Выродок из рода Ривас (СИ) - "Са Св Ск" - Страница 74

Всё, он получил от меня именно то, что хотел. Это было видно по его довольному лицу.

— Какие ЕЩЁ задания у Вас ко мне будут, первородный?

— У меня не сложились отношения с младшим отпрыском рода Дуйсбрг…

С торжествующей улыбкой де-Верхарн положил передо мной несколько скреплённых листов:

— Это краткая выжимка того, что мы смогли найти по роду Дуйсбург и по высокородному Ричарду Дуйсбургу конкретно. Также здесь и информация по роду Шварцвален.

— Благодарю Вас, прекрасная работа. — Нет, я нисколько не сомневался в том, что Фридрих, зная Нинбурга, подготовит мне информацию об этих господах… и дамах, но надо же и своему личному шпиону приятное сделать. — Кроме того, ко мне проявил несколько… избыточный интерес высокородный Фриц Кобленц.

— Ого! Простите мою эмоциональность, первородный, но вот как раз он действительно прочно связан с тайной полицией Тхиудаланда.

— Вот оно что… Это многое объясняет. Впрочем, это не настолько срочное задание. Главное не рискуйте понапрасну.

— Слушаюсь.

— Сколько Вам нужно денег?

— Даже так? Простите, первородный, я жестоко в Вас ошибался. Пожалуй, десять тысяч золотых сможет помочь наладить действительно качественную сеть в Белопайсе, западном Тхиудаланде и северо-восточной Галлии.

— Золото, бумаги? — Приятно видеть всё новые пределы изумления на этом лице.

— Пожалуй, всё-таки золото.

— Способ связи — блюдечко?

— Пожалуй, только если будет что-то действительно срочное. Бумаги можно передавать через моего внука — родовитого Поля Медоуз. Он по делам очень часто бывает в Льеже и даже в Льежском университете никто не удивится его появлению — он занимается поставкой различных материалов для его лабораторий.

— Вы отъезжаете послезавтра?

— Уже завтра, первородный. — Он с лёгкой улыбкой взглянул на часы.

— Хорошо. Тогда сегодня вечером Вы получите список вопросов, на которые я бы хотел получить от Вас ответы и деньги. Я сообщу Вам место и время встречи. Тогда же проведём ритуалы привязки блюдечек и принесения клятв.

— Очень разумно, первородный.

Я встал, вышел из-за стола и протянул руку. Пожатие благородного Фридриха было крепким и твёрдым.

Оставшись в одиночестве, я пошёл в свои комнаты, где принялся набрасывать на листе бумаги возможные направления деятельности новой разведслужбы. Вскоре мне пришлось взять второй листок, на котором я стал записывать свои мысли по поводу возни вокруг меня.

Мне всегда лучше думалось, когда основные тезисы изложены в письменном виде. Вот и в этот раз, только записав известную мне информацию о действиях политической элиты Белопайса, я сообразил, какова была подоплёка всех этих действий.

Мне действительно невероятно, сумасшедше повезло. Теперь я не сомневался в том, что дарование моему уже бывшему вассалу титула барона было сделано намеренно и с далеко идущими последствиями. Если бы я проглотил подобное, что эти интриганы из лоялистской партии всегда могли бы сказать, что поддержали меня в тот момент именно в обмен на моего вассала. Я оказался бы в дерьме, а у них были бы развязаны руки для дальнейшего приведения меня в их подчинение.

Дав им ответную оплеуху, я не только и даже не столько поставил на место род Борде, сколько выставил подлецами лоялистов, которые сначала пообещали помощь, а потом решили нарушить своё обещание. И неважно, что громче всех в мою защиту будут кричать пробритстанцы. Главное, что следующие действия лоялистов против меня будут значительно… оттянуты по времени.

Конечно же, вполне возможно, что данная операция имела и ещё не одно измерение, но, чтобы разгадать их, у меня было катастрофически мало информации.

Теперь о Кобленце. Вот что от бедного маленького меня потребовалось тайной полиции Тхиудаланда? Конечно же, предполагать можно всякое, но предполагать и знать — абсолютно разные вещи.

Да и сам Верхарн… Пусть даже он и не работает на Тхиудаланд, но это абсолютно не означает, что он не работает на Галлию, Оногурию или тот же Бритстан.

