Укрощение строптивого декана (СИ) - Крут Анна - Страница 50

Я победила! Радость заполняет с головой. Эмоции льются через край, отчего все больше и больше колдовства исходит наружу. Мне хочется показать всю свою мощь, чтобы никогда никто больше не поспел назвать слабой...

Все те мучения, что я терпела от декана предыдущие года, промелькнули перед глазами в одно мгновение, поднимая всю ненависть и обиду. Я больше не сдерживала себя, вместе с болью и силой, выпуская гнев. Казалось, то небольшое добро, что он сделал за последнее время, померкло на фоне страданий нескольких лет.

Я никогда еще не испытывала столь сильных негативных эмоций. Эта формула, она словно тянула из меня чувства вместе с силой, но…

Но ведь все должно было быть иначе! А самое страшное – я не знала, как остановиться. Понимала, что надо и не могла. Чувства и сила поглотили полностью. Мне все никак не удавалось остановить хлынувший наружу поток магии.

В какой-то момент боль стала совсем невыносимой. Я закричала, не сразу осознавая, кому именно принадлежит этот надрывистый голос. По венам пульсировала чистая энергия, высвобождаясь из моего тела и сжигая все на своем пути. На мгновение, показалось, к коже будто прикоснулись «огнем»… из глаз брызнули слезы, и я стала задыхаться, чувствуя жар.

Почему все это происходит со мной?

Перед глазами помутнело. Тело, словно чужое, изогнулось, как того хотела магия, а я могла лишь чувствовать… все те мучения, причиняемые моей же силой.

Спасение пришло неожиданно. Чьи-то руки, подхватившие меня; чужая охлаждающая магия… мысли перемешались в одну сплошную кашу, мешая сосредоточиться хоть на чем-то помимо этой невыносимой боли. Я не уловила того мгновения, когда темнота полностью поглотила меня.

Казалось, прошло совсем немного времени, как я приоткрыла глаза, пытаясь понять, что происходит. Все расплывалось в сероватой дымке. Мне удалось различить лишь темный силуэт наставника и почувствовать успокаивающий холод воды, касавшейся опаленной кожи. Так непривычно и странно…

Я судорожно вздохнула, пытаясь приподняться, но меня тут же мягко уложили обратно.

— Не стоит, — спокойный, размеренный тон человека, знающего свое дело, раздался совсем рядом. – Организм еще не охладился.

Удивленно нахмурилась, прислушиваясь к своим ощущениям. Боль медленно утихала, оставляя лишь неприятное покалывание и дикую слабость.

Хотелось закрыть глаза и заснуть, но я заставила себя сфокусироваться на наставнике. Несмотря на всё его спокойствие и холодную сосредоточенность, в его глазах было плохо скрываемое волнение. Наверное, это впервые когда я видела его таким встревоженным.

Он держал меня за руку, передавая легкие паутинки волшебства. Они совсем незаметно алели, отчего я не сразу их подметила.

Неужели Вортан делится со мной резервом? Я не поверила своим глазам. Может, это все еще призрачная иллюзия, оставшаяся после тех мучений?

Но еще сильнее я удивилась, когда обнаружила, что лежу в ванне, полной холодной воды, и… платья на мне не было, а белье сильно обгорело, выставляя меня не в лучшем свете.

Я знала о приличиях и о том, что обязана попытаться чем-то прикрыться или хотя бы продемонстрировать стыд. Но мне было слишком плохо. Дикая усталость усмирила привитые бабушкой и няньками инстинкты настоящей леди. Усталость даже нашла для меня хорошее оправдание. Он ведь взрослый мужчина, которого вряд ли удивишь женским телом, да и я не совсем голая, в белье…

Пожалуй, потом буду корить себя за такое безразличие к своей чести. Но сейчас… сейчас каждая клеточка моего тела и сознания кричала слова благодарности Коршуну. Ведь он принес меня сюда и уложил в живительную прохладную воду.

— Ты абсолютно выжгла платье… — сказал наставник, словно оправдывая неловкую ситуацию.

Однако мне было все равно. Мне хотелось помолчать, а еще лучше провалиться в приятный спасительный сон. Но все же слова Вортана не могли не заинтересовать.

