Выродок из рода Ривас (СИ) - "Са Св Ск" - Страница 82

Да, и у Греты и у Франца произошла первая инициация. Теперь Грета могла похвастать резервом в восемь и девять десятых эона, а Франц — в шесть и четыре десятых. Что же касается меня, то последний на сегодняшний день выброс, увеличил мой резерв до семи целых, четырёх десятых эона.

Очередная моя сессия в Льеже начиналась первого августа и только сегодня, двадцать восьмого июля мастер-ремесленник Браувер согласился изготовить боевую палочку для Греты. Поэтому Грета едет со мной в Льеж.

Вечером этого трудного дня я сидел у себя в кабинете, заканчивая все задания, которые мне надо было сделать в этой кварте. Покончив с этим неожиданно быстро я потянулся, и решил не давать пропасть рабочему настрою. Значит надо бы посчитать одну идею. Сунувшись по ящикам, я вспомнил, что оставил тетрадь со своими записями по проекту в библиотеке.

Демоны, придётся возвращаться в библиотеку. А может послать туда слугу? Впрочем, в замке Тодт есть способ получше:

— Даниэль!

Хомяк появился передо мной тут же.

— Принеси, пожалуйста, мои записи об астральных проекциях. Это толстая тетрадь под чёрной обложкой без каких-либо картинок и украшательств. Она в библиотеке, на моём любимом столе. Печеньки тебе обеспечены.

Хомяк исчез, кажется, даже быстрее, чем я закончил говорить. Уже через минуту он вновь появился передо мною, держа в лапках мою тетрадь.

— Спасибо Даниэль. Держи, ты честно это заслужил. — Я протянул ему вазочку с миндальным печеньем, которое в замке любили только Тереза и Даниэль (как фамильяр Терезы он просто обязан любить те же блюда, что и она). Я всегда старался иметь его при себе как раз на подобный случай. Даниэль протянул мне тетрадь и… отрицательно покачал головой.

— Тебе не нравится выкуп?

Даниэль снова показал жестами «нет» и пододвинул тетрадь ко мне.

— Ты не хочешь выкупа от меня?

Даниэль закивал.

— А чего же ты хочешь?

Даниэль посмотрел на меня умоляюще. Вдруг, в моей голове начали формироваться какие-то неясные образы. Неужели я смог наладить двустороннее общение с чужим фамильяром? Это ведь означает, прежде всего, полное доверие со стороны хозяина фамильяра! Так, что у нас тут. Девочка, плачет, её утешают другие девочки, просьба…

— Понятно. Ты хочешь, чтобы Тереза вновь стала полноценным членом моей команды.

Хомяк энергично закивал.

Я призадумался. Действительно, хоть я и ни словом, ни жестом не напоминал Терезе про тот случай и во время обучения общался с ней ровно и дружелюбно, но не могу не признать, что действительно отдалился от неё. Даже все свои планы я обсуждал больше с Гретой и Ричардом. Аликс мне до сих пор была непонятна своим напором, Кристина сама держалась подчёркнуто… ниже, что ли. Она позиционировала себя как исполнителя, а не как соратника. Близняшки слишком уж засиделись в своём дворце и сейчас стараются прежде всего наверстать упущенное в плане общения с другими детьми. Ну а Генриха я ещё не видел «в деле». Не видел, как он себя поведёт при возникновении для меня реальной угрозы проигрыша. Останется ли он и в этом случае верен? Всё время, пока я размышлял, хомяк всё также смотрел на меня. Наконец, я принял решение. Не знаю, получится ли, я никогда не был приверженцем концепции «второго шанса», но я определённо попробую вновь сойтись с Терезой.

Как-то уловив моё решение до того, как я его озвучил, хомяк что-то пискнул, подпрыгнул и исчез.

Университет гудел, как растревоженный улей. По коридорам бегали озабоченные студиозы, часто можно было видеть группы студентов, собравшихся в кружок и что-то активно обсуждающих.

Мастер-ремесленник Браувер также выглядел взволнованным.

— Проходите, первородный (ого, обычно он титулование не применял). Произошло событие, непосредственно касающееся Вас.

