Зимняя сказка.Дилогия (СИ) - Кожевников Олег Анатольевич - Страница 153

Глянув на сидящего рядом Сергея — увидел, что он, периодически, пытается клюнуть носом приборный щиток, и вид у него, мягко сказать, очень уставший и измученный. Подтолкнул его рукой и, чтобы хоть немного взбодрить, пошутил:

— Ты точно, после Дохтуровского укола превращаешься в дятла. Скоро своим клювом насквозь продолбишь щиток. Только тот, который в тебе сейчас сидит, будет жутко разочарован, наткнувшись под пластиком не на жучков и червячков, а на кабель высокого напряжения. Нет, нужно между нами проложить резиновую прокладку — что-то мне неохота трястись под воздействием тока.

После этой своей плоской и тупой шуточки, я сам громко заржал и ощутил некоторый прилив сил. Сергей же непонимающе посмотрел на меня. Потом, молча, распрямился, притормозил и немного отстал от впереди идущего вездехода, так как перед этим он приблизился к нему слишком близко. Лицо его приобрело более сосредоточенный вид, но, судя по его реакции, смысл моих слов не дошёл до его сознания. Несмотря на свою обычную обидчивость, он проигнорировал все мои фантазии.

— Да, дело пахнет керосином, — подумал я, — даже самый здоровый из нас — поплыл.

Поэтому я, уже немного окрепшей рукой, достал "уоки-токи", вызвал Сашу и, уже на остатке вызванной искусственно энергии, произнёс:

— Слушай, Кот, давай-ка, тормози. Пора останавливаться на отдых. Сил уже ни у кого не осталось, уже на ходу начали спать. Вон, сейчас Серёга, чуть-чуть не протаранил ТТМ, если бы скорость была немного побольше, не избежать бы нам остановки из-за этой дурацкой аварии. А если его поменять, то, боюсь, что и у меня подобная ситуация наверняка произойдёт. Он-то помоложе и покрепче, поэтому успел среагировать и тормознуть, у меня такое вряд ли получилось бы.

В ответ мне, искажённый помехами, донёсся голос Саши:

— Согласен! Я уже и сам думал вставать на стоянку, а то, при такой скорости, только зря жжем солярку. Мы всё время едем на второй-третьей передаче, при такой пурге быстрее не получается. Не останавливался только из-за того, что у нас-то здесь как в мужском раю — женщина в поле, а мы с Ханом отдыхаем. УРАЛом уже второй час управляет Вика, а Флюр, преспокойненько дрыхнет.

Потом из динамика, послышалось, какое-то бормотание и потом уже хорошо различимые слова:

— Викуль, три раза подряд нажми на тормоз, чтобы в позади идущем вездеходе поняли, что сейчас будем останавливаться.

Буквально через минуту, три раза мигнул стоп-сигналами, двигающийся впереди нас ТТМ, после чего окончательно остановился, затем встали и мы. Пока Сергей возился, выключая ГАЗон и отыскивая что-то в бардачке, я, мобилизовав все оставшиеся силы, вылез из кабины, надел лыжи и поехал в голову нашего каравана. На улице бушевала нешуточная метель, видимость была всего несколько метров, и пока я шёл эти сто метров, меня даже один раз ветром опрокинуло в снег. Но эта холодная ванна возбудила во мне злость на собственную никчемность и только придала дополнительные силы.

Возле грузового УРАЛа собрались все наши водители, здесь же мы быстро договорились разбивать лагерь на длительный отдых, пока не кончится эта пурга. УРАЛы с кунгами и мостик между ними устанавливали Саша с Флюром. Эту работу поручил им я, припомнив проведённое ими недавно время в мужском раю. В это время мы стояли, прячась от ветра за грузовым УРАЛом и медленно, приходили в себя, пуская по кругу Игореву фляжку с эликсиром.

Когда УРАЛы выровняли параллельно друг другу и установили между кунгами площадку с единой лестницей, мы все дружно направились в наш любимый, тёплый, передвижной домик. На улице стало зябко, хотя температура была всего лишь -15 градусов, но ветер, всё равно, находил плохо утеплённые места. В тёплом кунге меня опять разморило, несмотря на принятые перед этим два глотка эликсира. Уже почти в полусне, перед тем как свалиться на своё спальное место, я пил чай с бутербродами. Из всех разговоров за этим чаепитием, помню только стенания Флюра о том, что проклятая буря могла бы начаться и пораньше — тогда Секретариат не послал бы вертолёт и у нас остались бы целыми ПЗРК.

