Самоубийство сверхдержавы - Бьюкенен Патрик - Страница 5

Какое влияние это «цунами импорта» оказало на занятость? В первом десятилетии двадцать первого века американские производители полупроводников и комплектующих электроники сократили 42 процента рабочих мест; производители коммуникационного оборудования – 48 процентов; текстильная и швейная промышленность лишились, соответственно, 63 и 61 процента рабочих мест{39}.

В том же первом десятилетии двадцать первого века Соединенные Штаты выдали 10 300 000 грин-карт, приглашая иностранцев конкурировать за уцелевшие рабочие места с американскими работниками. В одном лишь 2009 финансовом году, первом полном году массовых увольнений и безработицы «Великой рецессии», было выдано 1 130 000 грин-карт, из них 808 000 разрешений досталось иммигрантам трудоспособного возраста, выразившим желание осесть в США{40}.

Что мы делаем во имя патриотизма с собственным населением?!

На каждых выборах политики осуждают усиливающуюся зависимость Америки от иностранной нефти. Но дефицит торгового баланса США в сфере производства – 440 миллиардов долларов в 2008 году – на 89 миллиардов долларов выше нашего дефицита в сфере нефтепродуктов. Почему наша зависимость от нефти Канады, Мексики, Венесуэлы, Нигерии, Саудовской Аравии и государств Персидского залива вызывает бо́льшую озабоченность, нежели зависимость от компьютеров и жизненно важных компонентов высокотехнологичной промышленности и систем вооружения, производимых экономическими конкурентами и под контролем коммунистического Политбюро? Огги Тантилло, исполнительный директор Американского комитета по торговым операциям в сфере промышленности, утверждает:

«Торгового дефицита применительно к природным ресурсам, которыми США не располагают, не избежать, однако налицо и грандиозный торговый дефицит техногенных товаров, каковые Америка вполне способна производить самостоятельно; это наш выбор, плохой выбор, чреватый банкротством страны и потерей миллионов рабочих мест»{41}.

Каковы последствия этих торговых «дисбалансов» для нашей страны?

Деиндустриализация Америки. Растущая зависимость от Китая в удовлетворении базовых потребностей американцев и в предоставлении кредитов для оплаты этого процесса. Утрата миллионов рабочих мест, лучших среди тех, какие когда-либо создавались в стране. Средняя заработная плата и семейный доход стагнируют на протяжении всего десятилетия. Резкое снижение покупательной способности доллара в мировом масштабе. Утрата национальной динамики. Долговая бомба, которая взорвалась в сентябре 2008 года.

А также постоянная угроза нашей национальной безопасности. Как пишет сенатор от Южной Каролины, «Фриц» Холлингс, едва ли не единственный экономический патриот в Сенате вот уже четыре десятка лет:

«Оборонная промышленность переведена за рубеж. Пришлось долгие месяцы дожидаться поставок плоских дисплеев из Японии, прежде чем начать «Бурю в пустыне». Компания «Боинг» не в состоянии построить новый истребитель без комплектующих из Индии. Компания «Сикорски» не может произвести вертолет без хвостового двигателя из Турции. Сегодня мы фактически не можем воевать без того, чтобы не обогатить какую-либо другую страну»{42}.

Плоды свободной торговли

Хотя Буш-41 и Буш-43[17] во многом не соглашались, по одному вопросу у них было общее мнение, как и у Билла Клинтона, – относительно протекционизма. Будучи глобалистами, все они отвергали любые попытки защитить производственную базу Америки и заработную плату американских работников. Они одобрили НАФТА, создали Всемирную торговую организацию, отменили таможенные тарифы и предоставили Китаю неограниченный доступ на рынки США.

Чарльз У. Макмиллион из компании «Эм-би-джи информейшн сервисез» подвел итоги двух десятилетий этого бушевско-клинтонско-бушевского глобализма. Пожалуй, его работу стоило бы назвать «Свидетельства упадка промышленной Америки»{43}.

• С декабря 2000 года по декабрь 2010 года промышленное производство в США сократилось впервые со времен Великой депрессии, и Америка потеряла более 3 миллионов рабочих мест в частном секторе – худший результат за период с 1928 по 1938 год.

• За то же десятилетие исчезло 5,5 миллиона рабочих мест на производстве, одно из каждых трех, какими мы располагали. Промышленность обеспечивала 27 процентов экономики США в 1950 году, а теперь этот показатель снизился до 11 процентов, причем на производстве занято всего 9 процентов рабочей силы, за вычетом сельского хозяйства{44}.

• В товарном выражении мы имеем дефицит 6,2 триллиона долларов, из которых 3,8 триллиона относятся к промышленным товарам.

• Правление Буша-второго – первый в истории США период, когда правительство начало нанимать больше работников, чем промышленность.

• Положительное сальдо торгового баланса по высокотехнологичной продукции исчезло в первый срок Буша. С 2007 по 2010 год США обрели дефицит торгового баланса по ИВТП на общую сумму 300 миллиардов долларов только с Китаем.

• Совокупный дефицит торгового баланса США с Китаем в промышленных товарах составляет 2 триллиона долларов. Китай в настоящее время фактически держит Америку в закладе.

• С декабря 2000-го по декабрь 2010 года штаты Нью-Йорк и Огайо лишились 38 процентов своих рабочих мест на производстве. За тот же период штат Нью-Джерси потерял 39 процентов, а Мичиган – 48 процентов рабочих мест.

• Совокупный бюджетный дефицит США с 2000-го по третий квартал 2010 года превысил 6 триллионов долларов. Для покрытия этого дефицита нам пришлось одалживать 1,5 миллиарда долларов за рубежом каждый день на протяжении десяти лет.

Стивен Мур противопоставляет Америку 2011 года той стране, какую некоторые из нас до сих пор помнят:

«Сегодня в Америке почти вдвое больше людей, работающих на правительство (22,5 миллиона), чем на производстве (11,5 миллиона). Это почти точная инверсия ситуации 1960 года, когда мы имели 15 миллионов рабочих на производстве и 8,7 миллиона, получавших зарплату от правительства»{45}.

Мур добавляет: «На правительство работают больше американцев, чем трудятся в строительстве, сельском хозяйстве, рыболовстве, лесном хозяйстве, на производстве, в горной промышленности и в сфере коммунальных услуг вместе взятых. Мы решительно уходим от нации творцов к нации получателей».

Такова наша награда за поворот спиной к экономическому национализму, к той идее, которая создала Америку, за принятие идеологии свободной торговли экономистов и прочих кабинетных ученых, которые никогда ничего не создавали собственными руками.

В начале 2010 года прозвучала новость, что Детройт, эта плавильня и кузня арсенала демократии в годы Второй мировой войны, планирует снести четверть зданий города и превратить эту территорию в пастбище. Дефицит торгового баланса в размере 1,2 триллиона долларов относительно автомобилей и комплектующих к ним, возникший при Буше-43, помогает убить Детройт.

Если наша цель в переговорах по НАФТА состояла в оказании помощи Мексике, задумайтесь вот над чем: сегодня текстильный и швейный импорт из Китая впятеро выше в долларовом выражении, чем аналогичный совокупный импорт из Мексики и Канады.

Торговый дефицит Америки «продает нацию прямо у нас из-под носа», – заявил Уоррен Баффет еще в 2003 году{46}. Этот торговый дефицит, в среднем от 500 до 600 миллиардов долларов ежегодно на протяжении десяти лет, олицетворяет грандиознейшее перемещение богатства в истории и является важнейшим фактором возвышения Китая и упадка Америки. Эти показатели американского упадка поистине поразительны, как и беспомощное равнодушие нашего политического класса. Чем оно объясняется?