Церберы Ада или Как я ходил в иное измерение (СИ) - "Akira Honey" - Страница 9

Секрет, что скрывает тишина, открывается тем, кто может вглядеться в ту пробирающую пустоту, что она образует вокруг. Без привычного завывания ветра или хотя бы сердцебиение друга рядом, вселенная открывается с новой стороны, представая перед взором настоящим черным простором для творчества…

И вот тут фантазия подбрасывает куда более пугающие картинки, чем могла бы, услышишь хоть чье-то дыхание. Такие видения и призраки появляются в мыслях, рисуя их за поворотом в этой тиши, что не хочется двигаться.

Сердце дикой пташкой забилось в груди, когда резко все звуки отошли на задний план и вместо них, появилась зияющая дыра. Ни слова, ни звука, ничего. Будто кто долбанул по макушке, выбив из нее саму возможность хоть что-то слышать…

Немой рыбой открывая рот, Лекс попытался сказать мне что-то, но тут же прижал к губам ладонь, поняв, что этим он скорее еще сильнее меня испугает. Сука, опоздал!

- Надо идти вперед, - одними губами сказал нам обоим Андрей, хмурясь от неприятного состояния, что нас охватило. Парень потряс головой, словно выгоняя из нее беса, засунул в ухо указательный палец и… пошел вперед по коридору, приняв случившееся как факт.

Человек вообще странное создание. Лиши нас чего и мы через какое-то время свыкнемся с этим лишением, а иные и вовсе доведут свои возможности до границы возможного, дабы жить, как прежде. Так что стоило только нам всем привыкнуть к зудящей пустоте, как звуки вернулись, резким потоком нахлынув на сознание, так что я даже дернулся в сторону, от удивления, ободрав плечо о стену.

И тут кто-то закричал. Громко, проникновенно, будто вгрызаясь гласными в мозг, как когтями. Рожденный мечами звук гулким эхом прокатился по зданию, и оставшиеся в окнах стекла со звоном рассыпались на тысячу мелких осколков.

Мы, словно по велению волшебной палочки, зажали уши руками, но от этого вопля было сложно скрыться. Скачкообразная сила, как у синусоиды, вновь нарастала, ударяя по телу взрывной волной мощи горла неизвестного создания.

Я бы не желал с ним встретиться…

- На третьем этаже, - быстро проговорил Лекс, во время очередной передышки.

И почему игра никогда не кидает нас на место действия! Лишь поблизости…

Второй пролет показался мне адом. Страшные звуки смолкли, и на их смену пришло тихое, еле уловимое, завывание сирен. Они манили своим зачарованным голосом, проникающим в самое сердце и медленно распространяющим свой яд по телу.

На третьей мелодии я был уже согласен выброситься из ближайшего окна, лишь все это прекратилось!

Но, на счастье моего дальнейшего существования, мы, наконец, поднялись наверх. Я ожидал фанфар, безумия и прочего пугающего аккомпанеме́нта, но ничего особенного в увиденном мною не было: трое готов или просто больных на голову парня и одна девушка с белыми паклями, что спадали немытыми прядями на ее бледное лицо, стояли посреди небольшого помещения, создавая неправильный четырехугольник. На пыльном полу была начерчена какая-то руна, а не пентаграмма, и по кроям в трех местах стояли черные свечи, мягко распространяя свой золотистый свет вокруг.

Обычная встреча оккультистов, не более того…

Если бы не одно «но» - мы тут, а значит что-то будет.

- Эй, мальчики-девочки, расходимся, - с видом умного человека прошел вперед Андрей и… замер на месте, осознавая, что его никто здесь не слышит или не показывает, что слышит.

- Глухие что ли? – шикнул на парней блондин, попытавшись хлопнуть одного из них по плечу. Рука пролетела сквозь тело и, удивленный этим обстоятельством Андрей, чуть было не потерял равновесие.

- Мы же не зря предупреждали тебя, - усмехнулся Лекс, достав из-за пазухи свою любимую книженцию. – Никто кроме духов и демонов нас не видит. Телесно мы, скорее всего, сидим сейчас у меня дома и смотрим в экран телевизора, где разворачивается игра.

- Тогда как мы остановим их? – кивнул в сторону странной четверки Андрей, следя параллельно за тем, как один из юношей встал посредине начерченного рисунка и стал что-то говорить.

- А их – никак. Нам надо остановить тех, кто будет прорываться в наш мир, - ответил Алексий, раньше, чем я открыл рот, чтобы сказать тоже самое.

- Невеселая перспективка… - еле слышно пробормотал на это наш новый соратник.

…

Время тянулось неясным клубком событий, будто какой-то паук медленно прял свой высокий замысел, сводя с ума ожиданием. Ожидание и все его пересечения больно били по голове, так что в висках было слышно собственное сердцебиение. С каждым движением или словом четверки детишек в заброшенной психушке, мы все трое напрягались, становясь настоящей натянутой струной, готовой в любой момент порваться от любого источника извне.

Все началось неожиданно. В одно мгновение воздух вокруг переменился, став от холодно-вечерним раскалено-адским. Напряжение, которое повисло в атмосфере, давило на сознание, но не только это поражало… Линии, начерченные белым мелом на полу, засветились алым, будто кем-то подсвеченные, и по виду детей я понял, что лично они ничего подобного не видели и не чувствовали…

Запахло жареным. В буквальном смысле – прорвалась завеса двух миров, и в самом центре комнаты произошел небольшой взрыв, открывший некий портал, ведущий к нам сюда… В эту вселенную.

Я боялся даже взглянуть в его сторону, прижавшись всем телом к стене. Спина покрылась испариной, и не только из-за царившей вокруг жары, а руки почему-то наоборот заледенели от напряжения.

Почему-то завеса порвалась не в самой руне и даже не рядом, а где-то посередине. Но я не захотел находить этому логического обоснования, закрыв глаза и… сделал хуже. Потому что разбушевавшаяся фантазия вырисовывала самого дьявола, медленно вышагивающего из своих владений на свет.

- Ди, хватит стоять не у дел…

Вот жеж черт…

Я резко открыл глаза. И увидел, как Андрей пытается затащить обратно в адское пространство беса. Настоящего, черт возьми, едирить его налево, беса! Беса! С рогами и копытами, выдыхающего огонь изо рта и клацающего клыками у самой шеи парня.