Бабочка в янтаре (СИ) - Руднев Александр Викторович - Страница 115

— Ты не спрашиваешь меня? — усмехнулся мужчина, — Неужели нет никаких воспоминаний? Впрочем, это объяснимо. Метод частичного подавления еще не опробован, и последствия могут быть самые непредсказуемые. Хотя прогнозы положительные.

— Что я должен спросить? — Егор вдруг почувствовал что-то неприятное и опасное, и это нечто исходило от мужчины.

— О! Да ты уже пытаешься влезть в мои мозги! — удивился тот, — Быстро восстанавливаешься.

— Как я могу влезть в твои мозги? — Егор решил, что имеет полное право перейти на «ты» с незнакомцем.

— Но ведь ты почувствовал! — настаивал тот, — Как тебе ощущения?

Мужчина оглядел комнату и взял со стойки какой-то предмет, оказавшийся высоким серебристым стаканом. Отпив содержимое, он вернул стакан на место.

— Пить будешь?

Егор ощутил жажду, но не был уверен, что ему дадут безопасный напиток. Впрочем, если бы хотели его отправить на тот свет, давно бы сделали это.

— Да, — произнес он, наблюдая, как незнакомец достал второй стакан из встроенного шкафчика.

Его кровать пришла в движение, поднимая верхнюю часть в положения полулежа. Напиток оказался обычной подслащенной водой. Стало проясняться в голове, и он отчетливо вспомнил, как с несколькими парнями хотел заложить на Галилее бомбу, и как потерял сознание.

— Что со мной будет? — спросил Егор, возвращая стакан.

— Ничего, — пожал плечами собеседник, — встанешь на ноги, сам решишь, оставаться тебе в этом теле или получить биокомплекс. Ты ведь теперь герой.

На последнем предложении мужчина сделал особый акцент с оттенком иронии.

Астахов не стал ничего уточнять, несмотря на то, что вопросов было достаточно. Почему он герой? Что такое биокомплекс? Почему его имя — Марко? Что произошло с теми парнями? Боже! Ксения! Что с ней? Он откинул голову, вцепившись в белоснежное покрытие медицинской кровати.

— Как мне обращаться к те… к Вам? — поинтересовался Егор, видя, что мужчина собрался уходить.

— Вантен, — хмуро ответил тот и, сделав кому-то знак, вышел.

Какое-то время в комнату никто не заходил. Егор закрыл глаза, и понял, что с ним происходит что-то странное. Шелест не просто вернулся, он нарастал, с каждой секундой заполняя все участки разума, а когда он превратился в один сплошной гул, Егор начал различать отдельные звуки. Причем они досаждали даже тогда, когда он закрывал уши. Поняв, что это не просто звуки, а слова, он попытался разобрать их смысл.

Вначале говорила женщина о каком-то мужчине, потом вклинился мужской голос, спрашивавший разрешения уйти, затем — снова женщина шептала какой-то рассказ о звездах. Голоса прибывали и прибывали, пока не превратились в неразборчивую какофонию слов, фраз и криков. Егор готов был закричать и биться в истерике, когда почувствовал прикосновение к руке.

Это была женщина в белом комбинезоне медицинской службы.

— К Вам возвращаются способности телепатии, господин Марко, — произнесла она приятным голосом, и голоса сразу же утихли.

Егор даже не понял сначала, чем он слышит ее — ушами или мозгом.

— Какая телепатия? — прохрипел он.

— Постарайтесь расслабиться и мысленно поставить заслон посторонним шумам. Выстройте высокую стену и поместите за нее все звуки.

Посмотрев на нее, как на ненормальную, он все же последовал совету, и шумы затихли окончательно.

— Если захотите снова насладиться хаосом общения ИМСов между собой, разломайте стену, — улыбнулась женщина.

— Кто я? — опешил Астахов.

— Вы — Марко Расс, — невозмутимо ответила она, — один из Правителей. И мне поручено поставить Вас на ноги, как можно быстрее.

— Я не…

Егор поперхнулся, неожиданно для себя осознав, что так и есть. Он — Марко Расс, и всегда им был. А кто такой Егор Астахов? Наконец, все начало проясняться.

— Оставьте меня, пожалуйста!

— Да, конечно. Вот кнопка вызова.

Женщина неслышно выскользнула за дверь.

На Земле оказались не все из них. Это Марко понял тогда, когда триста лет разыскивал Лею, одолев десятки тысяч километров, и побывав в сотнях городов. С появлением средств коммуникации найти человека в людской массе стало проще, но и это не помогло. Лет семьсот назад он окончательно убедился, что ее на Земле нет и никогда не было. Даже забавно было осознавать, что Лея родилась, когда эта планета превратилась в кусок льда, а он теперь живет здесь и наслаждается всеми благами, только… без нее.

Поначалу это обстоятельство вгоняло в тоску, он все время в толпе искал родное лицо, понимая, что это сумасшествие. Потом боль притупилась, и Марко начал врастать в новый мир всей душой и телом, вернее телами, менявшимися, будто, по расписанию, данному свыше. В конце концов, он десятки раз был женат, имел кучу детей, которых пережил на много веков. Если бы это не было так ужасно, Марко был бы самым счастливым ИМСом, постигшим и повидавшим многое.

Его способность предвидения развивалась с каждой жизнью, в итоге он мог мысленно путешествовать в будущее, в котором Леи не было, и он успокоился окончательно. Интересным было то, что будущее не оставалось неизменным, и, попав в него естественным путем, Марко с удивлением замечал, что оно всегда отличалось от его видений. Это поразительное свойство времени наложило отпечаток на все его мысли, чувства и устремления. Почти полторы тысячи лет он занимался изучением временных парадоксов, но постичь до конца причины их появления и развития пока не удавалось. Однако эта работа не давала сойти с ума и придавала смысл его бесконечному существованию, от которого другие ИМСы порой пытались убежать, изобретая новые изощренные способы уничтожить свою энергетическую сущность.

Только ему было известно о десятках случаях самоубийств с полным стиранием личности, а сколько их было на самом деле, одному Богу известно.

Все началось, когда он повстречал Рогова. Это произошло в Париже в 1989 году. Рогов тогда был преуспевающим банкиром, владельцем крупнейшей сети банков и страховых корпораций. Тогда за ужином в ресторане «Лаперузе» Рогов поделился своей безумной идеей о повороте процесса творения вспять. Марко не придал особого значения бреду своего нового знакомого, однако через некоторое время тот вновь заговорил об этом и рассказал о неких древних рукописях.

К тому времени Марко пребывал в состоянии скуки и разочарования, и новая мысль приятеля заинтересовала его. Не то чтобы он хотел уничтожить весь мир также маниакально, как его приятель, но идея бесплотного существования показалась непривычной и интересной. По правде сказать, Марко сомневался, что можно создать технологии, способные разрушить материю в ее основе, и увлекся изучением этой проблемы на долгие годы.

Рогов снаряжал целые экспедиции в различные уголки Земли с целью отыскания тайных знаний. Надо сказать, что иногда удавалось наткнуться на некоторые занятные артефакты и записи. Однако уверенности в том, что получится создать механизм трансформации существующих пространственно-временных структур у Марко не прибавлялось. Он окунулся в историю планеты, человечества и религий. Тысячи духовных практик, техник, изречений, текстов и преданий.

Параллельно в секретной лаборатории группой особо одаренных ученых, подобранных Роговым лично, велись исследования, результатом которых стало некое устройство, в суть которого Марко особо не вникал, считая его подобием еще одного ракетного двигателя. Порой ему казалось, что смысл этих исследований до конца не понимали и сами авторы.

После того, как Земля перестала быть домом для остатков человечества, и люди переселились в космический мегаполис, осваивая межгалактическое пространство, сменилось множество поколений. Поменялись люди, приборы, технологии, только идея создания Реактора не угасала и охватила уже многих из НИХ. ИМСы хотели перемен, закончить, наконец, земное существование, перейдя в иное состояние, иную реальность. Причем, так ли должно случиться, наверняка не знал никто.

Вскоре Реактор был создан. Десятки испытаний окончились разочарованием, но однажды случилось непредвиденное. Погибли люди и ИМСы. Марко до сих пор вспоминал тот день с содроганием. После несчастного случая он заметил в Рогове перемены. Тот, словно, стал еще более настойчивым и агрессивным, поняв, что близок к цели.