Самый лучший враг - Емец Дмитрий Александрович - Страница 63

Магемма, стоявшая рядом с Пелькой, внезапно вскинула голову. Зрачки у нее расширились. Рыжие волосы зашевелились как живые.

—      Что с тобой? — спросила Пелька.

—      Скверное предчувствие, — сказала Магемма. — Залезай на мула… Ну! Быстрее!

—      Но на муле же дракон?

—      Кому говорю! — ладонью ударив Пельку по спине, Магемма загнала ее на мула и тут же, не имея под рукой кинжала, чтобы уколоть мула, укусила его за круп.

Мул вскинулся от боли и неуклюже поскакал. Это было потешное зрелище, мул не то скатывался, не то бежал по оплавленным камням. На спине у него, пытаясь взлететь, бестолково колотил крыльями дракон, а на спине у дракона, обхватив его руками на шею, болталась визжащая Пелька.

А потом все и началось. Оборотень Ронх выхватил кинжалы и наудачу засадил их в воздух один над другим. Кинжалы торчали в пустоте и не падали. Оборотень застыл, точно сам не веря, что такое возможно, а еще мгновение спустя, меч, упавший из пустоты, разрубил его до середины груди.

Услышав звук падающего тела, Арей выхватил меч, бросился на помощь, но было уже некому помогать и не от кого защищаться. На запекшейся от жара земле лежал мертвый оборотень и тут же валялись два его кинжала.

Группа рассыпалась. Вот застыл с топором Олаф, вот прищелкивает мечом-кнутом Штосс, а вот вытянула унизанные перстнями пальцы Мифора. Магемма тихо пела. Ее голос, дробясь на отдельные, разное время живущие звуки, раскатывался волнами. Эти волны представлялись глазу легкой рябью, искажавшей отражения камней, и Арей чувствовал, что пока Магемма поет, стражи в плащах не приблизятся незамеченными.

Но никто больше не нападал. Олаф подобрал кинжалы, осмотрел их. На одном была кровь. Другой же, как видно, не сумел пробить доспех.

—      Подранил кого-то, но, видать, несильно. Но все ж таки защитил нас. Такие дела... — прогудел варяг.

Мертвый оборотень быстро утрачивал сходство с усачом-торговцем и все больше становился похож на оплывшую медузу.

—      Ронх был отличным бойцом. Думала, он дороже продаст свою жизнь! — с обидой на судьбу сказала Штосс.

—      Не думай много! — жестко остудила ее Мифора и набросила на оборотня свой плащ. Уж очень страшен он сейчас был.

—      Эй, вы! — заорал Олаф. — Вы слышите меня? Трусы! Выходите по одному!

—      Ага! Так они и побегут! — пробормотал барон мрака.

Олаф оглянулся на Арея. Тот стоял и озирался, не спеша убирать двуручник в ножны. Его взгляд скользил по крошащимся вершинам. Он знал, что за ними следят. Где-то там, в камнях, притаились девять охотников за глазами. Он чувствовал их взгляды, но не понимал, откуда именно они устремлены.

—      Что будем делать? — спросил варяг.

—      Потихоньку отходить вслед за мулом… Животинка выбрала правильное направление! Нас выследили, послали разведчика. Ронх ранил его, и разведчик его зарубил, — отозвался Арей.

Они отбежали, залегли за камнями, опять отбежали. В скалах, со стороны внешнего края котлована, изредка мелькали и сразу растворялись фигуры. В их движениях Арей не улавливал особой спешки. За ними не столько гнались, сколько загоняли. Во второй раз охотники за глазами ошибки не повторят. Никакого ближнего боя. На этот раз их прикончат издали, одного за другим. Разогнавшийся мул с драконом и Пелькой был где-то впереди. Мелькал как черная точка, приближаясь к невидимому центру котлована.

Во время одной из перебежек Олаф коротко вскрикнул. Покачнулся. Штосс показалось, что он споткнулся, но потом выправился и опять побежал вместе со всеми. Через сотню шагов варяг стал отставать, задыхаться и снова упал. Штосс вернулась к нему:

—      Что с тобой?

Олаф, рыча, повернулся к ней спиной. Чуть ниже лопатки у него торчала стрела.

—      Жжет очень! Чего там в меня воткнули? — прохрипел варяг, пытаясь заглянуть себе за спину.

—      Надо будет немного потерпеть! — сказала Штосс, выдергивая стрелу. Олаф зашипел от боли.