Внутренне насторожившись, я присел на своё обычное место. Мастер Браувер хмурился и нервно разминал пальцы. После того, как я устроился, он произнёс:

— Сегодня стало известно, что ещё два первородных рода Европы лишились связи со своими манорами. — С этими словами он протянул мне газетный лист.

Я впился глазами в статью. Действительно, указывалось, что два рода признали, что потеряли право называться первородными. Один из Галлии, другой из Бритстана. На сегодняшний день, писалось далее в статье, во всей Европе осталось лишь сорок три источника чистых фогенов (глянь, и сюда эта теория уже проникла), из которых сорок два являются алтарными камнями первородных родов. Два на территории Белопайса, восемь — в Галлии, семь — в Тхиудаланде (включая Нуоррик), шесть — в Бритстане, пять — в Оногурии, четыре — в Элувайтии, три — в Спинии, два — в Латинии, два — в Дхенмарке, два — в Иверии, один — в Кельтии. Кроме того, на территории Эллады находится единственный в мире природный источник чистой нейтральной энергии (кстати, существование природного источника энергии, полностью подходящей человеку, не на шутку меня потрясло).

Да уж…известьице. Понятно, почему оно касается меня, но сказать, что оно убавило мне спокойствия — сильно преуменьшить. Мастер, тем временем, продолжал:

— И в связи с этим, у руководства университета города Льежа и у меня лично есть к Вам просьба — не закрывать портал в нашем городе. Я знаю, что Вы им не пользуетесь, но закрытие портала приведёт к резкому падению числа желающих здесь учиться.

— А при чём здесь я?

— Видите ли, первородный, часть энергии, продаваемой одарёнными, покупает государство по фиксированным ценам. И направляет эту энергию на свои нужды, в том числе на работу порталов. Если первородный высказывает пожелание по использованию части этой энергии, то к этим пожеланиям обязательно прислушиваются.

— Почему?

— Потому что ни в одном законе нет обязанности одарённых продавать энергию именно своего алтарного камня.

— То есть, раз вы не удовлетворили мою просьбу, я продам вам энергию какой-то там родовитой семьи, а свою продам другим людям и окажусь в хорошем наваре?

— Именно так.

Я задумался. Впрочем, мне такая просьба ничего не стоила, поскольку обязательная продажа вся шла за счёт той доли, которую продал ещё мой отец, так что я с этой энергии ни одного пфеннига всё равно не заработаю. А вот показать тем же лоялистам, что я знаю о том, что у меня есть зубы, лишним не будет. Меж тем мастер Браувер склонился к самому моему уху:

— Кстати, первородный, научная общественность была возмущена наглыми действиями королевского дома, одной рукой обещающего Вам поддержку, а другой — отбирающего у Вас вассалов в свою пользу.

— Что ж, мастер-ремесленник. Это достойно обсуждения.

Переговоры на эту тему я скинул на широкие плечи родовитого Этьена. Впрочем, он уже намекал, что хотел бы просить моего разрешения на поиск секретаря для меня, который и будет заниматься подобными «политическими» делами.

Моё же основное внимание в эту сессию было посвящено изготовлению помощников для Греты. Мы привезли из замка Тодт те самые липовые заготовки, которые мне дал мастер-ремесленник, уже привязанные к Грете. Привязка производится следующим образом.

Заготовка под палочку помещается в специальный артефакт, представляющий из себя коробку из лёгкого белого металла, покрытого вязью пиктограмм. Будущий владелец фокуса должен взять футляр в руки и пропускать через него магию до тех пор, пока пиктограммы не засветятся. Эту процедуру нужно проводить один раз в сутки на протяжении недели. После окончания привязки, на палочку можно наносить рунные цепочки.

Сама Грета немного переживала, что родители наотрез отказались заказывать ей личную палочку. Но я их, в принципе, понимал. Это действительно слишком большой риск.

Стандартную «общую» палочку делала сама Грета, но под моим руководством и с помощью мастера. Я наносил основу рунных цепочек, а Грета их вырезала. После того, как она заканчивала, мастер Браувер уже сам убирал какие-то, видимые только ему «шероховатости» и лакировал палочку. Лаком, смешанным с кровью Греты, оказывается, покрывается местонахождение самих рун. А после окончания всей работы, палочка полностью лакируется уже другим лаком. Но вот завершающую рунную цепочку он полностью, от начала и до конца, доверил мне.