Самый лучший враг - Емец Дмитрий Александрович - Страница 49

—      Я вас ненавижу! — прохрипел Варсус.

—      Да? — спросил Лигул с интересом. — Смелое признание!.. И, главное, шокирующее. А вот он, как ты думаешь, сильно меня любит?

И глава канцелярии больно ткнул кулаком в грудь ближайшего охранника. Тот, не моргая, продолжал неотрывно смотреть на Варсуса.

—      Нет, — вздохнул Лигуя. — Не станем обманываться: не сильно. Но он прекрасно знает, что нигде больше не получит столько превосходных эйдосов. И еще знает, что я так же жестоко караю, как и щедро награждаю. Поэтому если я сейчас прикажу ему содрать с тебя кожу, он это сделает, даже и не любя меня…

Пастушок попытался привстать. Ему это удалось, по ноги держали плоха

—      Стул! — велел Лигул, и под Варсусом сразу оказался стул.

—      Прости, что пришлось тебя заманить. Другого выхода, как ты понимаешь не было. По своей воле ты бы не пришел.. Может быть воды? Ты какой-то зеленый. Мы, кажется, переборщили.

В руке у одного из охранников возник граненый стакан с минералкой.

«Отлично! Будет чем швырнуть», — подумал Варсус.

—      Стаканчик лучше бы пластиковый! — озабоченно поправил глава канцелярии, и стакан мгновенно поменяли. — А теперь поговорим о делах!.. Нам, как говорил кто-то из моих покойных секретарей, следует определить формат наших отношений!

—      Не стану я с вами ни о чем договариваться! — крикнул Варсус.

—      Пожалуйста, не перебивай, или тебе заморозят губы. И прыгать в окно не надо. И пытаться связаться со златокрылыми двойками тоже. Как ты догадываешься, для меня визит в Москву связан с определенным риском. Мы, конечно, предприняли дополнительные меры предосторожности, но все равно надолго я задерживаться не собираюсь. Ты готов слушать?

Варсус отрицательно дернул головой. Он уже высмотрел, что его рапира у того стража, что стоит ближе к окну. А вот у кого дудочка, он пока не определил. Лигул усмехнулся, глядя на него с такой проницательностью, словно мысли пастушка алыми буквами вспыхивали у того на лбу.

—      Быстрый, хотя и отрицательный, ответ свиде-ельствует о том, что ты меня все же слушаешь. И, видимо, внимательно, — сказал горбун. — Поэтому начну... Первое: твой статус. Кто ты теперь? Ты больше не страж света, но еще не вполне и страж мрака, поскольку твоя дудочка, которую тебе, кстати, вернут, тебя еще слушается… Что, крылья уже не держатся на шнурке? Ай-ай! Ну ничего, это бывает. Не ты первый, не ты последний. Знаешь, некоторые и в руке зажать их не могул до кости прожигает. А ты держишь. А вот если бы шнурок не перерезали, то еще бы на сотню лет хватило.

Варсуса бросило в краску.

—      Убью Мефодия! — прошептал он.

Лигул поощрительно осклабился.

—      Мысль хорошая. Инициатива, так сказать, с места. Глас простых трудящихся! — сдобрил он. — Если примешь мой совет, крылья рекомендую повесить на медную цепочку, вымоченную в крови единорога! Такую цепочку не порвет!

—      Я смогу летать? — тихо спросил Варсус.

—      Да, — сказал Лигул. — Вполне. Арей — тот летал дольше всех нас. Правда, летать ты будешь с каждым днем все хуже и рано или поздно крылья все равно отпадут. Но не сразу… Пока же позволь представить тебе Азгуда!

Прежде чем пастушок успел ответить, что никакого Азгуда ему представлять не нужно, в шаге от него воздух заискрил, точно кто-то потянул сверху вниз огненную молнию. Из складок пространства вышагнул невысокий страж в плаще со съеденными огнем краями. Лицо его было изуродовано драконьим пламенем.

—      Приветствую! — сказал Азгуд глухо и, чуть дрогнув тяжелой головой, поклонился Варсусу.

—      Отныне Азгуд твой непосредственный начальник... Тшш! Пожалуйста, без комментариев! Помни про заморозку губ! — сказал Лигул.

Пастушок не забывал об этом, поэтому промолчал. Слушать своего «начальника›› он, разумеется, не собирался, зато очень интересовался его оружием, прикидывая, нельзя ли одолжить у него меч или хотя бы кинжал, чтобы потом забыть их в Лигуле.

—      Ай-ай! — с укором произнес глава канцелярии. — Опять эти фантазии! Ты хоть мысли-то прячь!.. Азгуд, тебе слово!

Опаленный страж улыбнулся. Улыбка у него была властной, но приятной.

—      Я представляю некоторую организацию в составе мрака, — сказал он. — Не так давно один светлый страж, без приглашения посетив Тартар, убил одного из членов этой организации и отобрал у него дарх. Рад ныне видеть этот дарх в полной сохранности и даже, вероятно, пополненным новыми эйдосами!

Варсуса бросило в краску. Он схватился рукой за свой дарх, заталкивая его поглубже под свитер.

—      Погибший страж верой и правдой служил нам много лет, — делая вид, что ничего не заметил, продолжал Азгуд. — Мне искренне жаль, что мы лишились его, однако его смерть освободила в рядах нашей организации место. Я даже думаю.. .хм… что можно совмещать со службой в Черной Дюжине. Мы… хм… рассмотрим этот вопрос.

—      Я отказываюсь! — заявил Варсус

Азгуд отнесся к отказу спокойно.

—      Отказ, как известно, одна из форм торговли. Давать согласие сразу не обязательно, — заметил он.

—      Значит, охотники за глазами? Организация-то? — ехидно спросил Варсус.

Азгуд покосился на Лигула. Тот чуть поморщился, но кивнул, разрешая Азгуду говорить.

—      Да, — сказал тот. — Охотники за глазами. Я понимаю, на что ты намекаешь. У мрака с охотниками традиционно непростые отношения. Ну как, скажем, у правительства любого государства с его же спецслужбами. Государство постоянно прибегает к помощи спецслужб, решая с их помощью разного рода вопросы, но одновременно вечно подозревает их в том, что спецслужбы что-то утаивают. В то же время, если бы спецслужбы ничего не утаивали, их бы все равно в этом подозревали, поэтому лучше действительно что то утаивать. Эго создаст, так сказать, простор для маневра.

Лигул усмехнулся.

—      Так, значит, все-таки утаиваем? — спросил он весело и одновременно словно бы с намеком.

—      Чуть-чуть! Вот столько вот! — торопливо ответил Азгуд, пальчиками показывая размеры этого ‹‹чуть- чуть››.

Лигул укоризненно зацокал языком.

—      Когда-то мы не ладили с охотниками за глазами! — сказал он. — Кводнон — тот вообще ссылал охотников в Нижний Тартар, лишая их дархов, а порой и жизни. Однако после смерти Кводнона мне пришло в голову, что поскольку имеется… э-э…некий источник первозданных сил, то всегда будут и желающие до него добраться. И будут добираться, хоть ты утыкай весь Тартар виселицами. А раз так, то пусть все осуществляется централизованно и при некотором моем участии. Приятно, знаешь ли, иногда получить в подарок драконий глаз.

—      Это поэтому вы читаете мои мысли? — спросил Варсус.

Лигул уклончиво дернул щечкой:

—      Ну, скажем так… подзеркаливать умеют даже элементарные маги. Дело настолько нехитрое, что многие научились защищаться. Двойная защита, тройная, всякие прилипчивые песенки. Однако от меня теперь не скроешь вообще ничего. Я вижу не только то, о чем ты думаешь сейчас, но даже и то, о чем ты предпочитаешь не вспоминать.

«Бред!.. Это он про Дафну, что ли?» — подумал Варсус, блокируя эту мысль на всю глубину своих возможностей, но уже понимая, что прокололся, поддавшись на уловку Лигула.

Глазки горбуна были ласковыми, вкрадчивыми. Казалось, его взгляд просачивается внутрь Варсуса, как щупальца медузы. Закрытые веки ему не помеха. Даже отвернуться нельзя: все равно не поможет. Его не изгнать, не смыть. Повсюду эти умные, вкрадчивые глазки, безошибочно подмечающие все темные движения его души.

—      Желаешь убедиться? — мягко предложил Лигул. — Изволь. Как-то солнечным эдемским днем один молодой страж гулял по буковой чаще, наслаждаясь игрой света на листве. Неожиданно он увидел на тропинке флейту. Она показалась молодому стражу очень знакомой… Кто же потерял ее? Не девушка ли? Девушки — они вечно все теряют.

—      Нет! — торопливо выкрикнул Варсус.

Глава канцелярии осклабился.