—      Это не бой! Нас убивают, а мы их даже не видим! — прохрипел он.

Рана выглядела не такой уж опасной, но лицо бородача стремительно отекало. Встать он уже не мог. Лежал и смотрел на стрелу.

— Дай! — потребовал они, забрав у Штосс стрелу, лизнул окровавленный наконечник. Сплюнул.—Отравленная!

—      Что будешь делать? — спросила Штосс.

—      Превращусь в волка, — Олаф вогнал в землю нож с костяной ручкой.

—      На волка яд не действует?

—      Действует меньше. К тому же ранили человека. Возможно, я успею добежать.

—      Куда?! — крикнула Штосс

Варяг с усилием перекувырнулся, и с земли вскочил уже волком. Его серая спина замелькала между камней, сливаясь с ними.

—      Подозреваю, что туда, куда летят драконы и откуда возвращаются здоровыми, — вместо Олафа ответил барон мрака.

—      Думаешь, у него есть шанс? — отдуваясь, спросила великанша.

—      Я предпочитаю не думать, когда нужно бежать, — отозвался Арей.

Штосс бежала тяжело, сильно отстав от Магеммы и Мифоры. Особой выносливостью она не отличалась была слишком грузна. Понимая, как смешна теперь, то и дело оборачивалась и, воинственно выкрикивая что-то, пыталась размахивать мечом. Залитое потом лицо было красным. Арей не бросал ее. Пусть Мифора и Магемма оторвутся подальше. Чем дальше они, тем больше шансов у Пельки. Во всяком случае, их не прикончат всех сразу.

—      Разве… у вас... у стражей… нельзя вызвать на честный бой?. Один на один? — пропыхтела она, когда они в очередной раз, отдыхая, залегли за камнями.

—      Страж вызывает на бой только стража… Тебя же убьют и так. Разве что эйдос не получится забрать, если на него нет залоговых документов, — заметилтАрей.

—      И это не будет нарушением… уф… какого-нибудь вашего кодекса?

—      Ты где-нибудь здесь видишь кодекс? — оглядывая камни, насмешливо спросил барон мрака. — Лично я нет.

—      И тебя тоже убьют? — спросила Штосс.

—      Попытаются. Им выгодно будет притвориться, что меня не узнали. И мой дарх, скорее всего, ‹‹потеряется» по пути. До Лигула точно не доберется, хотя на него мне плевать. Наследников у меня все равно нет, — мрачно отозвался мечник.

Штосс начала было что-то отвечать, но вдруг коротко вскрикнула и, с яростью вскочив, несколько раз хлестнула мечом по воздуху. Арей успел еще увидеть мелькнувший наконечник копья, два раза слепо ткнувшийся в камень рядом со Штосс.

—      Ты видел?! — прохрипела великанша. — Видел? Тут кто-то был!

—      Это я понял. Ты его зацепила? — спросил Арей.

—      Кажется, нет.

—      И тебя не зацепили?

—      Нет.

—      Странно. Тогда дело не в плаще невидимке. Кто-то из охотников имеет дар сглатывать пространства. При этом нас он, разумеется, не видит. Пытается нашарить издали. Поэтому мы пока и целы... Вот смотри!

Арей высунулся из-за камня — и тотчас возникшее неизвестно откуда копье рассекло воздух у его уха. Барон мрака поспешно нырнул за скалу. Переполз. Сделано это было вовремя, потому что копье уже ударило туда, где он только что находился. И хорошо ударило, даже камень раздробило. Тог, кто наносил удар, умел обращаться с оружием.

Оставаясь на земле, барон мрака ухитрился закинуть клинок в ножны и быстро пополз на животе, слыша, как позади шуршат камни. Это Штосс ползла за ним.

—      Я что, похожа на змею? Может, все же вспомним, что у нас есть ноги? — предложила она.

—      Не выйдет, — сказал мечник. — Он видит нас, когда мы высовываемся. И сближаться явно не собирается.

—      Но он же потом скажет, что… убил… нас… в честном бою, — пропыхтела Штосс.

—      Историю пишут победители. Таковы правила игры! Ползи!

А потом впереди вдруг выросла скала, напоминавшая повернутую в их сторон' подкову. Обползти ее, не потеряв времени, было нереально. Разве что попытаться подняться под прикрытием небольшого внешнего зубца.

—      Давай ты первый! Я посмотрю, за что ты цепляешься! — крикнула Штосс.