Лицо под маской (СИ) - Дашевская Анна Викторовна "Martann" - Страница 60

— Понятно…

Судя по тону, она что-то обдумывала. Вот интересно, чем думает призрачная сущность? Мозгов-то у нее нет! Я поспешно прихлопнула эту мысль: не дай боги, что-то отразится на моей излишне выразительной физиономии!

— Хорошо, — решительно сказала Джулия. — Расскажу вам обоим, что же мне удалось узнать. Только…

Она оглянулась и внезапно исчезла. И неудивительно: со стороны главного нефа к нам подходил один из служителей храма, немолодой мужчина в темно-синем балахоне, подпоясанном веревкой.

— Доброго вам дня, дети! — доброжелательно сказал он.

— Доброго дня, — в один голос отозвались мы.

— Вы чего-то ищете здесь, в храме?

— Нет, брат, — Пьетро вновь встал. — Мы зашли, чтобы успокоить сердца короткой молитвой, и уже уходим.

Сделав несколько шагов к дверям, я тихо сказала:

— Джулия, мы ждем тебя у причала, в гондоле.

В кабине лодки призрак появился сразу же, стоило нам усесться. Она явно была недовольна:

— Я и забыла, какие эти святые братья любопытные! Вот попадись такому, свяжет заклинанием, и сиди у него в клетке, отвечай на вопросы!

— Ну, здесь-то безопасно?

— Да, вроде бы… — она осмотрелась с подозрительным видом. — Только от причала не отходите, на текущей воде я долго держаться не смогу! Развеет!

— А как же ты сюда добиралась от Сан-Эразмо? — полюбопытствовала я.

— Ну, есть способы… — туманно ответила девочка.

Надо сказать, что я стала постепенно воспринимать Джулию почти как обычного ребенка, ну, просто несколько странной окраски и с нестандартными привычками. Так что допытываться не стала, а перешла к делу:

— Ну, как, тебе удалось узнать что-нибудь от… других?

— Кое-что удалось, — таинственным голосом ответила она. — Как я тебе говорила, у меня есть знакомый, мастер Касконе из мастерской Farfalla Argenta… Вот он рассказал, что заметил странный, грязный отсвет над одним домом невдалеке от мастерской. Старик присматривал за подмастерьем, а тот шел, оглядывался, а потом выждал момента, когда никого рядом не было, и шмыгнул в дверь этого заброшенного здания. Мастер Касконе за ним не пошел, очень уж оттуда скверно тянуло, но стал дожидаться, что будет. Так вот, он видел, как на маленькую rio позади этого дома подошла гондола и туда сел мужчина в маске Джокера. Сейчас ведь не карнавал, мало кто носит маску просто так, среди дня…

— И что же тот подмастерье? — спросила я.

— Вот! Вот это почти самое главное! Подмастерье больше не появлялся в Farfalla Argenta, а его тетка приходила к хозяину и скандалила, что мальчишку не отпускают домой!

— Скажите, синьорина, ваш друг сможет показать этот дом?

— Вам — нет, он очень боится магов, — важно ответила девочка. — А мне покажет. Только, чур, чтобы никого больше не было!

— Только я, никого больше. Я даже не пойду внутрь, просто пойму, что это за здание.

— Договорились. Дальше рассказывать? — хитро прищурилась она.

— То есть, это не все?

— Вовсе нет! Еще я поговорила с серой монахиней, сестрой Терезой, которая живет на колокольне Санти-Заниполо. Она, конечно, очень напугана, этот противный старикашка, с которым вы там разговаривали, давно от нее хочет избавиться. И с вами встречаться отказалась наотрез. Но мне Терезита рассказала, что в квартале вокруг Calle Foscarini собирается всякий сброд…

— Ну, там никто другой никогда и не бывал! — перебил Пьетро.

— Э, нет! Раньше там жили нищие, пара воровских кабаков была, перекупщики… а сейчас их никого нет, словно ветром сдуло! Терезита говорит, те, кто теперь в этом квартале обитает, пахнут темной магией и кровью.

— И много их там? — обманчиво спокойным голосом Контарини можно было замораживать рыбу.

— Не знаю. Но они все чего-то ждут. И к ним часто приходит человек в маске Джокера.

