Внешний враг. Книга первая. Дальневосточный экспресс (СИ) - Карнаков Денис - Страница 6

В вагоне численность машин сводится к нулю. Последний «японец» опорожняет ярус. Оператор манипулятора поворачивает рычаг, изменение давления жидкости шевелит гидравлические трубки. Поднимается платформа, рисует в пространстве четверть круга и вертикально прилипает к борту «сетки», освобождая разгрузочное место.

Верхний этаж, заполненный машинами, движется вниз. Под конец щелкают захваты выносного устройства. Наружу выдвигается груз. Давление на упоры выросло опять. Платформа проглатывает тень под собой, когда спуск завершен.

Полуприцеп фуры заполнен. Скатные желоба заправлены. Алюминиевые складки пластин падают занавесом. Ворованные автомобили спрятаны за глухими бортами, чтобы никто не догадался.

Дизель тягача использует всю мощь, однако, ноша ни с места. Водитель на приборной панели находит тумблер, который запускает дополнительное средство борьбы с бездорожьем. Успешен завод. Из вентиляционных щелей полуприцепа, над тремя задними колесами с каждого борта, клубится выхлоп отработанных газов. Дополнительный двигатель, встроенный в «зад» помогает тягачу вытащить груз. Гребут шесть пар колес, жирно рисуя траншеи. Вездеходные покрышки разбрасывают комки грязи по округе, вылетает мочалками рваный дерн. Зашуршали камни грунта. Автовоз выруливает к подъездной дороге.

Следующая пара большегрузов пятятся до упора в насыпь, готовясь принять железных «коней» на борт. Наемники, повторяют ранее проделанные операции с большим профессионализмом и быстротой. Через полчаса груз, некогда принадлежавший верхнему ярусу вагонов, песчинками часов перелился в менее просторную тару. Операторы трансформируют опорожненные «сетки» в транспортное положение: гидравлика заправляет платформы внутрь, упоры прячутся в торцы рамы. Пульты манипуляторов заперты. К микроавтобусу бежит азиатов толпа.

Под одеялом густой кроны деревьев, под тенью брошенных строений, надежно скроются следы преступления в виде отпечатков шин, свежих ран на поляне, источающих грязь и совершенно пустых вагонов закрепленных в тупике.

Белая газель, едва заметная за кустарниками, принимает пассажиров. Усатому водителю, приезжему из Украины, вновь придется по пути слушать характерное мяуканье китайской речи. Чтобы не сойти с ума, на проигрывателе увеличивает звук и запускает любимый диск. Из колонок бодрит патриотическая песня на тему зажравшихся москалей.

Хлопчик, обжигает пальцы у фильтра стаявшей сигареты. Дым табака выходит из ноздрей, брошенный окурок шипит в жиже, выдавленной автовозами.

– Но вот и все! – произнес он про себя.

Прозрачный и Лис ждут водителя. Хлопчик усаживается за баранку. Зажигание. Сдергивается ниссан с места, замелькали ребра литых дисков. Джип выбирается на грунтовку, дальнобойщики взглядом провожают зачехленное запасное колесо. Черная машина во главе, повела автоколонну к федеральной трассе. Газель пристраивается в хвост.

Старенький газ, прыгая на кочках и ямах, мчится вдоль железной дороги. Пассажирскую будку занимает бригада путейцев. В тумане сигаретного дыма бурные обсуждения о предстоящей работе, периодически сменяются анекдотами, шутками, советами. Под ногами брякают: кувалды, т-образные ключи. Звенят цепи краников для поднятия рельса. В кабине, как и полагается, пассажирское сидение занимает бригадир – плотный мужчина лет пятидесяти. Седые волосы проглядываются из-под кепки. Жилы выступают на мощных руках – признак многолетнего ручного труда. Пальцы держат мятую бумажку принтерного формата. Ее содержание внимательно изучается сквозь очки в толстой оправе, не радующие изяществом. Процесс прерывает водитель:

– Наконец то приехали.

Бригадир поднимает глаза. Впереди пост электрической централизации – бетонная коробка с названием «Кодар».

