Шаманы (СИ) - Дмитренко Татьяна - Страница 27

   Фахадж внимательно слушавший беседу, принял в руки потянувшуюся к нему маленькую Исхагор и покорно позволил ей заняться расчёсыванием бороды. Исхаг засмотрелась на странную картину, мир перевернулся, правда! В орочьем шатре сидит гном, держит на коленях человеческого детёныша, а в магических побрякушках роется со знанием дела и вовсе могущественный дух-волшебник. А довершение дикости этой картины можно добавить, что наблюдает за всем этим старая орочья шаманка, покинувшая род по слову главы клана.

   - Думаю, в происшедшем с родителями девочки странного гораздо меньше, чем тебе кажется. Ты не равняй по себе человеческого шамана. Твои духи живут твоей же кровью, верно? Тебе ничего не стоит призвать духа из-за края мира одними только посулами накормить призванную сущность. Шаманы из рода людей камлают долго. И для призыва духов-хранителей им нужно некоторое время. Так что, думаю, отец Исхагор просто-напросто не успел призвать защитников. Он защищал жену, пока она создавала заклинание, ему некогда было говорить с духами, и скорее всего, мать тоже не успела. Да и, судя по всему, посоха у погибшего отца Исхагор не было.

   - Да, если я правильно прочитала магические следы, всё так и было, эльфа выпустила заклинание и погибла мгновением позже мужа. И посоха при нём точно не было, - согласилась Исхаг, - зато нечто похожее на посох было в руках матери девочки, я и похоронила её с этим непонятным, сломанным предметом в руках. Очень уж не хотелось обрести посмертный подарок от погибших такой нехорошей смертью.

   - Разумно, - вновь кивнул дух долины, - а ты не пыталась понять, почему люди преследовали эту пару?

   - Пытаться-то я пыталась, но без толку.

   Фахадж сидел, привалившись спиной к седлу, и млел от прикосновения маленьких ручек, разбиравшись его бороду на сотню тоненьких прядок. Маленькая Исхагор что-то втолковывала гному на своём непонятном никому языке, повозилась ещё немножко да так и уснула с крепко зажатым в ладошке гребешком.

   - Знать бы мне ещё, отчего девочка так много спит, - пробормотала Исхаг, - или это свойство полукровки? Или дитя так копит силы для следующего дня?

   - Это полуэльфа, так что всё возможно, - осторожно предположил Фахадж, - я могу попытаться разузнать о свойствах таких детей, если не возражаешь.

   Гном предостерегающе выставил ладони:

   - Не сомневайся, нашего друга Эльреги я не стану беспокоить! Попробую выяснить обиняком всё, что смогу. К тому же примерно через одну луну я сопровождаю караван с металлом в пределы человеческих земель. Там и разузнаю всё, что возможно.

   Старая шаманка кивнула, поудобнее перехватив спящую девочку. Фахадж постелил на кошму тёплый мех накидки, сшитой из дарёных шкурок лисы, помог уложить Исхагор и замер, любуясь спящим ребёнком.

   - У меня трое сыновей, - вздохнул он, - и ни одной дочки.

   - Ничего, - отозвалась Исхаг, - дело поправимое.

   - Да какое там, - махнул он рукой, - не получается пока.

   Шаманка покосилась на замершего над девочкой Гичи-Аума и расстроенного гнома. Вот ещё одно подтверждение, что отцы хотят побольше сыновей, но дочерей любят больше жизни. И гном, и старый дух-хранитель не исключения.

   Наведя порядок в шатре, старуха присела у негаснущего магического огня. Холодно не было, но она привычно протянула лапы к пламени. Только слепой не увидит, что Гичи-Аум с момента знакомства присматривается к девочке так, словно оценивает её способности или достоинства. Интересно, что именно древний хранитель видит в этой малышке. А он что-то видит, без сомнения. Не к старой же орке он проникся внезапным расположением и доверием. Девочка явно не лишена магических способностей, достаточно вспомнить мать из рода эльфов и отца, человеческого шамана. Куда мир катится... подумать только, шаманы уже и среди людей рождаются! И как удачно, что древний хранитель принял их под своё покровительство!

   Если девочка окажется магом, это не слишком хорошо. Шаманка понимала, что придётся вернуть девочку в мир людей хотя бы для того, чтобы её не погубила собственная сила. Магии обучают человеческие маги и на землях людей. Но если сработает кровь отца, и Исхагор проявит способности Говорящей с духами, то Исхаг получит свою последнюю ученицу и уж она постарается, чтобы девочка превзошла наставницу! И Древний поможет тоже. Как и старуха-шаманка, Гичи-Аум одинок в своей бесконечной дороге и, возможно, подобно ей, обрадуется простому попутчику, не говоря уже о друге или ученице. Да и гномье семейство уже не кажется ей чужим... должник, надо же! Исхаг ухмыльнулась, любят эти гномы церемонии, торжественные клятвы, высокопарные обещания. Не проще ли довериться простому 'да'?

   Гичи-Аум попрощался внезапно и мгновенно растворился в воздухе. Фахадж, не в силах сидеть без дела, принялся воплощать в жизнь замысел Исхаг о нужном сосуде для малышки. Гном уже выдолбил на пробу два подходящих сосуда из деревянных пней, притащенных расторопными духами. Идею каменного 'котелка' отвергла Исхаг, предложив самому гному присесть на холодный камень в нужном положении. Хорошо, если не примёрзнет к каменюке сразу и надолго... голым задом. Гном было заикнулся о призываемых ею огненных духах, но тут же стушевался, представив картину противоположную отмороженному заду. Хуже отмороженной филейной части может быть только обожжённая... хм... часть. Так что гном вначале выдолбил старые пни, а теперь заглаживал края, чтобы малышка не занозила попку. Первый из получившихся 'котелков' старая шаманка обожгла и закалила в магическом огне с помощью старинного приятеля-огневичка. Маленький огненный дух медленно и старательно испарил всю влагу из деревянного котелка и не менее старательно обжёг внутренний слой. Малышка уже опробовала изделие в крытой галерее и осталась весьма довольна, как и её приёмная мать.

   Ужин Исхаг и её дочь готовили вдвоём, малышке было доверено важное дело - помешивать в низеньком котелке лук. Когда лук наполнил шатёр божественным ароматом, Исхаг опустила в шипящее масло сваренный и мелко порезанный олений язык и присыпала солью. А уж когда в разогретое масло опустилась разорванная на несколько частей большущая пресная лепёшка... гном едва слюной не подавился.

   После ужина в гости нагрянули волки. Корноухий притащил в зубах странного зверька. Маленький подарок шипел, как раздражённая гадюка, и даже в неловком положении схваченного за загривок умудрялся сопротивляться. Корноухий торжественно прошествовал через весь шатёр, очень церемонно положил свой подарок к ногам Исхагор и аккуратно прижал лапой трепыхнувшегося было зверика. Маленькое существо вывернулось из-под крупной волчьей лапы и раздражённо зашипело, выставив немаленькие клыки из распахнувшейся настежь пасти. Исхаг не успела даже глазом моргнуть, как девочка схватила зверика и ... Фахадж даже зажмурился! Шаманка опустила протянутую было руку... однако! Маленькое шипящее чудовище, нежась в детских ручках, превратилось в мохнатый урчащий шарик.

   - Корноухий, чтоб тебя Хогр пожрал, что ты принёс?!

   - Это детёныш горного льва, - Фахадж укоризненно покачал головой, - волки убили его мать, не иначе.

   Шаманка взвыла и Корноухий протяжно ответил.

   - Нет, волки не убивают самок с детёнышами, это молодой лев убил мать, защищавшую малыша. Наставник говорил мне, что победивший вожак-лев убивает помёт предыдущего вожака. Значит, в львиной стае сменился вожак, а матери пришлось защищать детей. Вряд ли в помёте был один детёныш. Выжил только этот.

   Остаток вечера они наблюдали беседу найдёныша с Исхагор. Двое сидели друг против друга и смотрели глаза в глаза. Маленький львёнок, оказавшийся самочкой, вначале внимательно осматривал девочку с ног до головы, обнюхал её руку, затем честно обнюхал ноги всех присутствующих и уселся на задние лапы перед Исхагор. И вот уже довольно долгое время двое новоявленных друзей ведут какой-то странный диалог без слов, только изредка зверь отмахивался лапой от искр пламени, а Исхагор согласно покачивала головой. Гному с шаманкой только и оставалось, что переглядываться в попытках понять происходящее.