Сдвиг (СИ) - "Romaria" - Страница 32

– Ну, ма-а-а-м! – простонал Билл, становясь темно-бордовым.

– Послушай, – снова перешла на серьезный тон женщина, решив, что повеселилась достаточно. – Этот мальчик, Том, он тебе нравится?

– Нравится. Но не в этом дело.

– А в чем?

– Мы не можем быть вместе, понимаешь? – начал растолковывать он матери, как маленькой.

– Не понимаю. Насколько я знаю, он не женат, во всяком случае, в прессе об этом ничего написано не было…

– При чем здесь это?! – воскликнул Билл, дернувшись и зашипев от боли. От неосторожного движения горячий чай выплеснулся, попав на руку, которая сразу покраснела.

– Сильно обжегся? – тут же отреагировала мама. – Дай посмотрю.

– Все в порядке, – он внимательно поглядел на пострадавшее место. Подул. Лизнул языком для надежности. Снова подул и почему-то успокоился. – У него действительно никого нет.

– Тогда что не так?

– Ну как ты не понимаешь?! Мы же работаем вместе! А это противоречит всем нормам этики и морали… – завел Билл любимую пластинку.

– Билл, – бесцеремонно перебила его женщина. – Это ты кое-чего не понимаешь. Точнее забываешь кое о чем. Ты всего лишь человек, а не робот, запрограммированный действовать четко и безукоризненно. Но даже у машин иногда сбои в программе случаются, что уж о людях говорить, – Билл слушал мать с какой-то безумной надеждой в глазах, и Симона очень старалась ему помочь. Убедить в том, что он и без нее прекрасно знает, но не решается следовать советам чувств и эмоций, а не разума, как привык. – Он нравится тебе, ты ему, остальное значения не имеет. И дело сейчас не в какой-то морали и… в чем там еще?

– Этике, – буркнул Билл, насупившись.

– Правильно. Но проблема все равно не в этом. Все намного проще и прозаичнее. Ты элементарно боишься. Не привык к такому, и как все новое и неизведанное, эти отношения тебя пугают до смерти. Вот и все. И сейчас ты просто должен выбрать, что для тебя важнее, этот парень или твоя трусость, – Билл немного посидел, обдумывая ее слова, встал, подошел и, крепко обняв, прижал мамину голову к своему животу.

– Я тебя так сильно люблю, – выдохнул ей в макушку. – Ты же знаешь?

– Знаю. И очень этим горжусь. Значит, что-то в этой жизни я сделала правильно. А теперь пошли спать, пока это не стало похоже на сцену из дешевого сериала. Вставать через пару часов, а мы еще даже не ложились.

Утром Билл проспал. Мама ушла рано, наверное, так и не легла, и не могла проследить за тем, чтобы он проснулся вовремя. Он в панике метался по комнате, теряя драгоценные секунды, пока не заставил себя остановиться, успокоиться и сделать все необходимое четко, без лишних движений и ненужной суеты. На работу опоздал всего минут на десять, не больше, чем очень гордился.

«Опять кофе не купил!» – подумал с досадой он, выскакивая из машины. Завернул за угол и не смог сдержать улыбку, увидев Тома, который стоял недалеко от дверей и курил, явно поджидая его. Билл немного замедлил шаг, наслаждаясь этим зрелищем. Том глубоко затянулся, переступил с ноги на ногу, быстро глянул на часы и снова начал вертеть головой по сторонам. Мама была права. Он действительно не привык. К тому, что кто-то ждет, волнуется, что кому-то есть до него дело. Наконец Том заметил его, быстро затушил окурок, выбросил в урну и пошел навстречу.

– Ты, какого черта так долго?! Почему опаздываешь?!

«Ну вот, – усмехнулся про себя Билл, глядя в это красивое разгневанное лицо. – А я только радоваться начал, что кому-то интересен».

– Прости. Глупо получилось. Просто я вчера уснуть долго не мог, вот и проспал. Обещаю, больше такого не повторится.

– Правда? – вдруг мурлыкнул Том, настолько резко поменяв настроение, что Билл замер, дезориентированный. – А чего это тебе не спалось? – все тем же тоном продолжал гитарист, заставляя дрожать от низких, ласкающих ноток в голосе. – Обо мне думал? – подойдя совсем близко, Том взял его за руку и потянул на себя.

– Ты что делаешь?! – зашипел Билл, нервно оглядываясь по сторонам. – Не смей приставать ко мне на работе!

– Черт, – недовольно фыркнул Том, отступая в сторону. – Мало того, что ждать пришлось, так он еще и весь кайф с утра пораньше ломает.

– Я тебе не только кайф сломаю, если будешь лапать меня на рабочем месте, – оповестил Билл и, гордо пройдя мимо, направился в здание.

Том ухмыльнулся и пошел за ним. Молча дождались лифта, народу не было и они вдвоем зашли в пустую кабину. Едва двери закрылись, Билл, оказался прижатым к стене. Хотел что-то сказать, но его грубо заткнули поцелуем. Том навалился всем телом, втиснув бедро между его ног и забравшись руками под свитер, начал поглаживать поясницу, углубляя поцелуй. Нежно прикоснулся кончиком языка к небу. Чуть отстранился, лизнул подбородок. Снова нырнул языком в рот, трогая штангу. Пальцы в это время пробрались под пояс джинсов, сжав ягодицы. Билл всхлипнул, чувствуя, что начинает возбуждаться.

– Подожди, подожди же ты! – забормотал он, пытаясь увернуться. Том не реагировал, спустился поцелуями к шее, и потерся бедрами о бедра Билла. – Ну что ты делаешь? Том, не надо…

– Че-е-е-рт! – простонал гитарист, утыкаясь лбом Биллу в плечо. – Ночуешь у меня! Понял?!

– Я не знаю…

– Я знаю! И если понадобится, я сам позвоню твоей маме и предупрежу, что домой ты сегодня не придешь! – Билл смущенно фыркнул и обнял его, испытав прилив нежности, но очень быстро опомнился и отошел в противоположную сторону кабины.

– Ты просто маньяк какой-то! Зачем надо было на меня так кидаться?!

– А с тобой по-другому нельзя…

Том хотел еще что-то сказать, но тут лифт дернулся и замер, тихо распахнув двери. В большом мире вовсю суетились люди, и возможности продолжить разговор не было никакой. Да еще и Рэйчел, будто поджидая их, выглянула из приемной, когда они проходили мимо.