Поверить в чудо-3 (СИ) - Сарафанова Елена Львовна - Страница 38

- Вот и я думаю, где же отец Михаил встретил этого "благодетеля"?

- А что он говорит?

- Когда завтра придёт проверять здоровье ко мне на приём, тогда и расспрошу.

- Да ты что! Монах ...к нам? А как же я?

- Это будет в девять часов вечера. И ты, и Сели к тому времени отправитесь по домам.

- Хорошо. Но ты потом...

- Всё расскажу, обещаю.

Они помолчали, а затем Макс полез в сумку, достал лист бумаги, ручку и начал рисовать схему.

- Смотри, первым попал под удар Феликс. Но откат был слабым...

- Потому что я аккуратно распутала "черноту", - вставила Ольга.

- Затем ты лечила Васю, просто уничтожая сгустки порвавшейся ауры. Там тоже должен был быть откат. И если это тот же человек...

- Тот же, я уверена.

- ...значит, он мог после этого попасть в больницу.

- Конечно. Получается, если проклятье на монаха подвесила та же рука, то "чёрному" стало вновь плохо уже на больничной койке.

- А значит нужно спросить у отца Михаила не посещал ли он в праздники какую-нибудь больницу, ведь это принято у святых отцов на Рождество или Крещение разносить подарки страждущим? - уточнил Макс.

- Ага, пришёл, благословил...

- И получил "ответку в благодарность", - хмыкнул охранник. Он растёр ладонью свою бритую голову и покрутил в руках схему. - Очень интересная комбинация получается.

- Думаю, за два-три дня мы уже поймём, что происходит.

- Надеюсь. Ладно, Оля, мне пора..., - он встал, поблагодарил за кофе и пошёл в прихожую одеваться. А перед уходом сказал. - Я, когда что-то узнаю, сразу же позвоню.

- В воскресенье на приём приходят Вася и Филипп, нужно будет с ними посоветоваться и обсудить возможные варианты.

- Обязательно. Всё, я пошёл, береги себя.

Глава 16.

Приём в массажном кабинете закончился в восемь вечера. Ольга, выпроводив Сели и Макса за порог, организовала себе чай с бутербродами, плотно перекусила и уселась в мягкое кресло отдохнуть после напряжённого трудового дня. Кресло это появилось недавно стараниями Дмитрия Сокоры, который аргументировал свой подарок тем, что его девушка должна полноценно отдыхать.

- Очень правильно, молодой человек, - энергично закивала головой Цецилия Карловна. - Наша Оля весь день на ногах, а если ей удаётся присесть, то лишь на жёсткий стул. Это ведь никакого расслабления!

- Я в этом монстре сразу же усну, - воскликнула Ольга, рассматривая большое мягкое кресло тёмно-синего цвета.

- Спи на здоровье, - улыбнулся Сокора.

- А придёт новый клиент - мы тебя разбудим, - вклинился Макс.

- Тогда заносите это чудо в кабинет, там как раз место есть в углу, - вздохнула Ольга. - Буду теперь отдыхать... и сказала б "в часы досуга", но подобного здесь не бывает, пока.

- Благодарные клиенты делают нашей Ольге такую рекламу, - похвасталась Сели, - что у меня уже расписан весь март и половина апреля.

С тех пор, оставаясь наедине, девушка, сбросив обувь, заворачивалась в плед и забиралась с ногами в кресло, чтобы расслабиться и отдохнуть. Она даже несколько раз в нём дремала, когда кто-то из больных внезапно отменял свой визит. Теперь же, имея в своём распоряжении целый час, Ольга решила подумать о том, что произошло с ней в монастыре, потому что дальше откладывать случившееся было просто глупо.

"Почему я не хочу об этом думать? Боюсь? Опасаюсь чего-то? Не знаю. Уверена, что со мной говорили. И это был женский голос. Почему я его слышала - понятно, чтобы спасти отца Михаила. Иначе что...? Я могла допустить ошибку? ...Да, я могла сделать всё неправильно и мы оба со святым отцом - а сейчас я это осознаю - могли погибнуть. Именно поэтому мне помогли".

Девушка поёжилась и поплотнее укуталась пледом.

"Не зря мама остерегала меня от излишней самоуверенности, а я ей не поверила". Ольга припомнила, как Зоя досадливо упрекала её быть осторожнее:

- Не морщись, я не посягаю ни на твои знания, ни на умение, а просто делюсь опытом, - говорила она. - Сейчас, когда ты входишь в полную силу, нужно быть очень аккуратной и просчитывать все свои шаги. Я помню, какой сама была в тридцать лет - самоуверенной и всезнающей.

- Мне только 28, - вставила обиженно Ольга.

- Не цепляйся к словам, ты же понимаешь о чём я. Конечно, дочь, у тебя огромный опыт, ты практически не совершаешь ошибок...

- Профессиональных - нет.

- Но однажды это случится, если не научишься думать и анализировать. Поэтому - не спеши с диагнозами и лечением. Люди часто похожи, как и их болячки, но всегда встречаются случаи, когда оказывается, что всё намного сложнее, чем ты думаешь.

- Почему ты говоришь об этом?

- Ты слишком гордая, ошибка тебя может сломать, а я этого не хочу.

- Мама...

- Что, мама? Думаешь, раз ты особенная, то уже стала безгрешной и святой?

- Я точно не святая, - фыркнула девушка.

- Пойми, ошибаются все, ведь именно на ошибках мы учимся. А ты слишком самоуверенная. И то, что у тебя с детства чутьё на людей, не всегда может помочь.

"Мама была права. Я самоуверенно взялась спасать отца Михаила и чуть не угробила нас обоих. И даже, если б я выжила, то никогда себе потом не простила смерти хорошего человека. ...Но мне помогли так вовремя и так великодушно. Кто? Назову это высшими силами. Спасибо вам огромное!" Ольга истово прошептала благодарственную молитву и затихла.

"И что теперь делать? Не бороться с "чернотой"? А если от этого будет зависеть жизнь человека? ...И в случае моей победы опять нарушится равновесие сил, хотя в таком огромном городе, как Киев, это вряд ли будет заметно. ...Мне нужен совет, что делать и, главное, как? Взять отпуск и уехать "стажироваться" к бабушкам в Стусов? Уж они-то знают, как бороться с "чернотой", да и грех, чтобы умение и опыт многих поколений нашего рода ушёл вместе с ними в небытие. А ещё мне ни в коем случае нельзя принимать участие в физическом уничтожении зла, иначе пострадаю и я, и мои близкие. Хватит, Виктор расплатился своей жизнью за смерть старика Звенигоры и эту науку я запомнила до конца своих дней".

Ольга открыла глаза и потянулась к телефону. Быстро пролистав страницы заметок, нашла номер, который дал ей в Вильнюсе отец Петрас и решительно нажала вызов.

- Слушаю, - отозвался низкий мужской голос.

- Отец Владимир, ваш телефон дал мне отец Петрас из Вильнюса. Меня зовут Ольга.

В ответ - долгое молчание, а потом:

- А-а, Ольга? Вспоминаю, да. Был такой разговор осенью. Долго же вы собирались, чтобы мне позвонить.

- Не хотелось зря беспокоить, так как я вполне справлялась со своими проблемами, но сейчас...

- Не справляетесь?

- Почему же, вполне, но мне нужен совет. Я могу с вами встретиться?

- Сейчас я занят, но на следующей неделе могу уделить вам время, правда, немного. Договоритесь с моим помощником, - отец Владимир продиктовал номер телефона и попрощался.

- Всё, - выдохнула Ольга, - теперь только вперёд.

Она спрыгнула с кресла, быстро привела в порядок кабинет и приёмную, а через десять минут уже встречала гостей - важное монастырское братство.

Они вошли в кабинет друг за другом, все - в тёмном облачении и высоких монашеских шапках, бородатые и улыбчивые. Вежливо поздоровались и вдруг замолчали, переглядываясь, а Ольге почему-то показалось, что им неловко оттого, что пришлось общаться с сопливой девчонкой. Но первые же слова отца Афанасия объяснили заминку монахов.

- Ольга, почему ты не светишься? Что-то случилось?

- Вы о моей ауре? - она понимающе улыбнулась. - Нет, всё в порядке. Это я маскируюсь. - И девушка стянула с рук браслеты.

- О-о! - воскликнул игумен.

- Но как...? - удивился отец Михаил.