Чемпионка Слизерина (СИ) - "Silvia_sun" - Страница 42

— Ну да, негодяку. А как я сказала?

Заулыбались все. Рослый стройный мужчина мягко произнес:

— Твой английский очарователен, любимая. Барти, представь меня невесте.

      После взаимных расшаркиваний мы вернулись к столу. Гарри клевал носом и практически засыпал над тарелкой, дед активно препирался с Сириусом по поводу каких-то достопримечательностей, а я удивленно рассматривала незнакомые продукты. Кукурузные лепешки были сложены горкой в центре стола, рядом стояли тарелки с россыпью кукурузы, фасоли, гороха, каких-то бобов, мясного фарша с томатным соусом, мелко нарезанной курицы, овощей, сладкого перца, сыров. Отдельно стояли глубокие тарелки с соусами, от них исходил вкусный пряный аромат. Там было еще что-то, но Барти быстро накрутил мне лепешек и я с удовольствием попробовала местную кухню. В общем, ужин прошел весьма мирно. Рабастан Лестрейндж рассказывал о древней культуре народов Мексики, я чуть не задремала под его повествование. Сказывалась разница во времени, минус четыре часа от Лондона.

      Заметив, что мы еле сидим, нас с братцем отпустили отдыхать. Уснула я в полете над подушкой. Утром меня разбудил солнечный луч, бьющий прямо в лицо. Спустилась вниз и нашла Химену, напевающую на кухне. Мне вручили чашку крепкого чая с молоком и горку богато украшенных яркой глазурью печенек. Она расспрашивала о Хогвартсе, я с удовольствием рассказывала все о любимой школе. Пришел веселый дед, чмокнул Химену в щечку и присоединился к завтраку. Он объяснил, что мы пробудем в этом городе три недели, нужно дождаться «Праздника на холме», который традиционно проводят в последний понедельник июля. Там выберут воплощение богини Центеотль (индейской богини кукурузы), магглы будут пить и танцевать в национальных костюмах, на этом их праздник закончится.

      Местные маги начнут свое празднование ночью, тогда-то у нас появится шанс избавить Гарри от шрама. Местные колдуны согласились провести обряд изгнания чужого духа из тела брата. Я расстроилась, потому что дед оказался прав. Это не просто след от смертельного заклинания, в рану попал осколок души Темного Лорда. Поэтому шрам и не зажил до конца, поэтому Гарри чувствовал Волдеморта. Поинтересовалась, как именно будет проходить обряд изгнания, дед опускал глаза и не договаривал, пришлось надавить. Услышанное повергло меня в шок.

      Оказалось, что дед и Барти устроили побег заключенным из Азкабана, Рабастан, Августус и Антонин смогли спастись, а вот Родольфусу и Белле не повезло. Белла моментально погибла от заклинания охранника, а Родольфус словил отсроченное проклятье. От такого заклятья умирают в течение недели. Я быстро посчитала в уме, прошло почти полгода с момента из побега, а Лестрейндж был еще жив. Дед объяснил, почему. Руквуд долго служил в Отделе Тайн и знал многое. Он-то и нашел возможность избавить Гарри от шрама. Наши родичи сумели найти и обезвредить все остальные крестражи, но для изгнания духа требовалась помощь мексиканских колдунов. Августус знал, как это работает. Потребуется добровольное жертвоприношение, чтобы недокрестраж был гарантированно изгнан из тела. Ни с кем не посоветовавшись, он объяснил умирающему Родольфусу положение вещей. Потом они с Долоховым собрались и умотали в Россию, осваивать новые территории. В благодарность за освобождение из тюрьмы его и брата, Руди сам решил пойти на этот обряд. Он выпил зелье «живой смерти» и уснул до назначенного дня. Его состояние поддерживают Химена и Рабастан. Сириус сам хотел согласиться на роль жертвы, но Родольфус ему не позволил. Он так решил, все равно его время пришло, а так смерть его будет не напрасной. Его тело находится в подвале дома.

      Скажу честно, я расплакалась. Все это мне показалось ужасно несправедливым. Дед терпеливо переждал мои всхлипывания, а потом строго спросил:

— Неужели тебе больше нравится вариант Дамблдора? Ты бы хотела принести в жертву не умирающего взрослого человека, а родного брата?

Я с ужасом зажала рот рукой:

— О чем ты, конечно нет!

— Так могло быть, если бы не счастливая случайность. Директор знал, что в шраме Гарри Поттера находится частица души Тома Риддла. Знал, и ничего не сделал. Ее можно было безболезненно убрать в первый год после «подселения», но Дамблдор позаботился, чтобы малыш был лишен возможности получить квалифицированную магическую помощь. Он рассчитывал, что Волдеморт возродится и решит убить «мальчика-который-выжил» самолично. Тогда бы его ожидал неприятный сюрприз. Он бы и сам развоплотился, поскольку поднял руку на себя же. Скорее всего, Гарри бы тоже погиб. Существует маленькая вероятность, что Поттер бы остался жить, но это только догадки. Хочешь проверить, рискуя жизнью брата?

Я молчала, оглушенная страшными новостями. В тишине раздался голос Гарри:

— А теперь какова вероятность, что я выживу? Если за меня примет смерть посторонний человек? Это тоже несправедливо.

Дед пожал плечами:

— Процентов девяносто, Гарри. Ты выживешь, потому что мы сделали для этого невозможное. Все семь крестражей уничтожены, ритуал для изгнания последнего найден, благородный человек, которого и так невозможно спасти, согласен обменять свою жизнь на твою.

Сириус шагнул в комнату со словами:

— Ты просто обязан выжить, несносный ты мальчишка. Ты должен прожить длинную спокойную жизнь, видит Мерлин, ты ее заслужил. Ты женишься, заведешь толпу детишек Поттеров, найдешь любимое дело, и сдохнешь лет в триста во сне. Ты понял меня, сопляк?

Братец нахохлился и упрямо мотнул головой:

— Разве можно добровольно пожертвовать собой? Вдруг его можно вылечить?

Химена скрестила руки на груди:

— Я бы отдала что угодно, мучачо, чтобы вылечить любимого брата своего мужа. Нет, это невозможно. Он умирает, и держится еще лишь усилием воли. Ради тебя. Ты примешь эту жертву, потому что это дар от всей души. Родольфус поставил единственное условие. Ты расскажешь о его жертве своему другу, Невиллу Лонгботтому. И попросишь прощения от имени Родольфуса. Ты понял?

Дед задумчиво поинтересовался:

— Гарри, если бы вокруг умирали друзья, а ты узнал, что от твоей жертвы война прекратится. Ты бы согласился?

Тогда брат обвел собравшихся заплаканными глазами:

— Да. Я бы согласился. Одна жизнь за многих — это честный обмен.