Поверить в чудо-3 (СИ) - Сарафанова Елена Львовна - Страница 62

- Добро пожаловать в наш клуб, - улыбнулась Ольга, - компаньон.

- А я? - вдруг жалостливо спросил Макс.

- А ты - наш будущий начальник охраны, так что ищи себе подчинённых, двоих минимум.

- Понял, - заулыбался тот, - спасибо.

- Фу, - откинулась на спинку стула Ольга. - С ума сойти, сколько предстоит сделать.

- Ничего, я верю, у нас получится, - успокоил её Василий.

- На этом заканчиваем, предлагаю разойтись по домам и хорошо подумать обо всём здесь сказанном. Записывайте свои идеи и предложения и в следующий раз соберёмся уже расширенным составом, вместе с Цецилией Карловной и Димой. Сокора, как юрист, поможет оформить все бумаги и составить Устав нашего Центра, чтобы все формальности были соблюдены. Кстати, он тоже желает быть поблизости и, думаю, это помещение, - девушка повела вокруг себя рукой, - ему прекрасно подойдёт.

Сказать, что Филипп был шокирован новостями друга - это ничего не сказать.

- Подожди, - он потёр ладонями лицо, - дай осознать. Ты уходишь от меня к Ольге?

- Да.

- Почему?

- Во-первых, меня избрали высшие, так что отказаться я не могу по умолчанию. Во-вторых, благодаря этому, мы сможем воплотить наши идеи по лечению "чёрных". В-третьих, теперь Ольга будет под присмотром и плотной защитой. И суммируя всё вышеперечисленное, эти перемены выведут и тебя, и весь наш род на высшую ступень иерархии "чёрных" Киева.

- Если мы решимся рассказать нашим всё об Ольге, - заметил друг, - а я до сих пор сомневаюсь. Думаю, мы не имеем права портить жизнь Целительнице, тем более, она сама активно сопротивляется любой публичности.

- Значит, примем огонь на себя, - пожал плечами Василий. - Хотя рано или поздно у нас попросят объяснений.

- Вот тогда и дадим, - кивнул Тищенко, - так что тянем время сколько можем.

- Согласен.

Мужчины помолчали, а затем Филипп осторожно поинтересовался:

- А ты как вообще? Не жаль, что придётся полностью менять свою жизнь?

- Знаешь, нет, - решительно ответил Василий. - Я после выздоровления стал тяготиться своими обязанностями, почему-то всё стало скучно и даже тоскливо, ничего не радовало, но успокаивал себя, что просто отвык от работы и скоро вновь всё наладится. И лишь во время разговора с Ольгой вдруг понял - не наладится. Я хочу перемен, хочу другую работу и другую жизнь. Я и впредь буду помогать тебе, Фил, просто дай мне немного времени осознать, что происходит и тогда...

- Сколько угодно, друг, - перебил его Тищенко. - Думай и поступай, как считаешь нужным, это ведь твоя жизнь.

- Спасибо, что понимаешь.

- Ладно, проехали. Давай, лучше, решим, как организовать этот ваш Центр, чтобы всем было удобно, особенно Ольге.

- Правильно, о нашем тёмном ангеле нужно думать в первую очередь, - кивнул Василий. - Я ведь так и не решился расспросить её о той фотографии...

- Да, - Филипп бросил взгляд на стол, где в серебряной рамке красовался портрет крылатой девушки, - может это и к лучшему. Ольга знает, что мы в курсе и рассчитывает на нашу деликатность.

Они вновь оба замолкли, а затем Василий сказал.

- Теперь всё изменится, вся моя жизнь, но я рад. Возможно ты не заметил, но после выздоровления мой авторитет среди "чёрных" так и не восстановился. Многие до сих пор считают меня слабаком, стариком и готовы списать в утиль.

- Они очень ошибаются, - угрожающе прошипел Тищенко.

- Открыв совместно с Ольгой Центр лечебного массажа, я смогу вновь восстановить свое реноме.

- Лечить "чёрных", возвращать здоровье там, где уже не было надежды, снимать проклятия и порчу - да у вас очередь выстроится со всей Украины! - воскликнул Филипп. - Поверь, больше никто и не вспомнит о твоей болезни. Наоборот, будут только ставить в пример и восхищаться.

- Ну да, - иронично заметил Василий, - особенно, когда речь идёт о здоровье ребёнка или родных, тут уж не до язвительности и злости.

- Вот именно.

- Хоть это и противно, но помогать я буду любому, кого мы проверим и допустим на лечение, неважно, враг он мне или завистник. И ещё, я обещал Ольге (в том числе и от твоего имени), что мы не будем применять "черноту" и другие наши "таланты" на пациентах, а также на всех, кто связан с Центром - имеется ввиду городские службы и администрация Киева.

- Честная жизнь с нового листа? - поднял бровь Тищенко.

- Думаешь, не получится?

- А почему нет? В конце концов, все люди болеют. Захотят чиновники вернуть себе здоровье или привести в порядок позвоночник - добро пожаловать. Поверь - это будет лучше всяких взяток и блатных знакомств.

Разговор "чёрных" закончился далеко за полночь.

Глава 30.

"День дурака" - 1 апреля - Ольга встретила на ночном дежурстве. И большую часть ночи провела с ручкой и блокнотом, записывая идеи для своего будущего Центра. Благо, больница в эти сутки не была дежурной по городу и новых пациентов не поступало, так что, сидя за сестринским столом, девушка исписывала бумагу своими идеями, а затем перечёркивала и вновь писала, часто вскакивая из-за стола, чтобы прошагать длинный коридор из конца в конец, а потом вновь садилась за стол. "Сейчас голова лопнет", - прошипела в тишине Ольга и отправилась в ванную умыться, а там взглянула на себя в зеркало и удивилась. "Заросла я совсем - чёлка висит до уха, волосы паклей, да и коса задёрганная, словно хвост у бродячей собаки. Нет, так не годится". Она тщательно причесалась, надела свежую сестринскую шапочку и дала себе обещание обязательно на неделе сходить в парикмахерскую. "А то скоро времени совсем не будет. Кстати, сегодня отчим приезжает и мы ужинаем у Валерия Петровича, так что нужно не забыть прикупить тортик к чаю".

- Тебя с собой не беру, там будут только медицинские разговоры, - предупредила накануне Диму девушка.

- Я понимаю и не рвусь повсюду за тобой, - улыбнулся Сокора, - только интересует вопрос - ночую я где?

- Здесь, - удивилась Ольга, - а что?

- Может, мне лучше уехать домой, чтобы не смущать будущего тестя?

- Ты из какого века явился? - иронично поинтересовалась любимая. - Вроде современный мужик, на мотоцикле гоняешь, байкер-рокер, а политесы разводишь, словно викторианская барышня.

- О твоей репутации забочусь, между прочим, - засмеялся Дым.

- Не нужно. Мы все взрослые люди. Разберёмся.

- Понял.

О чём беседовать с Валерием Петровичем Ольга и её отчим оговорили заранее, но решили отложить важные новости "на десерт", так как вначале им хотелось просто пообщаться с приятными людьми на различные темы. Хозяйка принимала их в гостиной, накрыв сытный, чисто украинский стол.

- Специально для тебя старалась, Оля, - заметил заведующий.

- Ты слишком тоненькая, откуда и силы берутся, - виновато улыбнулась Анна. - Вот я и решила тебя подкормить, попробуешь эти пирожки? И вареники бери, они с вишней, летом на даче ягоды морозила.

- Очень вкусно, спасибо, - девушка от души наелась, запила вкусности крепким чаем и выползла из-за стола. - Счас упаду, - пообещала и рухнула на диван, расстёгивая пуговицу на джинсах. - Хорошо то как!

- Анна, свою задачу ты выполнила на пять, - похвалил её Васильевич. - А теперь поговорим о том, ради чего, собственно, мы пришли.

- Сейчас-сейчас, - заторопилась хозяйка, - только со стола уберу. Ольга лежи, я сама.

Серьёзный разговор начался, когда на стол была выложена увесистая пачка долларов.

- Значит так, - грозно вступил Васильевич (отчим, когда нужно, умел быть убедительным), - ты, Валера, прекращай рефлексировать и смущать мою дочь, отказываясь от своей доли заработанного. Я, как личный бухгалтер Ольги, - тут он хмыкнул, - ага, травматолог-бухгалтер... так вот, я веду тщательный анализ средств, которые поступают вам за лечение состоятельных больных. Платят они добровольно и ещё от всего сердца благодарят за то, что спасли их от смерти или увечий. А ты, гордо отказываясь от своей доли, сводишь всю работу Ольги на нет и заставляешь девочку считать себя беспринципной добытчицей.