Любимый по судьбе (СИ) - Мезенцева Екатерина Юрьевна "Тринити" - Страница 99

Ааа, вот какую песню она запела сейчас.

- Вот как ты заговорила теперь?! – воскликнул я, разбудив Ромку, но успокаивающе погладив его по груди. – Что, теперь так будете удерживать меня рядом с собой?! А что потом? Сделаете мне справку, что я инвалид и не позволите работать?!

- Родной… – растеряно проговорила мама. – О чем ты…?

- Пусть приезжает, – шепотом проговорил Ромка, взяв меня за руку.

Я удивленно посмотрел на него, а потом, собравшись с духом, проговорил.

- Хочешь знать где я? Приезжай, только одна… Я хочу поговорить с тобой, – сказал я.

- А ты что домой не собираешься возвращаться? – совсем ничего не понимая, спросила мама.

- Посмотрим, может вы сами не пустите меня на порог, – хмыкнул я.

Я назвал ей адрес и сбросил вызов.

- Не переживай, – Ромка обнял меня со спины. – Мы сильные, мы справимся с этим.

Мы по очереди приняли душ, не вместе, потому что это затянулось бы надолго, а мама, взбудораженная моими словами, прилетит сюда быстро. Заказали завтрак и пили кофе с круассанами, обсуждали, что ей скажем, а о чем умолчим.

Раздался звонок моего телефона. Звонила мама.

- Да, – я поднял трубку.

- Я подъехала, – как-то напряженно проговорила она. – Что дальше?

- А дальше проходи в 17 номер, – хмыкнул я.

- Петь, я надеюсь…

- Перестань надеяться, – воскликнул я. – Иди и сама все посмотри.

Я снова первый сбросил вызов.

- Успокойся, – Ромка сжал мою ладошку в своей. – Только не кричи, криками ты ничего не добьешься.

- А нормальных слов она не понимала раньше! – взвился я. – Вообще не хотела меня слушать, понять!

Все внутри снова затягивалось в страшный узел. Нет. Не хочу его снова потерять!

- А когда ты кричал – понимала? – усмехнулся он.

Я потеряно посмотрел на него.

- Послушай, твоя мама психолог, с ней нужно разговаривать спокойно, и привести ей несколько доводов, чтобы убедить в своей точке зрения, – мягко улыбаясь, проговорил он, смотря в мои напуганные глаза.

- Я пытался! Говорил, что без тебя умру! – возмутился я.

- Но не умер же, – как-то грустно усмехнулся Ромка. – И я жив…

- Ром…

- Нет, – перебил он меня. – Это мы с тобой понимаем, чего нам это стоило, а им свои чувства ведь не покажешь! Нужно объяснять, – нахмурился он.

- Она же видит, как я изменился, как я относился к ней раньше и сейчас! – прошептал я, опустив голову. – Неужели она считает, что это нормально?! Я раньше бы убил за нее, терпеть не мог, когда она плакала, а теперь сам довожу ее! Мне по-прежнему больно видеть ее слезы, но и какое-то спокойствие внутри появляется…

- Это обида, котенок, – Ромка пересел ко мне и обнял, заставив положить голову ему на плечо. – Тебе больно самому, и ты хочешь заставить страдать тех, кто причинил тебе боль. Правда, я думал, что ты будешь глумиться над отцом, – усмехнулся он.

- Ты же запретил к нему подходить, – насупился я. – Я с ним теперь вообще никак не общаюсь.

- Ну вот, – пожал он плечом. – А на счет твоих слов об изменении… Ты не умер, как говорил ей, да ты сильно и резко изменился. Но у тебя такой возраст – экспериментировать, искать себя… Вспомни, ты же нефором тоже резко стал. Просто в один день, как-то перестал носить нормальные шмотки и все, – я задумался. – Твоя мама, безусловно, переживала за тебя и видела, что с тобой твориться. Но так же она знала из-за чего это и могла думать, что ты сейчас пострадаешь, и тебя со временем отпустит. Ее тоже можно было понять в том, что она не хотела для своего сына такой жизни, – он печально усмехнулся. – Это не грех, Петь…

Я вскочил с дивана.

- Не грех – ты прав, – всплеснул я руками. – Но я чуть не совершил грех! Я чуть руки на себя не наложил! А все из-за них, и она это видела, Ром! Она видела и ничего не сказала, никак не отреагировала! – все возмущался я. – Что она за мать?! Хотя… Она идеальная пара для нашего отца, – хмыкнул я.

Ромка снисходительно улыбнулся мне.

- Петь… Не позволяй обиде лишить себя матери, – он тяжело вздохнул. – Все ведь у нас хорошо теперь? – спросил он.