Внимание привлекает неестественная картина. На углу здания труп молодого человека в лужи алого цвета. С ужасом бригадир вылетает из кабины. Подбежав к телу, ощупывает пульс. Не дает намека на жизнь: холодная синяя кожа с трупными пятнами, порванная сонная артерия и мутные глаза. Зеленая машина на стоянке – значит в здании девушка. Бригадир незамедлительно кинулся к входу с именем дочери на устах:

– Аня! Аня!

Дверь заперта. Пластиковый ключ нервно протаскивается по щели электронного устройства. Замок впускает Отца. До дежурки рукой подать. На протяжении всего пути, показавшегося вечностью, повторяет:

– Аня! Аня!

Мертвая дочь у стены. Признаки жизни покинули тело. Застывшие, широко открытые глаза смотрят в потолок. От входа пулевого отверстия на лбу, нить свернувшейся крови закончилась на виске, увязнув в прядях волос. Отец навзрыд:

– Аня! О боже! Нет! Нет!

Бригадир подсовывает руку под затылок, холодная субстанция прилипает к ладони. В последний раз прижимает отец дочку к груди. Родительского сердца не слышит дитя. Мужские слезы потекли по щекам. Пальцы коснулись лица девушки. Закрывают ее веки.

Город Иркутск

Центр управления перевозками (ЦУП)

Восточно-Сибирская железная дорога

10 июня 2025 года

Часовыми поясами, отдаляясь от востока, в городе «Иркутск» начало рабочего дня. Утренняя прохлада постепенно угасает, вскоре асфальт и бетон впустят зной. Выхлопные газы смешались с запахом цветов черемухи. Тополя формируют пух.

Многоквартирные дома красуются стандартностью вокруг неформально выглядевшего здания, где разместился центр управления перевозками Восточно-Сибирской железной дороги. Реки машин и людей очерчивают прямоугольный периметр. Стены, из сплошных зеркальных окон, имеют горизонтальные глубокие выемки, которые делят здание на три равные части. Углы скошены вертикальными цилиндрами, на четверть сливающиеся с куба-образной конструкцией. В центре крыши возвышается металлический скелет. Его нагружают: взлетно-посадочная площадка и легкий гражданский вертолет, повесивший лопасти, но готовый к взлету. По обоим бортам черно-белого фюзеляжа нанесен логотип «МПС».

Под толщей крыши, в одном из просторных офисов пятнадцатого этажа, кожаное кресло занимает мужчина. Строгий черный костюм, как на модели, сидит хорошо. Белоснежная рубашка благоухает свежестью с примесями дорогого одеколона. Короткая стрижка подходит к стилю, на висках немного седого волоса. Четвертый десяток в самом разгаре, хотя на овале лица около тридцати. Смуглая кожа чуть молодит, от пота блестит высокий лоб.

Холеная кисть двигает беспроводную мышь, часто щелкает кнопка. Прямой нос – отличная опора для очков. Диоптрии линз уменьшают истинные размеры больших глаз. Мужчина следит за картами на мониторе – игра не отпускает все утро. Темные, тонкие брови сдвигаются, морщится лоб – партия проиграна. Надуваются щеки. Сквозь полные губы воздух шипит.

Полуоткрытое окно впускает городской шум. Запах цветов черемухи застревает в пазухах. Сквозняк колышет хаос бумаг на столе.

Так начался обычный день, ни чем непримечательный.

Начальник линейного отдела полиции привык к незначительным нарушениям закона. Знает, что обычную кражу расследуют подчиненные. Звонок стационарного телефона нарушает привычный устой. Рука дотягивается до аппарата, кисть зажимает трубку, локоть упирается в стол, у динамика трубки – ухо. По мере поступления информации глаза поднимаются, расширяются, становятся еще светлее. Свободная рука шарит по столу, похлопывая разбросанные документы. Бугорок нащупывается под толщей макулатуры. Пальцы отшвыривают бумагу. Найденная авторучка и трубка телефона меняются местами. Мягкий мужской голос, немного взволнованный:

– Подождите! Не тараторьте! Мне нужно записать.

Наугад выбранный лист играет роль черновика. Закорючки организовывают строку.

– Все понятно!

Указательный палец сбрасывает вызов. Набор номера. Тональность меняется с каждым вводом цифры. Длинные гудки. Кто-то ответил. Начальник ЛОП отдает первый приказ:

– Внимание! Мне нужен вертолет, готовый к взлету через пятнадцать минут.