Римская карусель (СИ) - Дельта Марк - Страница 69

   - Стой! - приказала Кассия. Александр на мгновение подчинился, но тут же представил себе, как тем же повелительным голосом Кассия приказывает предать пыткам Кальпурнию и Софиста, и, сбросив с себя оцепенение, ринулся вон из гостиницы "Филин".

***

   Ночью Алкиной возвращался со складов довольный: в мешочке позвякивали монеты, выплаченные Кириллом за целый месяц труда. Теперь их хватит на то, чтобы какое-то время платить за проживание в инсуле, а также кормить маленькую семью.

   Впереди, в охваченной ярким заревом части неба не было видно звезд. Алкиной почувствовал жалость к тем несчастным, у кого произошел пожар, и некоторую обеспокоенность. По мере приближения к дому, его тревога росла, превратившись в панику.

   Инсула, где жила его семья, горела!

   На улице метались взад-вперед люди, их крики смешивались с мощным гулом, который производил огонь, и разобрать слова было невозможно. Пламя вырывалось из окон, пожирая карнизы. Языки огня вспыхивали то в одном, то в другом месте, плясали, то уменьшаясь, то увеличиваясь, на разных этажах. В сердцевине своей они были ярко-желтыми, по краям - багровыми. Над крышей здания клубился черный дым, всасываясь в освещенное заревом небо. В здании были видны темные, как беззвездная ночь, провалы.

   Алкиной с ужасом глядел на это зрелище, не зная, где искать Хлою. Люди на улице были охвачены суетой. Повсюду на тюфяках лежали раненные, возможно - мертвые, тут и там был разбросан вынесенный из квартир скарб. Обитатели соседних инсул, боясь, что пожар перекинется на их дома, тоже выносили вещи на улицу.

   Алкиной попытался пробиться к дому сквозь мечущуюся толпу.

   - Хлоя! - кричал он, даже не надеясь, что жена его услышит. - Хлоя!

   Потом остановил за плечи проносящегося мимо бородатого мужчину и крикнул:

   - Где же вигилы?! Когда это началось?!

   - Вот же они! - проорал в ответ бородач.

   Только сейчас Алкиной заметил похожих на легионеров мужчин в шлемах и панцирях. Это и были "бодрствующие". Перед домом стоял их водяной насос - удивительное приспособление, изобретенное некогда хитроумным Героном Александрийским. Так называемый "акварий" - пожарник, ответственный за организацию доставки воды, - расставил своих людей с ведрами между ближайшей водонапорной колонкой и этим насосом.

   Пожарные передавали друг друга ведра и лили воду в резервуар сифона, двое из них поочередно толкали вниз два сообщающихся поршня, из устройства вырывалась струя воды, но ее было недостаточно, чтобы справиться с огнем. Поэтому другие вигилы, вбегая в здание, набрасывали на огонь смоченные уксусом полотнища. Еще одна группа пыталась пробиться к верхним этажам по приставным лестницам.

   Алкиной, не находивший себе место от снедавшего его ужаса и тревоги, приблизился к дому, решив проникнуть внутрь, но его отогнали два пожарника. Отходя, он с трудом увернулся от рухнувшей сверху огромной, охваченной огнем балки.

   Внизу перед зданием были расстелены тюфяки, предназначенные для смягчения удара от падения вниз. Какой-то человек на глазах у Алкиноя выпрыгнул из окна третьего этажа на такой тюфяк и теперь лежал недвижимо. Жив он был или нет, было непонятно. Вигилы уложили его на носилки и оттащили подальше от дома. В каждой пожарной когорте было четыре врача для оказания помощи пострадавшим. Один из них сразу склонился над упавшим мужчиной.

   Алкиной пристроился к цепочке людей с ведрами, чтобы делать хоть что-то полезное, но свободного ведра для него не нашлось. Он снова принялся бегать и выкрикивать имя своей жены, размазывая слезы по лицу и повторяя про себя, что никогда не сделает ей больше ни одного замечания.

   Потом ему пришла в голову противоположная мысль, что, если бы Хлоя прислушалась сегодня к его замечанию, пожара, возможно, бы не было. Он одернул себя: "С чего это я взял, что возгорание произошло именно в нашей квартире?!". Повсюду вокруг простирались районы, сплошь застроенные такими же многоэтажными домами с деревянными перегородками. В их крошечных ячейках ютилось великое множество людей, и почти у всех были жаровни.

