Кто убил? (ЛП) - Флетчер Джозеф Смит - Страница 30

— Отлично, — воскликнул Крофт. — Но слышали ли вы когда-нибудь, сударыня, о том, что такое алиби. И я совершенно убежден, что тот человек, которого мы оба имеем в виду, может представить самое бесспорное алиби... Нет, я не хочу касаться этого вопроса, пока не буду иметь в руках достаточно для этого данных. А данные эти должны помешать ему сослаться на такое алиби и должны окончательно установить его присутствие в городе в эту ночь. Я надеюсь, что вы меня поняли.

— Не совсем, — созналась леди Кардейн.

Крофт снова сел. Он давно уже понял, что леди Кардейн очень умная женщина и не обладает недостатком, свойственным всем женщинам, а именно излишней болтливостью. Поэтому он решил быть с ней откровенным. И он рассказал ей вкратце содержание анонимного письма.

— Предположите, сударыня, — сказал он в заключение, — что вы принадлежите к числу присяжных. Ведь не может же обвинение быть основанным только на анонимном письме. А представьте себе, что Беннивелль приведет человека, которого видели с ним в тот вечер и свою экономку и что оба они подтвердят под присягой, что Беннивелль просидел весь вечер у себя дома около камина. Как бы вы в таком случае поступили на месте присяжных?

— Господин Крофт, — ответила леди Кардейн, — из всего того, что вы мне рассказали, я вывела бы только одно заключение...

— А именно? — с любопытством спросил Крофт.

— Что Беннивелль, этот господин и экономка — сообщники!

Крофт, как ужаленный, подскочил на стуле.

— О! — воскликнул он, — как это я сам не догадался и не подумал об этом. Сообщники! Как верно и метко вы рассудили... Мне же это совершенно не приходило в голову...

Леди Кардейн бросила на него немного иронический взгляд.

— Вы об этом никогда не думали, господин Крофт? — сказала она, лукаво улыбаясь. — Так вот, подумайте теперь!

Крофт ушел от леди Кардейн совершенно озадаченный. Чем больше он раздумывал над этим делом, тем более приходил к убеждению, что для успеха в этом деле нужно, прежде всего, разыскать автора анонимного письма, и затем нужно предпринять шаги для выяснения состояния финансовых дел Сельчестерского Общества.

Это навело Крофта на мысль повидать директора-распорядителя того банка, где Беннивелль держал не только свои личные деньги, но и средства Строительного Общества. Это было очень щекотливое поручение. Ведь нужно было рассказать директору-распорядителю все обстоятельства дела. Крофт долго на это не решался.

Однако директор оказался загадочным человеком, наподобие сфинкса, и на лице его ровно ничего не выразилось после того, как он выслушал рассказ Крофта.

— Я совершенно откровенно рассказал вам все, — вымолвил в заключении Крофт. — Не можете ли вы чем-нибудь помочь мне.

Лицо директора несколько смягчилось.

— Постлетуайт был моим большим  другом, — ответил он, — он был убит жестоким и бесчеловечным образом. Я с радостью сделал бы все, что в моих силах,  чтобы обнаружить и достойным образом наказать преступника. Однако, что касается поставленного вами вопроса, я боюсь, что ничем не могу вам помочь и ничего не смогу вам рассказать.

— Вы говорите это, как директор банка? — спросил Крофт.

— И как директор банка, и как частное лицо, — был ответ. — Могу только сказать вам, что, насколько я знаю, Беннивелль — вполне честный человек и делал хорошие дела. Конечно, ему приходится орудовать с большими суммами денег. Что же касается его дел с сэром Джемсом, то могу вам только сказать, между нами, что деньги эти лежали нетронутыми и что Беннивелль ими ни разу не воспользовался. Первым чеком, данным ему сэром Джемсом, Беннивелль открыл новый счет, названный им счет «С». Счет этот постепенно увеличивался, пока не достиг в момент кончины сэра Джемса двадцати пяти тысяч фунтов. Несколько дней тому назад Беннивелль сказал мне, что в виду кончины сэра Джемса, повлекшей за собой разрушение какого-то имевшегося в виду плана, он намеревается вернуть все взятые для этой цели деньги. Это ведь говорит в его пользу, не правда ли? Что же касается его денежных дел, то я ничего не знаю подозрительного на этот счет. У него всегда был в нашем банке крупный счет. И я привык считать его одним из самых уважаемых и деловых граждан нашего города. Вот все, что могу вам сказать по этому поводу.

— А Сельчестерское Строительное Общество? — спросил Крофт.

— Относительно этого общества я ничего не знаю, кроме того, что оно здесь имеет счет и что счет этот в полном  порядке, — был ответ. — Конечно, это очень крупное дело. Но все, все в полном порядке.

— Вы хотите сказать, что насколько вы знаете, все в порядке? — переспросил Крофт.

— Я говорю о счете общества в нашем банке. И этот счет всегда был в полном порядке.

— Я думаю, что этот счет имеет лишь отношение к обычным платежам общества, — сказал Крофт. — Но мне хотелось бы узнать об имуществе общества. Знаете ли вы что-нибудь на этот счет?

— Нет, — ровно ничего, — ответил директор.

— Людвиг Бренсон утверждает, что все находится в руках Беннивелля, — сказал Крофт. — Не знаете ли вы, правда ли это?

— Вероятно, — ответил директор. — Но наверное я не знаю.

— Людвиг Бренсон утверждает также, — продолжал Крофт, — что другие директора уже в течение многих лет предоставляют Беннивеллю вести все дела. Так ли это?

— Вероятно, Людвиг Бренсон знает об этом больше, чем я, — ответил директор.

— Однако, — продолжал Крофт, — если у Беннивелля все было в руках и если он по-своему мог распоряжаться имуществом общества, он мог ведь поступать с ним, как ему заблагорассудится, не правда ли?

Директор в изумлении развел руками.

— Да, несомненно, если другие директора это допускали, — сказал он.

Крофт должен был удовлетвориться этими объяснениями. Однако, когда он уже уходил, директор попросил его вернуться и закрыть дверь кабинета, в котором они разговаривали.

— Ведь существует очень простой способ узнать то, что вы хотите, господин Крофт, — сказал он.

— Какой же? — живо спросил Крофт. — Расскажите мне.

— Повидайте кого-нибудь из директоров, — был ответ, — и попросите его поговорить с некоторыми другими директорами: нужно, чтобы они заставили Беннивелля дать полный отчет и предъявить все документы. Понимаете...

ГЛАВА XXII

ДИРЕКТОР

Крофт понял и стал размышлять над тем, кто из директоров мог бы успешно заняться этим делом. Он перебирал в уме всех директоров Строительного Общества и недоумевал, на которого же можно было больше всего положиться для достижения намеченного результата.

Однако он решил, прежде чем что-либо предпринять, повидаться с Фиппсом. Ему много нужно было рассказать Фиппсу, и на следующий день, когда главный констебль вернулся в город, они провели большую часть дня вместе в его конторе. Крофт рассказал ему все, что произошло за время его короткого отсутствия и показал ему анонимное письмо, подписанное: «Немо».

Фиппс дважды с большим вниманием прочел это письмо.

— Мне кажется, что это письмо ловко и умно написано, — сказал он, наконец. — Во всяком случае, мы будем считать, что автор говорит правду, — об этом свидетельствует его полное признание в похищении денег, а также присылка им обратно этих денег. Теперь предположим, что Беннивелль был тот полный человек, которого он видел выбегающим в страшно расстроенном состоянии из конторы Постлетуайта. Я думаю, что, несомненно, Беннивелль нашел Постлетуайта уже убитым.

— Вы думаете, что Беннивелль вошел в контору и нашел старика убитым и что это так его расстроило? — сказал Крофт.

— Именно, — ответил Фиппс. — Помните, ведь «Немо» рассказывает в своем письме, что спутник его спрашивал: «Как же это произошло»? а Беннивелль ответил: «Не знаю! не знаю!» Мне сдается, что Беннивелль по всей вероятности под влиянием записки, посланной ему через Стэнсби, изменил свое решение поехать на север, вернулся обратно, получил записку, принесенную Людвигом Бренсоном, и направился к Постлетуайту. Здесь он увидел старичка уже убитым: преступление было совершено после того, как Людвиг Бренсон ушел от Постлетуайта, и до того, как Беннивелль пришел к нему.