- Еще пока не известно, – фыркнул я. – Вдруг меня в психушку упекут, как только отец все узнает…

- Успокойся, – одернул меня Ромка, услышав стук в дверь. – Иди, открой, а то если я пойду, твоя мама в обморок грохнется, и мы еще не скоро сможем поговорить.

Я пошел и открыл дверь номера. Мама обеспокоенно посмотрела на меня, но я молча отошел, пропуская ее в номер.

Мама прошла в номер, внимательно осматриваясь, а когда заметила Ромку, замерла, уставившись на него, словно на призрак. Я только фыркнул от подобной реакции и подошел к нему, садясь рядом.

- Привет, Маш, – Ромка улыбнулся ей и указал рукой на кресло напротив, в котором он завтракал. – Присаживайся, у нас есть небольшой разговор…

Мама как сомнамбула подошла к креслу, села и все это не отводя взгляда от Ромки.

- Я рада тебя видеть, – наконец, придя в себя, проговорила она и улыбнулась.

Что странно, я не заметил фальши ни в ее голосе, ни в глазах.

- Я волновалась, – она виновато посмотрела на Ромку. – Прости, что все вот так вышло…

- У тебя есть шанс получить прощение, – кивнул Ромка. – Но не думаю, что он тебе понравится…

Мама закусила губу и посмотрела на меня.

- Как вы встретились? – спросила она. – Костя сказал, что Рома будет учиться еще год…

- Я быстро учусь, – усмехнулся Ромка, а я вдруг почему то покраснел. – Да и что мне еще там было делать? Ни телефона, ни компьютера. Никакой связи с внешним миром, а мысли атакующие голову, стали поедать мозг. Нужно было отвлекать себя, чтобы не сойти с ума, – пожал он плечами.

Мама виновато отвела взгляд.

- Стыдно? – усмехнулся я. – Ты все время кричала, что хотела, чтобы Ромка увидел в тебе мать, а сама ничего не сказала, когда его там заперли! – закричал я. – Да еще и заставив такое мне соврать…!

- Я только на кухне услышала, что Костя велел ему сказать, – всхлипнула мама. – Я тогда была растеряна, он сказал, что так будет лучше, что у вас еще будет нормальная жизнь…!

- И как? – горько усмехнулся я. – У меня нормальная жизнь?

- Ты сильно изменился, – кивнула мама. – Даже одеваться стал нормально, истерики стали реже, я решила, что ты забываешь…

- Боже! – воскликнул я. – Ты был прав! – рассмеялся я, повернувшись к Ромке. – Она реально решила, что я смогу жить без тебя!!! Да, что ты понимаешь вообще?! – зарычал я на нее. – Я бы не стал таким, если бы мы не связались с ним, и он не пообещал вернуться, если бы Макс не рассказал мне всю правду! Я был бы таким как и раньше: истерил, орал, огрызался, полностью бы ушел в себя. Нет! Я бы убил себя! – глаза мамы расширилась в ужасе. – Да, мамочка, это были не красивые слова, я НАСТОЛЬКО люблю его, поняла?!

- Н-но… – заикнулась она.

- Что?? Снова будешь говорить, что это не правильно, мерзко?! – Ромка помрачнел от этих слов. – А нам плевать! Мы нужны друг другу!!! Как воздух, понимаешь?! А вы заставили меня задыхаться больше года!

- Нет… – покачала она головой, по ее щекам скатывались слезы. – Я не то имела… Ты ведь… Почему ты ничего тогда не сделал? – я ошарашенно посмотрел на нее.

- А нужно было, да? Тебе бы было легче?? – в груди что-то сжалось.

Нет, я все так же люблю ее, Ромка прав, я просто сильно обижен.

- Нет! – вскинулась мама. – Я очень рада, что ты одумался… Просто… Если вы так любите друг друга то, почему ты не сделал этого…? Ты ведь тогда еще ничего не знал? – тихо, едва слышно спросила она.

- Потому что кое-что решил для себя, – холодно ответил я. Она вопросительно посмотрела на меня сквозь слезы. – Я решил, что если он не вернется к моим 18 годам, то я сам найду его, – улыбнулся я, мама вздрогнула. – И заставлю почувствовать то, через что я прошел… Но потом, Макс мне все рассказал, когда Кум сказал ему, что я резал вены… И я смог связаться с Ромкой, – я тепло ему улыбнулся. – Он пообещал, что вернется и заберет меня. Тогда я решил начать новую жизнь. Чтобы хоть немного забыть о старой. Чтобы были силы ждать его, а не чахнуть. Я просто на время заморозил себя всего, чтобы быть живым, когда он вернется, – я обижено на нее посмотрел. – Я всегда считал, что ты понимаешь меня… – я покачал головой. – Но ты даже выслушать меня не захотела…