Зимняя сказка.Дилогия (СИ) - Кожевников Олег Анатольевич - Страница 107

— Ну что, лишенцы, задницы-то не примерзли, ожидая меня? Ничего, сейчас Дохтур вставит вам клизму литров на триста соляры, сразу полегчает, станет тепло и появится тяга к жизни.

Пока он говорил, на лыжах подъехал Саша, затем, разматывая удлинитель, подкатил Володя. Он, вместе со сменным водителем Катей, управлял УРАЛом, в кунге которого находилось большинство наших женщин и все дети. Над кабиной этого громадного снегоболотохода был установлен постоянно работающий маленький бензогенератор. Именно от него было запланировано запитать насос в цистерне нашего вездехода-заправщика. Пока Володя подключал насос, а Саша разматывал шланг от цистерны, я спросил у Игоря:

— Слушай, Дохтур! А почему ты без затычек в ушах? Невозможно же в здравом рассудке выносить этот визг от гусениц твоего драндулета. Может ты у нас звуковой мазохист. Интересно — Танюша, которая у тебя сменщицей, тоже едет без беруш, или ты её воспитал в духе аудио извращенства?

Игорёк, гордо выпрямился, стоя на подножке ГАЗона и напыщенным тоном ответил:

— Вот, теперь ты понял, насколько крепка моя нервная система. Насколько я подготовлен работой с больными к различным мелким неудобствам. Интересно, что стало бы с твоей психикой, посиди ты с недельку в моём больничном отделении. Наверное, ты с годик бы ходил с заткнутыми ушами, заткнутым носом и принимал бы повышенную дозу успокоительных таблеток. А что касается Тани, она так умаялась, что спит без задних ног, я так думаю, её сейчас и из пушки не разбудишь.

К нам подъехал на лыжах Саша и с интересом оглядел фигуру Игоря, после чего фыркнул и сказал:

— Игорёх! А ты не пробовал ещё под этот тулуп какие-нибудь ватные одеяла затолкать, да вообще-то у тебя и без них весьма колоритный видок. Можешь! Можешь вот так, и прийти в кунг, к нашим дамам. Гарантирую, лишнюю тарелку супа они тебе точно нальют и из жалости ещё гамм сто сорокаградусной накапают.

Потом обращаясь уже ко мне, коротко произнёс:

— Батя, я Флюра послал растапливать печку во втором кунге. Глядя на наших орлов, ясно, что нужно вставать на отдых. Вряд ли кто-нибудь еще несколько часов выдержит такой ритм движения. Все носом буквально клюют приборные доски вездеходов.

Я, немного помолчав, еще раз оглядел Сергея и Игоря, и только потом ему ответил:

— Да, Кот, ты как всегда прав. Я тоже настолько вымотался, что при малейшей возможности сразу отрубаюсь, засыпаю мгновенно. Вон Серёга не даст соврать.

В это время Игорь сверху оглядел Сашу, потом, выставив руку, как Ленин в октябре и улыбаясь, произнёс:

— И ты, Брут, туда же! Вообще-то тебе, Котяра, твоя кликуха очень подходит. Вспомни, как ты ко мне ластился, когда я в Пущино достал трёхлитровую бутыль спирта. А сейчас, когда спирт сдан Володе, ты начинаешь выёживаться. Конечно, сейчас каждый может поиздеваться над бедным Дохтуром. Ну, погоди, вот пропишу тебе укольчик, тогда не только присесть, но и наклониться не сможешь. Придётся тебе ходить строевым шагом и все время стоять по стойке смирно — солдафон несчастный.

Мы все дружно и громко засмеялись. Подошедший Володя недоумённо на нас уставился, потом спросил:

— Мужики! Что случилось-то? Вы что, вмазали втихаря, что ли? А где тогда моя доля?

Мы еще сильнее начали смеяться, потом сквозь смех я ответил Володе:

— Понимаешь, Вован, тут нам Дохтур раскрыл глаза на то, что медиков обижать нельзя. Они даже спецназ на счёт, раз-два, построить могут. Он выдал своё секретное оружие — шприц называется. А ты сам знаешь, мы их набрали несколько сотен штук. Так что от Игоря надо держаться подальше и не дай бог тебе ему перечить. А то сделает укольчик — хорошо если присесть не сможешь, а то и с женой прилечь не удастся.

Володя присоединился к нашему громкому смеху, потом вытирая выступившие слезы, предложил:

— Ладно! Хватит уже тут всем мёрзнуть. Идите в кунг в тепло, а я уже тут заправлю ГАЗон. Насос будет качать солярку не меньше пятнадцати минут. Так что давайте заодно и женщинам поможете вылить отходы. Тем более Сергей у нас в этом деле самый главный специалист.

