Мои прекрасные принцы (СИ) - Коюшева Елена - Страница 90

Вдруг в комнате зазвонил мобильник, я вздрогнула. На дисплее высветился совершенно незнакомыйй и странный номер. Я закрыла глаза, сделала глубокий вздох, взяла трубку и взволновано произнесла:.

Глава тринадцатая

— Слушаю……

— Таня, это Света. Ты куда пропала! Я до тебя уже четвёртый день не могу дозвониться!

Я с облегчением вздохнула. Сердце забилось в радостном волнении.

— Светка, ты не представляешь, как я тебя рада слышать! Я так соскучилась!

— Да?! Так соскучилась, что ни разу не позвонила! Что у тебя там происходит?!

Я замешкалась, так-как не могла рассказать всей правды. Такую правду не каждый способен оценить адекватно, но придёт время, мы с ней сядем и за бутылочкой винца я расскажу о моих поисках счастья.

— Свет, ну ты же на другом континенте…….И потом, твою мать дома невозможно застать. Я в командировке по обмену была, — соврала я.

На том конце провода воцарилась ледяная тишина. И чтобы растопить этот лёд я продолжила распыляться в оправданиях:

— Ну не могла же я отказать нашей директрисе? Ты прекрасно знаешь, она не прощает таких вещей. Наобещала золотые горы, а когда я приехала, то оказалось всё гораздо хуже.

— И куда ездила? — спросила с недоверием Светка.

— В Зареченск. — Нет, ты только представь, там даже мобльник не берёт!

МНЕ БЫЛО НЕВЫНОСИМО БОЛЬНО ВРАТЬ СВЕТКЕ. И МЕНЯ КОРОБИЛО ОТ СОБСТВЕННОЙ ЛЖИ. Я СТАЛА ПРОТИВНА САМОЙ СЕБЕ.

— Сильно ты изменилась подруга! Какой-то другой стала! — не пеняла, не укоряла Светка, а просто констатировала как факт.

Как же ты права подруга! Эта мысль прорвалась ко мне, как луч посреди пасмурного неба. Да, что там — изменилась? Переродилась! От и до! Последний год вывернул мою жизнь наизнанку, и превратил в зыбучие пески, где невозможно устоять чтобы не провалиться. Пустыня по которой я иду в надежде, на то что на горизонте когда-нибудь замаячит оазис.

— Ладно, обо мне, ты лучше о себе расскажи! Как прошла операция? — сменила я тему.

— Ой, Танька! Нашим врачам далеко до иностранцев! Вероника не обманула, меня оперировали лучшие врачи. Если в России, мне не довали и пятидесяти процентов на полное восстановление, то здесь смело заявляют, о том, что я буду ходить и радоваться жизнью.

В Светкином голосе звучало столько оптимизма и уверенности, что у меня даже не возникало сомнений в обратном. Это на редкость волевой человечек обязательно встанет на ноги, потому что она хочет жить и ростить сына, а ребёнок сильнейшая мотивация для женщины.

— Ты лучше расскажи, чем ты там целыми днями занимаешься? Опять небось свои опусы про загробную жизнь пишешь?

Света звонко рассмеялась в трубку.

— Надо же, ты и об этом помнишь? Нет, это всё в прошлом. В Америке совсем другая жизнь, даже дышытся по-другому. У меня голова почти не болит, апптит появился. По тихоньку учусь вставать, хотя врачи пока запрещают большую нагрузку на ноги давать, но я упрямая и не очень-то к ним прислушиваюсь.

— Светка, смотри врачам виднее! Прекращай свою самодеятельность! — погразила я пальцем.

— Не дрейф, подруга, разберёмся! Вот подожди, когда я вернусь, ты обязательно мне всё расскажешь!!!

Я поняла, что меня раскололи.

— Нам будет о чём поговорить.

В трубке запели короткие гудки. Не то нас разъединили, не то Светка бросила трубку, во что с трудом верилось.

В эту ночь я ещё долго ворочалась в постели пытаясь уснуть. В голове крутился разговор с подругой. Её заразительный оптимизм вселил в мою душу покой. Во сне я убегала от Сергея. И опять лес. Мои ноги путались в корнях деревьев и утопали в грязи. Я спотыкалась и падала, хватаясь за сухие ветки, которые ломались в руках не оставляя никакой надежы на спасения. Я чувствовала, чваканье его сапог. Он совсем рядом, и вот вот настигнет меня. Из последних сил я подтянулась к торчащему корню почти сгнившего дерева и попыталась привстать, как вдруг раздался хруст и я опять оказалась в лужи грязи. И тут чья — то тяжёлая рука схватила меня за волосы…….. За, что! — заорала я и проснулась.

Одеяло было сброшено на пол. Простынь вся скомкалась. Подушка промокла от слёз. Я взглянула на часы, стрелки остановились на половине седьмого. И праздник царивший в душе оказался наповал убит. Это был не просто сон, он граничил с реальностью. Какая ещё беда поджидала меня впереди? О чём предупреждал ночной кошмар, мне предстояло узнать в скором времени.

На работу я пришла на полчаса раньше обычного, так-как не могла оставаться наедине со своим страхом. Увидев меня директор пришла в восторг и похвалила за ответственность. Весь день я прибывала в рассеяности, а когда моя смена подошла к концу, взяла ещё пару уроков. За моей спиной шептались коллеги, кидая вслед любопытные взгляды. Но никто не решался подойти и поинтересоваться что со мной происходит. А у меня не возникало никакого желания ни с кем объясняться. И в конце концов, я никому ни чем не обязана! Вот если бы была рядом Светка! Я уткнулась бы ей в плечо и зарыдала навзрыд. Я понимала, что одинока в своём горе, и от этого становилось ещё больней.

Я сидела уткнувшись в тетрадь, когда в дверях возникла фигура технички.

— Вот тебе на! Я уже собиралась школу закрывать, хорошо моя интуиция не подвела! Вы почему домой не идёте? — сердито пробурчала она.

Я расстерянно пожала плечами.

— Работы накопилось. Вот проверю все тетради и пойду, — устало выдохнула я.

Техничка грозно насупила брови.

— Да ты на себя посмотри! Бледнющяя вся, гляди упадёшь! А ну давай домой! — прикрикнула она.

С тётей Глашей не поспоришь. Да и сил на спор у меня не было. Я послушно сложила тетради в сумку, накинула пуховик, закрыла класс и вышла на улицу. Где-то за спиной послышался голос технички:

— Будь осторожней, а то всякого хулигонья хватает!

В нос ударил запах морозной свежести. Я задрала голову вверх и посмотрела на небо. Чёрный шатёр был усыпан мириадами звёзд, таких недосягаемых и холодных. Их завораживающее мерцание радовало глаз, но не согревало душу.

На выходе за територию школы мне преградила дорогу старая цыганка. Она возникла ниоткуда, будто поджидала именно меня. Её взгляд был пронзительным и мудрым повидавшим на своём веку не мало:

— Не спеши красавица! Жизнь свою всё равно не перегонишь! Дай-ка я тебе погадаю — про судьбу твою расскажу. Что было, что будет, чем душа успокоится…

Я было махнула рукой, но вдруг какая-то сила заставила остановиться. Ноги вросли в землю, совершенно не подчиняясь мне. Я хотела отвести взгляд, но мою шею будто кто-то крепко держал. В глазах защипало, выступили слёзы. Сил сопротивляться уже не было. Чтобы оцепиться от настырной бабы, я послушно протянула ей руку. Цыганка засмеялась: