Окно на северную сторону (СИ) - "Mia_Levis" - Страница 94

- Доброе утро, - широко зевая, пробормотал Эрнест. На нем все еще были свободные домашние штаны, волосы торчали во все стороны, на щеке отпечатался красный след от подушки. Он выглядел сейчас так, словно ему пятнадцать, и Авиан почувствовал, как всколыхнулась в груди нежность. Пускай это не любовь, но привязанность - так точно. В это счастливое утро Авиан мог поклясться - этого достаточно. У некоторых и такого нет.

- Я как раз думал тебя будить, - улыбнулся Авиан. - Садись завтракать. И поторопись, чтобы успеть отвезти Элиана, пока пробок нет.

- Угу, - сонно согласился Эрнест. - Как там, кстати, твой друг? Вчера толком и не поговорили.

- Все хорошо. Я очень счастлив, что он в городе и пригласил его сегодня к нам, - наблюдая за сосредоточенно жующим Эрнестом, произнес Авиан. Потом, встрепенувшись, уточнил: - Ты не против?

- Нет, конечно, - пожав плечами, ответил Эрнест. - Я же говорил, что буду рад с ним познакомиться.

- Он тебе понравится, вот увидишь, - уверил Авиан. - Пойду-ка Элиана разбужу, иначе опоздаем.

Вопреки опасениям, в университет они приехали вовремя. Никаких пробок на дороге, Элиан вел себя образцово, будто ему не три, а как минимум тридцать три года - проглотил ненавистную кашу с молоком без возражений и в машине сидел спокойно. В университете белая полоса продолжилась: первую лекцию, которую должен был читать самый нелюбимый преподаватель Авиана, заменили на литературу. Конечно, было некрасиво радоваться, что мистер Флиннер заболел, но Авиан ничего не мог с собой поделать, уж слишком неприятны оказались воспоминания о дискриминации, которую ему пришлось пережить на первом курсе. Авиан до сих пор помнил, как мистер Флиннер здоровался - "Доброе утро, господа и омега". Тогда хотелось провалиться сквозь землю и пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы просто-напросто сдать предмет. Когда Авиан узнал, что в этом семестре мистер Флиннер вновь будет у них преподавать, радости, конечно, не испытал. Ему хотелось верить, что теперь-то он повзрослел и сможет защитить себя, поставить зарвавшегося преподавателя на место, но, если говорить честно, сомневался, что у него хватит решимости. Была вероятность, что и литературу у них ведет какой-то мудак, но в этом случае оставалась надежда, что все будет хорошо. В такой-то день все просто обязано было быть хорошо!

Авиан и Эрнест почти дошли до необходимой аудитории, разговаривая о Далиане и предстоящем ужине. Авиан все еще улыбался, когда перевел взгляд вперед, где возле двери стояло несколько студентов, которые разговаривали с... Авиан замер, словно соляной столб, чувствуя, как сердце сначала провалилось в пятки, а спустя секунду принялось клокотать в горле. Эрнест по инерции прошел еще несколько шагов, потом, заметив, что остался один, развернулся. Нахмурился, заметив мертвенно бледное лицо Авиана, подошел ближе...

- Эй, Вин? Что?..

- Тш-ш-ш, постой так, - глухим шепотом отозвался Авиан, нервными пальцами комкая футболку на груди Эрнеста. Слава Богу, тот не стал требовать объяснений, а покорно замер, легко поглаживая Авиана по спине. Разница в росте у них была небольшая, как раз достаточная, чтобы следить за ситуацией возле аудитории над плечом Эрнеста. Только когда все зашли внутрь, Авиан отпустил многострадальную футболку, шумно выдохнул, чувствуя, как противно кружится голова. Вот же, сглазил, чтоб его...

- Вин, идем? - осторожно поинтересовался Эрнест.

- Я не пойду, - отрицательно покачал головой тот. - Не пойду.

И, не добавив больше ни слова, развернулись на пятках. Нужно было умыться, лицо так пылало, что хоть яичницу жарь. Он слышал за спиной шаги Эрнеста, но сил обернуться и объяснить хоть что-то не осталось.

В туалете он до упора открутил кран умывальника, подставил под холодную воду дрожащие руки. Эрнест тем временем встал сбоку, оперевшись плечом о стену, он был растерян и испуган. Авиан плеснул водой на лицо, взглянул на свое отражение в большом квадратом зеркале, висящем на стене, и монотонно заговорил.

- Нашего преподавателя по литературе зовут Натаниэль Оллфорд. Он один из тех альф, с которыми я пережил свою первую течку, возможный отец Элиана.

- Ох, Вин, - выдохнул Эрнест, заключая Авиана в объятия. Тот оставался прямым и напряженным, будто палку проглотил. Хотелось зажмуриться, а потом, открыв глаза, с облегчением понять, что все это лишь страшный сон. Почему такой многообещающий день превратился в кошмар наяву?

- Не столица, а деревня какая-то! - пробормотал Авиан, едва сдержав нервный смешок. Только истерики ему сейчас не хватало.

- Ты уверен, что это он? Что он работает здесь?

- Уверен. Я не мог перепутать, да и сходится все... Литература, университет. Черт, разве он может преподавать после тюрьмы? - Авиан закусил дрожащую губу. Что делать теперь? Как изо дня в день встречаться с человеком, связанным с неприятными воспоминаниями?

- Так это же из-за поправки в законодательстве за прошлый год, помнишь?

- Эрнест... - страдальчески протянул Авиан. - Меня сейчас меньше всего интересует юридическая сторона вопроса.

- Что мне сделать, Вин? - тихо спросил Эрнест спустя невообразимо длинную минуту. Голос его дрожал от волнения и растерянности. А хотелось, чтобы он принял это решение сам, чтобы хоть в эту тяжелое мгновение снял бремя ответственности с плечей Авиана. Размечтался... - Может, удастся сменить литературу на философию? Просто скажи, что мне делать...

Авиан закрыл глаза и стиснул зубы, прикладывая последние моральные силы, чтобы не дать выхода ни злости, ни отчаянию. Эрнест молчал, дышал тяжело. Он волновался, наверное, хотел, как лучше. Просто не решался взять на себя вину, если выбор все же окажется неверным.

- Иди на занятия. Я сегодня не пойду. Вызову такси, поеду домой. Приготовлю что-нибудь, Далиан приедет...

Далиан поможет, Авиан был уверен. Разложит все по полочкам, вновь вернет ему твердую почву под ногами. Далиан - это опора в самые тяжелые моменты жизни. И уж кто-кто, но Далиан не боялся действовать, наверное, потому, что и понести ответственность за свой выбор мог в случае неудачи.

- Хорошо, - можно было физически ощутить, как отпустило Эрнеста напряжение. Он обмяк, будто воздушный шарик, из которого воздух выкачали. Объятия его стали уютнее и крепче, пропал тот испуганный вынужденный механизм, когда он боялся, что ему придется решать что-то. В то мгновение Авиан с отчетливой ясностью понял, что их отношения обречены. Эрнесту нужен был партнер с недюжинной силой воли, этакий доминант, человек, переполненный энергией. Авиан на эту роль точно не тянул. Но этот разговор можно было отложить, - на день, месяц или год - а пока хотелось как можно скорее оказаться на улице, подальше от стен альма-матер, которые сегодня перестали казаться такими родными.