, обитателей дома. — И таковых существовало великое множество. Береан выбрал неверный — он всегда был ледышкой, так и не смог тебя очаровать, ни сам, ни при помощи зелья. А ведь ты еще совсем глупая, много ли тебе было нужно, чтобы голову потерять? Но ты его все-таки зацепила. Он привык запугивать, конечно, но для тебя расстарался особо. Столько сил приложил… А ведь все можно было сделать намного проще. Увезти тебя, пообещать отпустить при выполнении определенных условий…

— Карета в переулке… Это ты меня толкнула, — дошло до меня.

Не под карету, как я думала. В нее — ведь слышала же я тогда, как хлопнула дверца. Если бы не Ринн — никто бы мне не помог, просто потому, что там никого больше не было.

Он ведь и потом от меня ни на шаг не отходил. А я еще это глупостью считала…

— Мальчишка помешал, — поморщилась Ивон. — Увы для всех нас, не так ли?

Я промолчала.

— И что, в итоге он добился своего, твой верный рыцарь? — насмешливо прищурилась она.

— Тебя это не касается, — бросила я.

— Как знать, — хмыкнула женщина и резко сменила тему: — Ну что, Санни, готова выполнить то, что должна?

О да. Готова. Готова сделать все, чтобы Ивон не получила то, чего они с Вердишем так желали.

Как же надоело, что все кому не лень пытаются сделать из меня послушную куклу!

— Зачем тебе мэтр Вилгош? — вместо ответа спросила я. Как ей удалось его заполучить, уточнять не стала: обессиленный, расслабленный алкоголем чародей — легкая мишень, никакой блок не спасет. — Ведь он с самого начала был нужен, да?

Вердиш не мог не предусмотреть — даже не с помощью дара, основываясь на одной лишь логике, — что формулировку «не рассказывать ни одной живой душе» можно обойти. Пусть сложно, пусть, но — возможно. О нет, он не только предусмотрел… Он доподлинно знал, что Гереон Вилгош не останется в стороне. Что он сам придет в нужное время в нужное место… И тиронец готовился именно к этой встрече, ведь усыпляющие чары были рассчитаны на то, чтобы пробить основанную на некросиле защиту.