— Ясно. Спасибо, Джулия. Это очень важная информация, — Пьетро посмотрел на меня, потом вновь спросил у девочки. — Скажи, есть ли что-то, что мы можем для тебя сделать?

Ее глаза внезапно заблестели, будто налились слезами.

— Что же ты можешь для меня сделать? Накормить мороженым? Подарить пони? Освободить от занятий алгеброй? — она покачала головой. — Ну, разве что скажи этому злобному старику, чтобы он перестал преследовать сестру Терезу.

Честно говоря, у меня перехватило горло, но я проглотила комок и спросила у Контарини:

— А мы можем сделать так, чтобы Джулия могла приходить в Ка’Виченте?

Тот пожал плечами:

— Сегодня же внесу изменения в охранную сеть, не вопрос.

— Ну, вот, — сказала я, обращаясь к призраку. — Жду тебя в гости.

Контарини попросил меня подождать еще минуту и пошел снова в храм; вернулся он довольно скоро и сказал маленькому призраку:

— Отец Чезаре и его причт обещали оставить в покое твою подругу.

— Спасибо! — в голосе девочки прозвучала признательность, и ее силуэт медленно растаял в воздухе.

Гондола закачалась на волнах, и я с законной гордостью спросила у Пьетро:

— Полезная информация, ведь так?

Он слегка поморщился, и я насторожилась: кажется, сейчас мне докажут, что я принесла бы куда больше пользы, сидя дома, не встревая в приключения и не отвлекая высокопоставленных нобилей от их важных занятий. Но Контарини сказал совсем другое:

— Полезная. Ты молодец. Конечно, магбезопасность так или иначе пытается использовать неживые сущности для получения информации, но те не слишком настроены на сотрудничество…

Где-то на грани слышимости раздался детский смешок, но это ведь мне показалось?

— Только я советую тебе оставить защиту на спальне, — добавил Пьетро.

— Тогда и на кухне, потому что я не готова лишиться Джузеппины, а она, как мне кажется, женщина нервная… И на комнатах кухарки и синьоры Пальдини.

— Ну, в этом случае проще будет открыть доступ в кабинет и гостиную. И хватит. Так пойдет?

— Вполне. И что теперь? — поинтересовалась я, когда лодка вывернула из узкой боковой rio на простор Гранд Канала.

— В каком смысле? — не понял меня мой спутник.

— Будете сторожить тот дом рядом с Farfalla Argenta и очищать квартал, о котором рассказала Джулия?

— Я передам информацию Джан-Марко и его коллеге из городской Стражи. Дальше уже их дело. Свадьба эта, конечно, добавляет нам веселья…

ЧАСТЬ 8. La maschera cade.

Свадьба, как справедливо выразился Пьетро Контарини, добавила веселья и мне. Всю пятницу и утро субботы я убила на примерки туалетов, репетицию церемонии, написание речи и остальные, не менее удивительные действия. Соваться сейчас в Ка’Контарини было рискованно, меня бы смыло волной подготовки к Великому Событию. Поэтому я по коммуникатору связалась с доктором Тедески и обсудила с ним состояние синьора Лоредано (стабильно улучшающееся), новые назначения препаратов (поддерживающие сердце и улучшающие кровоснабжение), диету (легкая и питательная, прием пищи шесть раз в день), и прочие животрепещущие подробности.

Джан-Баттиста появился у меня в пятницу вечером, выпил чашку кофе и уснул в моем кабинете, в кресле у камина… Посмотрев на его умиротворенное лицо, я принесла из гардеробной теплый плед и укрыла его. Потом села напротив с келимасом в бокале, вытянула ноги к огню и задумалась. Последние недели — да, собственно, с момента приезда сюда, в Венецию — я плыла по течению. А вот сейчас поняла, что нужно решить, чего же я хочу дальше. Вроде бы, вариантов много, но на самом деле — всего три. Первый — вернуться в Бостон. Там у меня есть клиника, работа и, наверное, там меня ждет новый брак, устроенный матушкой и ее светскими знакомыми. Я представила себе эту жизнь и содрогнулась. Н-да, расслабилась я здесь, на воде…

Второй вариант — попутешествовать по королевствам Союза и осесть где-нибудь в хорошем месте. В Лютеции, например. Лавиния сосватает мне особняк на берегу Сены, и… И что? Не то, чтобы я опасалась начинать все сначала, но смысла в этом нету никакого.