   Ты можешь проявлять сколько угодно осторожности, но чужая беспечность способна спалить и твое жилье. Как вообще уберечься от пожара, когда от тебя почти ничего не зависит? Только имея средства на то, чтобы жить не в инсуле, а в отдельном доме и подальше от районов многоэтажных домов.

   Все случилось из-за того, что Алкиной так и не смог заработать достаточно денег! А ведь Хлоя постоянно говорила ему об этом. Это он должен был прислушиваться к ней, а не она к нему!

   Придя к такому выводу, бывший актер застонал, повторяя:

   - Хлоя, душа моя! Возлюбленная моя! Хлоя, лишь бы с тобой и с малышом ничего дурного не произошло! Ты во всем была права! Я изменю нашу жизнь, все будет так, как ты хочешь. Только найдись, живая и невредимая!

   Грохот падающих стен заглушал его слова. Где-то внутри здания обвалился целый этаж, унеся с собой кричащих людей, среди которых были и жильцы, и пожарники.

   Вигилы начали выгонять людей из соседних домов. По решению трибуна когорты к горящему зданию доставили баллисту - настоящий камнемет, из тех, что использовали римские легионы в качестве осадных орудий, штурмуя неприятельские стены.

   - Зачем здесь баллиста?! - в ужасе закричал Алкиной, обращаясь к выкрикивающему команды центуриону, но тому было не до разговоров. Ядовитый удушающий дым уже не только поднимался вверх, но и стелился по земле. Становилось трудно дышать.

   Алкиной вдруг услышал, что кто-то его окликает, и к своему удивлению увидел Геллу и Сергия, немолодых христиан, их соседей по инсуле, снимавших комнатку на том же этаже.

   - Вы что-нибудь знаете о Хлое и Амвросии! - закричал он, бросившись к ним.

   - Амвросий в безопасности, - срывая голос, отвечала Гелла, - Хлое удалось добраться до второго этажа, но там уже бушевал огонь, и она сбросила ребенка людям, которые стояли внизу. Они поймали его. С мальчиком все в порядке.

   - Что с Хлоей?!

   Сергий развел руками.

   - Она испугалась прыгать. Видимо, решила, что сумеет добраться до первого этажа и спастись. Мы ее с тех пор не видели.

   Алкиноя охватила сумасшедшая надежда.

   - Где сейчас ребенок? - спросил он.

   - На соседней улице, - ответил Сергий. - Там несколько христиан, жителей этих домов, где-то раздобыли телегу. Сейчас мы соберем всех наших и отправимся к пресвитеру. Он наверняка придумает, как нам помочь.

   Говорить им приходилось громко, чтобы перекрыть гудение огня и крики вигилов.

   - Почему здесь баллиста, ты не знаешь?

   Сергий объяснил, что спасти инсулу уже невозможно. Теперь для пожарников главная задача - не дать огню охватить весь район. С этой целью они намерены разрушить не только пострадавшую инсулу, но и соседние, непосредственно примыкающие к ней дома.

   - Непонятно, как они будут здесь стрелять! - воскликнул он. - Такая теснота. Дома обрушаться прямо на них. Надо поскорей уходить с этого места!

   - Вы можете присмотреть за Амвросием? - спросил Алкиной. - Я продолжу поиски жены.

   Сергий вызвался помогать ему искать Хлою. Гелла отправилась на соседнюю улицу, где собрались христиане. Алкиной и Сергий, преодолевая натиск людей с вещами, спешившими отойти от инсулы на безопасное расстояние, разглядывали лежащих на земле и на тюфяках.

   Среди дымящихся обломков обнаружился труп молодой полной женщины. Лицо ее было обезображено страшными ожогами. У нее были пышные черные волосы. Как у Хлои, отметил про себя Алкиной и пошел дальше. Сергий изумленно глядел ему вслед. Немного поколебавшись, он догнал друга и сказал, отводя глаза:

   - Мне очень жаль, мой Алкиной! Да упокоит Господь ее душу.

   - О чем ты говоришь? - вскричал охваченный ужасом Алкиной.

   Сергий помедлил, затем произнес: