Призрачный двойник - Страуд Джонатан - Страница 46

— Мисс Карлайл? Люси Карлайл?

— Да? — я услышала голос, но на фоне общего шума не смогла узнать его.

Не узнала я поначалу и обладателя этого голоса, низенького коренастого мужчину в меховой шубе и широкополой, закрывавшей его наклоненную вперед голову, шляпе. Мужчина подошел ближе. В ярком свете фонарей я рассмотрела его мягкие вельветовые брюки, дорогие, сшитые на заказ, кожаные ботинки, трость с рукояткой из слоновой кости в украшенных кольцами пальцах. Потом мужчина ловко повернул трость, приподнял ее рукояткой свою шляпу, и я увидела его лицо. Это был совсем молодой паренек с широким лицом и растянутыми, как у лягушки, губами. Щеки парня вялыми, похожими на сырое тесто, складками опускались на его толстую шею и сливались с ней. На висках виднелись завитки темных, лоснящихся волос. На меня уставились маленькие глазки парня — голубенькие, острые, как осколки стекла.

Теперь я сразу же узнала его. Второго такого лица не найдешь на целом свете. Нет, простите, второе, в точности такое же лицо есть, только оно темнее, волосатее, а хозяин его сидит в тюрьме. Обладателя волосатого лица зовут Джулиус Винкман, раньше он держал в своих руках весь черный рынок, торгующий связанными с потусторонним миром артефактами. А передо мной стоял его сынишка, Леопольд — точная копия своего папаши.

— Чем могу быть вам полезной, мистер Винкман? — эту фразу я собиралась сказать, холодно и твердо, но у меня ничего не получилось. Я была настолько поражена, что смогла лишь невнятно хрюкнуть, и застыла с разинутым ртом, глядя на Винкмана-младшего.

Возникший как по мановению волшебной палочки рядом со мной Джордж сделал это за меня.

— Что вам угодно? — спросил он.

— Я хочу сообщить, — сказал Леопольд, — что мой отец передает вам привет и говорит, что очень скоро сам встретится с вами.

— Ну, уж это вряд ли, — сказала я, овладев, наконец, своим голосом. — Вашему папеньке вкатили двадцать лет, если я не ошибаюсь?

— Ну, насчет этого у нас есть свои каналы и способы, не сомневайтесь, — усмехнулся Леопольд Винкман. — В этом вы вскоре сами убедитесь. А пока что вот вам маленький аванс на будущее.

С этими словами он с быстротой змеи взмахнул рукой и ударил меня рукоятью своей трости прямо в солнечное сплетение. Я ахнула и согнулась пополам. Леопольд Винкман медленно надвинул свою шляпу себе на брови, развернулся на сияющих каблуках и нарочито медленно пошел прочь. Эту величественную прогулку испортил ему Джордж. Он выхватил свою рапиру и вставил по диагонали между ног Леопольда. Тот споткнулся, запутался в своих ногах, рухнул вперед, прямо в толпу, свалился прямо на троих здоровенных рабочих парней и выбил у них из рук кружки с пивом, которое обрызгало их жен и подружек.

Разумеется, все закончилось потасовкой. Винкман вырывался, тыкал налево и направо своей тростью, а рабочие парни методично месили его кулаками. Криков было не слышно — они утонули в шуме толпы. Джордж помог мне разогнуться и повел назад через дорогу.

— Я в порядке, — сказала я. — Спасибо, Джордж. Но ты мог бы и не беспокоиться обо мне.

— Все нормально.

— Проклятье, я так и не взяла рожки.

Но это теперь не имело значения. Когда мы вернулись, Локвуд уже посматривал на свои часы.

— Пойдемте садиться, — сказал он. — Время летит, а Винтергартен вряд ли будет довольна, если мы опоздаем.

Он повел нас мимо киосков ближе к мавзолею, где уже выстроились в ряд вооруженные полицейские, проверявшие списки гостей. Наши приглашения проверили, нашли нас в списке, и мы направились к платформам. Мимо нас техники вели на привязи большие воздушные шары в виде льва и единорога с развевающимися на них вымпелами. Двигатели грузовиков были включены и низко рокотали, обдавая нас облаками бензиновых выхлопов.

Мисс Винтергартен говорила нам, что она имеет вес в обществе, и у нее много влиятельных друзей. В отличие от многого другого, здесь она не солгала. Выяснилось, что мы приглашены на самую первую платформу, предназначенную для почетных гостей. Мы поднялись по сходням на этот, укрепленный на раме грузовика, помост. Платформа была очень широкой, с развевающимися на шестах над нашими головами флагами и расставленными по ее краям через равные интервалы пластиковыми фигурами львов и единорогов. Они напоминали мне древних стражников, стоящих на вершине крепостной стены. Ряды стульев уже были заполнены почетными гостями — мужчинами в темных, очень дорогих пальто и женщинами в мехах. Между стульями прохаживались молодые агенты, предлагая гостям подогретое вино и сладости. Сидевшая довольно далеко сзади мисс Винтергартен заметила наше появление, снисходительно помахала нам ручкой и больше не обращала на нас никакого внимания.

Пока Локвуд, Джордж и я неловко переминались, стоя на месте и прикидывая, куда бы нам пристроиться, Холли Манро разгладила свое пальто, поправила на голове шляпку, и пошла, пошла, пошла вперед, раскланиваясь по дороге с одними гостями, приветливо помахивая другим, улыбаясь третьим… Черт побери, она была здесь совершенно в своей тарелке, наша скромная ассистентка! Добравшись до самого переднего ряда, она обернулась и позвала нас, помахав рукой.

К тому времени, когда мы добрались до Холли, она уже непринужденно болтала с несколькими самыми влиятельными людьми во всем Лондоне, среди которых были владельцы и руководители двух крупнейших в стране агентств, Пенелопа Фиттис и Стив Ротвелл.

С мисс Фиттис мы уже были знакомы, и даже находились в хороших, хотя и не близких отношениях. Это была удивительная женщина неопределенного возраста, окруженная двойной аурой — красоты и власти, причем эти ауры прекрасно дополняли друг друга и были неразделимы. Сегодня на мисс Фиттис было длинное, до лодыжек, белое пальто, отороченное на воротнике и манжетах серебристым мехом. Ее длинные темные волосы были подняты наверх, искусно уложены и скреплены большой серебряной заколкой в виде полумесяца. Она тепло приветствовала нас, чего, к сожалению, нельзя было сказать про сидевшего рядом с ней мужчину, Стива Ротвелла, главу одноименного агентства.

Вживую я видела мистера Ротвелла впервые. Он оказался большим, плотным мужчиной в толстом пальто. Его можно было назвать по-своему красивым — или мужественным, если хотите. Тяжелая нижняя челюсть, гладко выбритое лицо, с которого смотрят удивительные изумрудно-зеленые глаза. На висках у Стива Ротвелла уже вовсю пробивалась седина. Он равнодушно кивнул нам, не переставая шарить взглядом по сторонам.

— Прекрасный вечер, — сказал Локвуд.

— О, да. В самый раз для того, чтобы слегка развлечь народ, — поддержала разговор Пенелопа Фиттис и плотнее запахнула воротник своего пальто. — Это была идея Стива — устроить карнавал.

— Старинный рецепт, — хмыкнул мистер Ротвелл. — Дайте людям хлеба и зрелищ, и они будут счастливы.

Он повернулся к нам спиной, и взглянул на часы.

Мисс Фиттис улыбнулась ему в спину. Наверное, ей не меньше, чем ему хотелось скорее дождаться начала карнавала, но она была слишком хорошо воспитана, чтобы показать это.

— Как идут дела у «Локвуда и компании»? — спросила мисс Фиттис.

— Стараемся держать марку, — ответил Локвуд.

— Я слышала о вашем расследовании в доме Фионы Винтергартен. Отличная работа.

— Я много занимаюсь архивными исследованиями, — вставил Джордж. — Надеюсь многого добиться в жизни. Мечтаю в один прекрасный день стать членом Общества Орфея. Вы слышали о нем?

Пенелопа Фиттис пару секунд помедлила, потом ответила, широко улыбнувшись.

— Разумеется.

— А вот я, кажется, не слышал, — заметил Локвуд. — Не расскажете мне, что это такое?

— Это свободное объединение, — сказала мисс Фиттис. — В него входят многие предприниматели, пытающиеся понять механизм Проблемы. Кто знает, как много мы сможем открыть с помощью вашей изобретательности и умения логически мыслить, мистер Каббинс. Надеюсь, в один прекрасный день мы с радостью примем вас в свои ряды.

— Спасибо. Только не уверен, что у меня в самом деле хватит для этого мозгов.