Лягушка в молоке (СИ) - "Silvia_sun" - Страница 64

      — Том, я соглашусь, если ты выполнишь одну мою просьбу.

      Он подобрался и сложил руки на груди.

      — Слушаю.

      Не знаю, чего он ожидал, но явно не того, что услышал:

      — Обещай мне постараться наладить взаимоотношения с дядей Морфином Гонтом.

      Выражение удивления на его красивом лице было таким ярким, что захотелось смеяться. Я сдерживалась изо всех сил, пока Том приходил в себя. Он мотал головой и часто моргал, потом вытащил из кармана белоснежный платок, трансфигурировал его в стакан и напился с помощью «Агуаменти».

      — Чего угодно ожидал. Даже требования немедленно жениться, разогнать свиту, проклясть всех поклонниц, убить Дамблдора. Но такого… Как тебе в голову пришло мирить меня с родственниками?

      Я отобрала у него стакан и тоже попила водички.

      — Хочется быть личной целительницей рода Гонт, только и всего. В связи с отсутствием других претендентов, необходим твой визит в Министерство вместе с последним официальным родственником, сиречь дядюшкой. Бесплатная процедура, сертифицированное зелье родства, три свидетеля из министерских работников, и ты — официально Гонт. Меня никогда не признают Блэки, а с тобой может получиться. Ну что, обещаешь?

      Реддл встал и торжественно произнес:

      — Обещаю сделать все от меня зависящее, чтобы подружиться с Морфином Гонтом. Довольна?

      — Отлично. Ближайший выходной у меня в воскресенье, пойдем знакомиться с твоей родней.

      С этими словами я поднялась, поцеловала Тома в щеку и активировала порт-ключ в больницу. Последним, что я видела перед перемещением, была ошеломленная физиономия названного братца.

      Пока переодевалась и добиралась до отделения, в душе танцевала от радости. Успела до начала планерки поздороваться с Мартой, познакомиться с очередной дежурной сестрой и пообещать сестре-хозяйке прибраться в архиве. Худенькая синеглазая женщина смущенно теребила меня за рукав мантии:

      — Мне туда хода нет, мисс Смирнофф. Обычно там Кэлли по четвергам убирается, а за месяц Найджи грязью зарастет, он рассеянный. Я вам ведро выделю, туда хорошего зелья не пожалею, очистительного, оно у нас только для особых клиентов. Прибираться-то умеете?

      Она была милой, я попросила ее называть меня по имени и заверила, что с тряпкой обращаться умею. Не успела она кивнуть, как в дверь влетел Найджел, и планерка началась. Этой ночью дежурил Петерсон, вечером в Лютном произошла стычка двух группировок нищих, эти криворукие болваны швырялись друг в друга чем не попадя, так что у нас и в травме — аншлаг. Русалоида сегодня обещал забрать Нотт, он договорился с их королевой, ему в пруд уже привезли более лояльного экземпляра, а нашего ждет наказание в Черном озере. Вчера русалоиду доставили послание в виде ожерелья, он его «прочитал», расстроился и пытался выпрыгнуть из бассейна с целью суицида. Не убился, но бассейн поломал, сволочь. Бассейн кое-как залатали, но дежурный мастер гарантий не дал. В общем, ждем Нотта и прощаемся с трудным пациентом. Физически он здоров, а психически — хрен его знает, нормальное это поведение для их расы или нет. На всякий случай все описано, чтобы было с чем сравнивать, когда поступят подобные пациенты. Поступила старушка-Яга, вместе с домовым. Старушка дышит на ладан, а домового девать некуда. Отказывается помирать, пока не пристроит домового. Сложность в том, что домовой говорит только по-русски, и к «busurmanam» идти отказывается. На Яге старое проклятье, в палате постоянно идет снег и гремит гром, бабка держит щит над кроватью, но на полу постоянно лужи. Чем скорее мы найдем семью для домового, тем быстрее бабка помрет и все кончится. Она притащила с собой завещание, все отходит какой-то общине, ее тело заберут, а вот домового девать некуда. И кстати, опять приходили с четвертого этажа. Теперь уже под бабкиной палатой протекает.

      Я зашевелилась, Пристли заметил и сказал:

      — Спрашивай, Хелена.

      — Подскажите, а что не так с домовым? Он у Яги особенный, какие-то проблемы могут быть?

      Мне попытались ответить хором, шеф гаркнул и объяснил сам:

      — Да нет, обычный домовой. Просто Яга за него переживает, это же член семьи. Никаких проблем он с собой не принесет, служить будет исправно. Но проблема в том, что ему русскоговорящая семья нужна. Он в английском ни в зуб ногой. Россия далеко, много ли тут русских магов?

      Скромно потупилась и поинтересовалась:

      — А у меня есть друзья, Долоховы. Они русские, да и я сама наполовину русская. Разрешите поговорить с друзьями?

      Договорились переговорить камином сразу после пятиминутки. Убедившись, что одной проблемой меньше, занялись обсуждением других пациентов. Даму с бородавками решили выписать, вчера вечером бородавки отпали, после шестой процедуры. Зелье помогло, всучим ей флакончик с мазью на всякий случай, и пусть катится, у нее свадьба на носу. Анимага-неудачника придется класть на камень и делать целительный ритуал, но есть опасность, что на выходе получим белого медведя на неопределенный срок. Решили бассейн русалоида не выкидывать, тщательно продезинфицировать и укрепить. Глядишь, у нас там мишка поселится. Стажерке Эдвардс поручили высчитать подходящий день для ритуала, и чтоб не как в прошлый раз, а то Найджел пообещал лично руки оторвать за кривые расчеты. Мужик, ищущий свою голову, успокоился, вечером приходил Бобби из травмы и лично замкнул на нем ошейник, сказал, что прикрутил голову болтами. Теперь колдун просится на выписку, умоляет только написать, как правильно ухаживать за ошейником, чтобы не ржавел. Окману поручили выяснить, как ухаживают за металлическими ошейниками и выписать больному рецепт для смазки. Окман встал в позу и заявил было, что он целитель, а не специалист по железякам, но Найджел ласково пообещал ему месяц в подвалах у гоблинов для обмена опытом, и Окман затих. Новых больных решено было осмотреть на обходе, а Петерсона отправить с Вайнрайтом на амбулаторный прием. Там сегодня сложный день, детишки. И плевать, что он после дежурства, Кэлли в отпуске, а меня отправлять к детям рано. Тут почему-то завыли в унисон Петерсон с Вайнрайтом — только Кэлли умеет хоть как-то ладить с детьми и их сумасшедшими родителями. Она колдует детям прозрачных единорогов, а родителей поит чаем с мелиссой, и все довольны. А без нее прием будет не прием, а бардак. Целители выли в унисон, Марта сжалилась и пообещала пойти с ними. Все моментально засверкали улыбками — у Марты и дети, и взрослые будут ходить по струнке. Сестра-хозяйка выступила с суровой речью по поводу экономии обеззараживающего жидкого зелья, аптека отказывается выдавать нам еще до конца месяца, мы сожрали все запасы. Дежурная медиковедьма сдала Петерсона: вечером после поступления бандитов из Лютного Петерсон вылил целый флакон обеззараживающего на себя. Целитель злобно ощерился: