Давай рискнем? - Голд Кристи - Страница 16

Они расположились напротив друг друга в кабинке, которую только что освободила Анжелика, и Ханна скрестила руки на столе.

— Удивительно. Два потомка Джона Дугласа за один день.

— И как они тебе? — спросил Логан.

Ханна размышляла примерно минуту, потом произнесла:

— Ну, Дилан довольно милый. Анжелика тоже милая, хотя выглядела сердитой. Насколько я понимаю, речь идет о расколе в семье, о котором я читала в газетной статье?

Логан не имел права разглашать все грязные подробности.

— Отчасти. Но ты наверняка заметила, что она умная и здравомыслящая женщина. И еще она много времени занимается благотворительностью.

— А еще она очень красивая, — прибавила Ханна.

— Да, можно сказать и так.

— Ты с ней встречался? — спросила Ханна.

— Нет. Она на десять лет моложе меня и не в моем вкусе.

Ханна оперлась согнутым локтем о стол и подперла щеку ладонью:

— Каких женщин ты любишь?

— Остроумных, улыбчивых, зеленоглазых. И самое главное, с большим чувством юмора.

Ханна откинулась на стуле и театрально прижала руку к груди в области сердца:

— Должна признать, мистер Уиттакер, у вас высокие требования. И все-таки, удивительно, что сегодня я встретила столько своих родственников. Я злюсь, что моя мать так долго скрывала от меня жизненно важную информацию, не позволяя мне самой решить, общаться с ними или нет.

— Если бы ты подписала акт о неразглашении, то никогда бы с ними не встретилась. А раз ты решила его не подписывать, то должна ближе с ними познакомиться.

Ханна обдумывала его слова несколько секунд, потом снова заговорила:

— Я пока не готова принять решение. Подписание акта о неразглашении станет ценой, которую я заплачу, если приму наследство.

— Значит, ты примешь наследство?

Она покачала головой:

— Нет. Хотя это заманчиво, я не считаю, что имею право его требовать и подписывать акт о неразглашении. Мне гораздо проще принять решение теперь, когда я знаю, что деньги передадут на благотворительные цели.

Логан ей не поверил.

— У тебя еще есть время все как следует обдумать перед отъездом. — Он очень не хотел, чтобы она уезжала, но и просить ее остаться не имел права.

После обеда они поговорили о любимых фильмах и музыке, а потом разговор зашел о ребенке Ханны. Логан внимательно слушал, с каким восторгом Ханна рассказывает о дочери. Не проходило и дня, чтобы он не думал о собственной дочери, Грейси, и о том, каким бы она была сейчас в возрасте двенадцати лет. Была бы она непоседливой? Любила бы она лошадей, как ее отец? Об этом он никогда не узнает. Грейси ездила верхом на Люси всего один раз.

— Ты меня слушаешь, Логан? — спросила Ханна.

— Извини. Мне только что пришла в голову отличная идея.

— Какая?

Он встал, протянул руку и помог Ханне выйти из кабинки.

— Я предлагаю повеселиться.

— Ах, боже мой, что вы имеете в виду, мистер Уиттакер?

— Дорогая, нам предстоит очень долгая прогулка верхом.

Глава 7

Ханна совсем не предполагала, что Логан предложит ей прогулку верхом. Она рассчитывала понежиться с ним на атласных простынях в его спальне, которую до сих пор не видела. Она не ожидала, что будет сидеть на медлительной кобыле, которая станет то и дело останавливаться, чтобы пощипать траву, пока они двигались в сторону ручья.

— Ты довольно хорошо держишься в седле, хотя давно не ездила верхом, — сказал Логан.

Она бросила на него испепеляющий взгляд:

— Напоминай мне об этом следующие несколько дней, когда у меня будет болеть задница.

Он рассмеялся:

— В этом случае поможет ванна. Или массаж.

— У тебя есть на примете хороший массажист?

Логан нахмурился:

— Зачем тебе массажист, если у тебя есть я?

Ее настроение заметно улучшилось.

— Ты хорошо делаешь массаж?

— Так мне говорили.

Она не стала спрашивать, кто ему об этом говорил.

— Я это запомню на случай, если мне понадобятся твои услуги.

Он ей подмигнул:

— О, я обещаю, что ты не разочаруешься.

— Я ловлю тебя на слове.

Какое-то время они ехали молча. Потом Логан спешился и схватил кобылу, на которой сидела Ханна, за поводья. Кобыла остановилась и принялась щипать траву.

— Почему мы остановились? — спросила Ханна.

— Я хочу показать тебе еще одно особенное место.

— Отлично, — ответила Ханна. — Потому что я устала.

Логан отвел лошадей в загон и произнес:

— Мы можем снова покататься верхом в эти выходные на территории моего ближайшего соседа. Он разрешил мне использовать его земли в любое время.

Ханна упала духом, понимая, что ей придется уехать через три дня.

— Я планирую вернуться домой в субботу, — вздохнула она.

Логан сжал ее руку, и Ханна ответила нежным рукопожатием.

— Ты можешь остаться до воскресенья, — сказал он.

Она действительно может остаться. Кэсси все равно, если ее мать будет отсутствовать еще один день. Она даже расстроится, когда Ханна приедет за ней, ведь тогда ей придется вернуться к обычной жизни.

— Поживем — увидим, — ответила Ханна.

Логан повел ее вниз по склону и остановился под трехгранным тополем недалеко от узкого ручья. Он отпустил ее руку и расстелил на земле одеяло.

— Я прихожу сюда поразмышлять, — сказал он.

Ханна смотрела вокруг, удивляясь абсолютной тишине.

— По-моему, подходящее место для того, чтобы очистить голову от ненужных мыслей, — ответила она.

— Помимо прочего.

Повернувшись, она увидела, что Логан уже уселся на одеяло, снял ботинки и оставил ей место рядом с собой.

— Разуйся и сбрось груз забот, — предложил он.

Ханне хотелось не только разуться, но и раздеться. Ой-ой, она ведет себя как очень плохая девочка, не способная контролировать свои чувства.

Сняв кроссовки, она опустилась на колени рядом с Логаном, ощущая, как от волнения засосало под ложечкой.

— Мы будем размышлять?

Глаза Логана потемнели.

— Тебе решать.

Логан обнял Ханну и улегся на одеяло, а она положила голову ему на грудь. Она слышала биение его сердца. Он ритмично и успокаивающе гладил ее по плечу.

Подняв голову, она увидела, что он пристально смотрит на ветви тополя.

— О чем ты задумался?

Он быстро улыбнулся, потом снова стал угрюмым.

— Я думаю о том, что жизнь может измениться в один миг.

Ханна кивнула:

— Я знаю об этом слишком хорошо. Однажды ты провожаешь на работу своего мужа, а потом узнаешь, что больше никогда его не увидишь.

— Что с ним случилось? — спросил он. — Если не хочешь, не отвечай.

Ханна была готова обо всем рассказать.

— Он заново делал электрическую проводку в коммерческом здании, и что-то пошло не так. После поражения электрическим током его отправили в больницу и делали все возможное, чтобы его спасти, но было слишком поздно.

— Уже известно, в чем причина трагедии?

— Страховая компания утверждает, будто Дэнни сам виноват, но его коллеги сказали, что он работал в соответствии со схемой подключения. Мне предложили двести тысяч долларов, и я взяла эти деньги.

— Ты должна была подать на них в суд.

— Я была беременна, выплачивала ипотеку и не могла начать судебное разбирательство. Я рисковала проиграть иск и в конечном счете остаться без гроша в кармане. У Дэнни был страховой полис, но эти деньги едва покрыли расходы на похороны, не говоря уже о счетах из роддома после появления Кэсси.

— А твоя мать не могла помочь тебе материально?

Не сдержавшись, Ханна язвительно рассмеялась:

— Она всегда вела себя так, словно у нее ничего нет. Однако она вдруг нашла деньги на авансовый платеж за наш дом. Считай, что я расплатилась, ухаживая за ней после того, как у нее диагностировали рак.

— Ты ухаживала за ней и училась? — спросил он.

— Она прожила всего два месяца и умерла летом, когда не было занятий в университете. — Ханна с горечью вспоминала то время. — Забавно, но я всегда чувствовала, что мешаю ей. Она была такой несчастной и обиженной. Но за день до смерти она поблагодарила меня и сказала, что любит. Она никогда не признавалась мне в любви прежде. Она ни разу не проявила ко мне нежных чувств.