Больше, чем жизнь (СИ) - Рэйн Ирина - Страница 42

Алексей и Рита подъехали на другой машине. Последние моменты перед отъездом друзей были тяжелыми для всех. Не хотелось расставаться. Куцый строго наказывал позвонить по скайпу, как только те доедут и устроятся. Его речь прервала просьба подниматься на борт, Олег и Света поспешили попрощаться. Долгие проводы – лишние слезы.

Самолет принял уже успевших замерзнуть пассажиров и выехал на полосу разгона. Пристегнутый ремень помешал Олегу устроить Светлану у себя на коленях, но они исправили это, как только им разрешили отсоединить ремни.

- Мне страшно, – девушка прижалась к мужчине в поисках защиты.

- Так же, как в доме Мурата?

Она отрицательно покачала головой.

- Нет, конечно, но все равно страшно. Я тебя почти не знаю, мы летим в другую страну, на другой континент, конец света, и сколько там пробудем – неизвестно. Меня пугает эта неизвестность. Я бы хотела вернуться домой, хотела бы, чтобы родители не волновались и знали, что я жива. Хотя бы позвонить им.

- Это невозможно сейчас. – Олег запустил руку в отросшие светлые прядки. Прикрыл глаза от наслаждения, от ощущения, что она рядом.

- Я понимаю. Я как подумаю, что они сейчас переживают из-за меня, становится плохо. Мама, наверно, ходит в храм и ставит свечку. И не знает, за упокой или за здравие. Это убивает. – Светлана снова заплакала. Олег уже привычным жестом стер ее слезы и поцеловал в незабинтованную макушку.

- Обещаю тебе, что мы вернемся, как только сможем. А пока постарайся не думать об этом. Мы обязательно что-нибудь придумаем…

Света успокоилась. Олег стал единственным человеком, с кем она могла позволить себе выплакать слезы, которые копила в течение долгого времени, и кто мог ее утешить. Терпкий аромат одеколона, смешанного с чуть заметным запахом дорогих сигарет, запах кожи, такой уже знакомый и родной, руки, с мозолями от частой стрельбы и тихий голос, рассказывающий о том, что их ждет впереди – все это убаюкивало Свету, и вскоре она уже спала. А он не мог. Думал о том, что нет ничего более правильного, чем то, что происходило сейчас: ее близости, спокойного дыхания у него на плече и руки, которую он так и не смог отпустить.

***

Тимур вернулся в дом и увидел, что Мурат еще не ушел к себе. Маркелов налил себе виски и расположился на диване.

- Я все сделал. Тело Светланы в коллекторе. Вряд ли кто-то найдет.

- Молодец. Где Кондр?

- Откуда мне знать? Я с трупом разбирался. – «Надеюсь, что уже очень далеко, иначе все пропало».

- Пусть приедет завтра вечером. Позвони ему.

- С какой целью, позволь поинтересоваться? – Тимура уже начинало бесить то, что все разговоры с Шейхом непременно сворачивались к теме Олега. Так и хотелось крикнуть, что тот его больше никогда не увидит. Вообще не увидит.

- Надо. Я не обязан перед тобой отчитываться.

- Мурат, я не просто так интересуюсь, ты же понимаешь. Если я чего-то не буду знать, то не смогу держать руку на пульсе, а это чревато.

Шейх вздохнул. Ему не хотелось делиться новостью, Тимур и так все бы узнал в свое время. Но он был прав, в последнее время почти все сделки проходили через него. Он должен знать.

- Завтра в Петербург приедет Сергей Гладких. Его нужно будет встретить и привезти сюда. Я поручил это Толику. Хочу, чтобы ты был готов к еще одному трупу, если он будет несговорчив.

- Ты хочешь, чтобы я его убил? – вопрос мог показаться странным со стороны, но только не для них. Тимур знал, что Шейх не любит пачкать свои руки в крови.

- Нет. Я хочу, чтобы это сделал Кондр. Сначала жену, потом мужа. Забавно, не находишь?

Маркелов рассмеялся. Это действительно было бы забавно, если бы смогло стать реальностью.

- Я позвоню ему завтра днем. Предупрежу о встрече дорогого гостя.

***

Тимур не дозвонился. Мурат рвал и метал. Послал своих людей на квартиру и в офис Олега. Поиски ни к чему не привели. Тогда он позвонил Куценко, но тот тоже не брал трубку. На работе его не оказалось – не его смена, в квартире было пусто. Уехали. Сбежали, как только запахло жареным. Предатели.

Надо было брать себя в руки, но злость и ярость раздирали душу. Даже алкоголь не помогал. К вечеру Шейх уже почти ничего не соображал, подняться с кресла не мог. Тимур, который всегда был рядом и время от времени подавал стакан, злился не меньше. Так нервничать. Из-за кого? Из-за жалкого урода, который променял все на бабу? Бл*ть!

Они даже забыли о приезде гостя. Сергей Гладких был напуган так, что чуть ли штаны не обмочил. Его оправдания были нелепыми: денег нет, все, что он брал с собой в Америку, спустил в казино, а сам вернулся добровольно. Слова ни у кого не вызвали жалости. Не сегодня. Мурат дал отмашку, и Тимур выстрелил из пистолета с глушителем прямо в висок незадачливому игроку. Тот проиграл все: семью, работу, жизнь.

Труп увез Толик. Кинул на мусорной свалке, где спустя месяц его нашли. По остаткам зубов удалось его идентифицировать. Через несколько дней Сергей был похоронен на Южном кладбище, недалеко от мусорной свалки, где пролежал долгое время. На церемонии погребения были только его родители, еще больше постаревшие от горя.

Возвращаясь к тому вечеру, когда был убит Сергей, а самолет уносил ничего не подозревающих Олега и Светлану, следует сказать, что именно тогда начались беды и для самого Мурата. Злость, накопленная в душе Тимура за долгие годы, стала выливаться через край. Он единственный знал, что делать. Очередная порция виски для шефа. Перед сном, который скоро станет вечным.

***

Аэропорт Тулламарин встретил новоприбывших двадцатиградусной жарой. Такая температура действительно казалась жаркой после холодной России. В Австралии было лето.

Света ловила на себе заинтересованные взгляды. Если в Петербурге она прятала голову от посторонних под большим капюшоном, то здесь пришлось снять куртку и повязать тонкий платок. Ей было неуютно, хотелось поскорее спрятаться, и Олег, будто читающий мысли, потянул ее в сторону автомобиля.

Машина доставила их в клинику. К сожалению, Олегу не разрешили остаться. После того, как он устроил Свету в палате, ему пришлось уехать в гостиницу, чтобы там уже начать поиски жилья и работы. Он не собирался сидеть без дела, пока любимая будет долечиваться. И дело было не в деньгах, их осталось достаточно, чтобы оплатить лечение и спокойно жить какое-то время. Но он так не умел. Сидеть без работы, маяться от мыслей, страдать от временного одиночества. Только все, что он умел, и чем грезил, было оружие. Но и здесь ему повезло. Знание английского языка пригодилось. Олег устроился в тир, где стал обучать австралийцев стрельбе. В его обязанности также входило обслуживание, чистка пистолетов и винтовок, проверка на наличие патронов. Кондрашову нравилась его работа. Пусть она была не сильно прибыльная в плане денег, зато была связана с тем, что он любил.