После этого наступило полное забвение, очнулся я только часов через семь, встал, сходил, как говориться, до ветру. Потом подошла Маша, накормила вставших на запах обеда ребят, и я снова отправился спать. За обедом узнал, что Саша, оказывается, организовал круглосуточное дежурство силами наших дам, и сейчас дежурными были Маша с Таней и новенькая девушка Марина. Таня сидела в кабине ТТМа и контролировала окружающую обстановку.

Второй подъём был через восемь часов, метель всё продолжалась, поэтому мы, перекусив, снова разошлись по своим спальным местам. В третий раз встал я через шесть часов, и только из-за того, что спать уже просто физически не мог. Выйдя покурить на наш мостик, удивился — на улице была тишина, а наши вездеходы и сани превратились в большие снежные горы, нестерпимо ярко блестевшие отражённым солнечным светом. Общее ощущение было такое, что находишься в сказочном мире, и из-за большого снежного холма, в который превратился грузовой УРАЛ, сейчас появится оленья упряжка, а управляет ею Снежная Королева.

Только я об этом подумал, как действительно из-за этой снежной горы появилась упряжка. Только вместо оленей в маленькие санки были впряжены наши собаки, их погонял шестом Никита, а сзади сидел Ваня, они были все заснеженные и счастливые, увидев меня, начали громко кричать и смеяться, собаки, почувствовав настроение людей, тоже начали беситься и опрокинули сани. Образовалась большая куча-мала, в которой было трудно понять, где дети, а где собаки, и звуки из этой кучи неслись тоже непонятные. Буквально через две минуты после появления собачьей упряжки, выскочили на лыжах и взрослые, это были Вика с Сашей, тоже все заснеженные, они радостно захохотали, увидя эту кучу-малу из детей и собак. Саша с гиканьем, отбросив лыжные палки, бросился в самую гущу этой свалки. Мне недолго пришлось наблюдать сказочную идиллию. Неожиданно, в промежуток между вездеходами ворвался сильный снежный вихрь, опять видимость резко понизилась, и стало холодно.

Вскоре из-за этой снежной завесы появился Саша, в руках он нёс обоих малышей. Аккуратно поставив их на ступеньки лестницы, он крикнул:

— Батя, принимай посылку из Шанхая!

Только я спустился вниз, чтобы подстраховать подъём детишек по довольно крутой лестнице, как появились возбуждённые псы. Они, бесцеремонно растолкав всех, быстро забрались на верхнюю площадку, уселись перед входной дверью в женский кунг и начали выжидательно поскуливать. Всё это сопровождалось дружным смехом Саши и подошедшей Вики, тащившей забытые всеми санки. Поднявшись вместе с малышами на площадку, я, лежащим у порога веником, смёл с них и крутящихся здесь же собак, снег и открыл двери в тёплое, с одуряющим запахом пищи, помещение. Дождавшись отстающую парочку, прошёлся веником и по ним, сметая налипший снег и, уже втроём, мы вошли в женский кунг.

Там уже восседали за столом и блаженствовали в женском обществе Коля и Флюр. Перед ними стояло по большой чашке чая, и начатая большая банка с яблочным варением, которую мы обнаружили в будке подбитого УРАЛа. Они сидели, окружённые хихикающими дамами, по-видимому, травили очередные свои байки. Мне пришлось нарушить эту благолепную картину:

— Ну что, мужики, пригрелись тут, среди прекрасных фей! А труба-то — зовёт, солнце ждать не будет. Сейчас уже температура -14 градусов, а нам нужно двигаться ещё дальше на юг. Если на каждой стоянке будем столько времени кайфовать, то окажемся на дрейфующей льдине, на середине Средиземного моря. Вот тогда точно будет — полный писец, особенно, когда она растает, и мы отправимся на поселение к Нептуну. Тут уж, Хан, даже твой Бабай, или, кто у тебя там, не поможет.

— Не трогай святое, — хихикнул Флюр, — мы, можно сказать, сидя тут, экономим топливо. Представь, какое количество сожгли бы его просто так, всё время, двигаясь на второй скорости. Мастер даже подсчитал: за каждый час движения — по 50 литров.