— Выжгла? – произнести это оказалось невероятно тяжело. Голос сел, во рту жутко пересохло, а губы, кажется, потрескались.

Какая ирония! Будучи по подбородок в воде, я умирала от жажды.

Угадывая мое желание, Коршун почти сразу преподнес стакан воды. Кристальная жидкость показалась настолько целебной, что я подумала, будто с каждым глотком ко мне возвращаются силы! Но только на мгновение, стоило мне попытаться приподняться на локтях, как тяжесть собственного тела вновь опустила назад. Слабость накатила новой волной и перед глазами заплясали темные круги…

Последнее, что запомнила — это недовольное бормотание Коршуна. Кажется, ему не понравилась моя самодеятельность. Но я не могла как следует оценить ситуацию, слабость взяла свое и я провалилась в спасительный темный колодец небытия.

***

Когда же открыла глаза в следующий раз, то слабость никуда не ушла, хотя чувствовала я себя намного лучше. Пристав на локтях, я внимательно осмотрелась, не сразу узнавая свои покои в общежитии. Я лежала в одной только тонкой сорочке под невесомой простынкой, а за окном была глубокая ночь.

— Проснулась, наконец! — в комнату медленно вошел наставник.

Сперва придирчиво на меня взглянул, а после последовало то, чего я никак не ожидала… зато это было вполне в духе Вортана.

Открыв дверь, наставник неожиданно позвал свою управляющую:

— Мирра, давай неси! Она очнулась!

Не успела я что-то предпринять или хотя бы удивиться, как в спальню влетела запыхавшаяся женщина с подносом ароматного супа. Живот мгновенно скрутило от голода. Есть хотелось невероятно! И все же разум взял надо мною верх, напоминая о том, что Мирры вроде как здесь быть не должно. Неужели наставник вызвал пожилую женщину в академию, чтобы она принесла еды?! Она ведь ужасно готовит!

— Бедная девочка! – всплеснула руками Мирра, когда я начала есть.

Просто я подумала, что на данный момент голод куда важнее, нежели какие-то вопросы, которые могут и подождать. Да и я была приятно удивлена – ужин оказался очень вкусным. Выходит, тогда она специально все пересолила. Чтобы мне захотелось выпить вино с её травками? Впрочем, вскоре я полностью отвлеклась на еду.

— Мадам, вы закончили? – нетерпеливо обратился к управляющей Коршун.

— Сейчас вот пирог поломаю…

— Думаю, на это у Ноаэль сил хватит, — несколько холодно оборвал Вортан. – Иди, погуляй пока. Я тебя позову, когда понадобишься.

Пожилая женщина недовольно надула губы, но возражать не стала. Развернувшись на широких каблуках, она поковыляла к двери, не забывая при этом возмущенно бурчать:

— Как что-то надо, так сразу Мирра, а чуть что — гонит, как какую-то бродяжку! Вот же паршивец! Выкормила-вырастила и никакой благодарности.

Этими словами управляющая, видимо, пыталась вызвать в Вортане чувство вины, но мужчина оставался непреклонен – он все также прожигал меня непроницаемым взглядом потемневших глаз.

Признаться, сопевший Коршун очень давил на нервы, но есть хотелось сильнее. Никогда еще не испытывала такого дикого голода!

Тарелка куриного супа, хлеб с запеченным мясом, яблочный пирог и грушевый сидр. В другое время я бы постеснялась съесть столь громадную порцию — как-никак я леди! Однако сейчас мне требовалось много энергии, и наставник это знал.

Съела все предложенное и даже бесцеремонно попросила добавки, чего никогда себе ранее не позволяла.

— Пока хватит, — отказал мне в просьбе декан, — пусть хоть немного пройдет времени.

Я разочарованно выдохнула, но не стала спорить, чувствуя легкое недомогание в животе. Кажется, пирог был лишним, но голод почему-то никуда не исчез.

— Это из-за истощения, — неожиданно проговорил Коршун, забирая поднос.

Отставив его на прикроватный столик, мужчина присел ко мне на краешек кровати. А я, вспоминая, что в одной тонкой сорочке, натянула одеяло до подбородка.

Но он словно не заметил или просто сделал вид. Коршун неожиданно придвинулся ко мне и ласково, слишком ласково спросил:

— Как ты себя чувствуешь? Слабость есть?