И ведь я наверняка ещё и половины тех интриг и планов, которые закручиваются вокруг меня, не знаю! Взять хотя бы твёрдую уверенность герцогини Люксембург в том, что её помощь окажется весьма полезной в Верховной палате Священной империи. Я и о существовании-то такой узнал только от неё, не говоря уже о том, чем она занимается!

А я? Вот все вокруг имеют на меня какие-то планы, а у меня какие планы на меня? Как просто было графу Ашениаси! Вот у него была чёткая цель — поставить энергию доступных ему планов себе на службу. И ведь, несмотря на молодость и определённую неопытность, у него уже что-то даже получалось! По крайней мере, далеко не каждому студенту предлагают публикацию его дипломной работы в «Вестнике» Университета! Да и жизнь у него была явно гораздо спокойнее. Всё-таки он не был главой одного из сорока четырёх первородных родов Европы.

А у меня? У маркиза Ипрского? какая цель у меня? Если сначала у меня была цель влиться в этот мир, то потом в какой-то момент я стал плыть по течению, совершенно бездумно не обращая внимания на обстановку вокруг меня. Следует вспомнить, что я нахожусь не в комфортабельной Гиперборейской Империи, где последний заговор против высшего руководства был уже так давно, что и старики не упомнят, а открытая война между родами — и того раньше. И если ты хочешь всю жизнь тихо и мирно заниматься наукой — то никто тебя и не тронет, да и другим не позволит тебя трогать.

Вздохнув, я вновь взялся за перо и бумагу. И вот что у меня получилось в итоге:

Во-первых, в отличие от графа Ашениаси, Серж Ривас просто обязан будет заниматься большой политикой.

Во-вторых, в отличие от графа Ашениаси, Сержу Ривас не нравится тот политический строй и та политическая ситуация, которая существует в его стране.

В-третьих, в отличие от графа Ашениаси, у Сержа Ривас гораздо больше козырей, с помощью которых он может влиять на политическую обстановку в стране, в Европе и в мире.

В-четвёртых, Европу, а возможно и весь мир в ближайшие годы или десятилетия ожидает большая война. Отсрочить её можно только снова открыв доступ на Грань.

В-пятых, Серж Ривас понимает, что дав человечеству счастье по принципу: «и пусть никто не уйдёт обиженным» он добьётся обратного эффекта — все будут недовольны.

В-шестых, на Земле уже появились люди и не только люди, которых я считаю своими. И меня волнуют лишь они, а не абстрактное человечество.

Вывод. Мне необходимо собрать свою команду, которая станет отдельной стороной в грядущей войне. Цель — победить, то есть стать силой, которую вынуждены будут учитывать все игроки во всех своих раскладах. Средство — преобладающая мощь за счёт как моих знаний графа Ашениаси, так и всего того, что может мне предложить Земля. Мир после победы… Я не знаю каким он будет. Знаю точно, что если этот мир после меня будет не деградировать, а развиваться в магическом плане, я сочту, что я победил, даже если моё имя будет проклинаемо всеми.

Ладно, довольно пафоса. Первоначальный список вопросов сформирован, деньги приготовлены. Необходимо ещё найти способ связаться с людьми герцогини, чтобы продублировать вопросы и им тоже. Кузьмич опять будет ворчать, что я расходую энергию алтарного камня почём зря. Но, против меня ведётся война. А для ведения войны, как говорится, нужны всего три вещи. Родовитый Люк предложил мне с утра поучаствовать в охоте на упырей, которые расплодились после войны. Проверка, очевидно, будет именно там.

В упырей превращаются, чаще всего, чужаки, то есть умершие и не сожжённые по обряду пришлые. Поэтому количество упырей после войн всегда резко возрастает. Питаются упыри кровью, но не брезгают и плотью жертв. Могут наедаться «в запас» при отсутствии пищи впадают в анабиоз. В таком состоянии их практически невозможно обнаружить никакими средствами. У сытого упыря достаточно сил для того, чтобы нападать и днём, голодный просыпается исключительно ночью и ждёт в засаде, не двигаясь, чтобы не тратить энергию понапрасну. За ночь упырь может также сменить то место, где у него дневная лёжка в надежде, что на новом месте ему больше повезёт с добычей. Если пищи нет очень долго, то упырь лишается телесной оболочки.