Саша в шутливой форме вытянулся по стойке смирно, отдал честь и выкрикнул:

— Яволь герр суперинтендант!

У нас опять начался истерический смех. Минуты через две мы всё-таки успокоились и уже серьёзно решили сделать так, как предлагал Володя. Действительно, зачем нужно было всем мерзнуть, когда с заправкой вездехода вполне мог справиться и один человек. Доставать лыжи было лень, я с Сергеем и Дохтуром, проваливаясь по колено в снег, побрели к Уралу с кунгом, стоящему метрах в десяти. Напоследок Игорь пошутил:

— Слушай, Володь! Ты там смотри не отморозь пятую точку, а то придется растирать и банки ставить. А ты сам знаешь, со спиртом сейчас напряжёнка.

После этого, хихикая, он попытался вприпрыжку догнать нас, но провалился в снег по пояс. Пришлось ему, под смех уже Володи, ползком выбираться из этого снежного плена. Пока мы добирались до кунга, Саша, сняв лыжи, уже зашёл внутрь тёплого помещения. Дождавшись Игоря и отряхнув его, мы тоже по лестнице поднялись в кунг.

Блаженство! Блаженство — другим словом и не опишешь то, что я ощутил, попав внутрь тёплого помещения и сняв свою тёплую одежду. Повсюду стоял вкусный запах пищи. Все наши водители, тесно сбившись вокруг двух складных дачных столиков, сидели, и как голодные удавы наблюдали за Машей, которая священнодействовала у плиты. Остальные женщины и дети расположились на верхних полках наших самодельных нар. Оттуда выглядывали только их головы, с интересом оглядывая собравшихся за столами. Только когда я умылся и втиснулся на свободное место у стола, только тогда ощутил тяжёлый запах давно не мытых тел. Но всё равно всё это перебивал аромат приготавливаемого супа с тушенкой. Сквозь иногда прерываемый гул разговоров доносился звук электромотора принудительной вентиляции, который, правда, всё равно не справлялся с возросшей нагрузкой. Позади моей жены стоял Флюр и вкрадчивым голосом ей вещал:

— Тётя Маша, вы же сами понимаете, что мы с Саней двигаемся самыми первыми и у нас повышенный расход калорий. Поэтому, вы должны вникнуть в наше положение и налить в наши тарелки супчика побольше и погуще. А лучше давайте я буду разливать, меня в армии обучили, как это лучше сделать, чтобы никто этого не заметил.

Маша отмахнулась от него поварёшкой и раздражённо сказала:

— Ты прям как муха, вокруг сладкого въешься и жужжишь! Не бойся, всем с избытком хватит, а тебе с моим зятьком ещё и добавки налью.

После этого она начала разливать получившееся блюдо по тарелкам, а Флюр передавал их дальше за стол. В середине этого процесса пришёл и Володя, запустил в кунг порцию морозного, свежего воздуха. Мне подумалось, что сейчас нас сюда набилось, как сельдей в бочку, надо всё-таки обеды устраивать в пустом кунге. В конце концов, наплевать на мизерную экономию топлива, здоровье и самочувствие — важнее.

Пообедав, мы начали обсуждать наши дальнейшие действия и промывать косточки Николаю. Именно он как главный механик рассчитывал расход топлива нашей техники. Сейчас он раскрасневшийся, перевозбуждённый, размахивая руками, оправдываясь, объяснял:

— Что вы всё на меня бычите! Сами что, дети что ли, все же опытные волчары! Вспомните, как Володя, да многие другие бухтели, что я заложил сильно большой резерв по солярке. Кричали, что лучше захватить больше продуктов и оборудования. Хорошо мы с Батей настояли взять сорока процентный резерв. Так что не бздите, хватит нам топлива до Баку.

В это время он, распалённый, не замечая ничего вокруг, нечаянно заехал Флюру рукой ниже пояса. Тот каким-то невообразимым образом успел поставить блок. Потом отскочил и нарочито тонким, маслянистым голосом заверещал:

— Дяденька! Драться, драться-то зачем! Противный…! Ты лучше бы нам, дилетантам, тогда по-доброму, ласково объяснил свои соображения. Глядишь, мы тогда и решили бы брать топлива не на сорок, а на пятьдесят процентов больше паспортных показателей вездеходов. А так, мне только сейчас стало понятно, хотя бы по своему организму, что питания при таком морозе ему надо раза в два больше. Да ещё не мешало бы всё это шнапсом разбавить.