Квартирант (СИ) - "listokklevera" - Страница 37

- Я тут с компашкой, - махнул куда-то в сторону зала Сергей, - сейчас скажу им, что встретил знакомых, и вернусь.

Костю прямо-таки подмывало сказать: «Не трудись, оставайся со своими друзьями», но он видел явный интерес со стороны Антона, то, как он буквально облизал взглядом широкую Серегину спину, и не мог портить ему вечер.

- А говорил, что гея никогда не видел, - подколол его Антон, когда Сергей отошел.

- Я и понятия не имел, что он гей! - возмутился Костя. - Он во всеуслышание об этом не объявлял, а слухов тоже никогда никаких не ходило.

- А откуда ты его вообще знаешь?

- В универе учились вместе, но, по-моему, это первый раз, когда я с ним разговаривал. Да и о чем с ним говорить? Абсолютно тупой качок.

- Ну не скажи, - не согласился с ним Антон, - фигура у него то что надо, а интеллектуальные беседы я найду с кем вести.

Сергей вернулся слишком быстро, при этом притащив с собой свою бутылку с пивом и тарелку с шашлыком.

- А вы чего ничего не заказываете?

- Я не голодный, - отрезал Костя, жалеющий, что вообще придумал эту идею с гей-баром.

- Можно и заказать, - одновременно с ним сказал Антон, улыбаясь и чуть наклоняя голову к плечу.

Косте захотелось схватить Антона и хорошенько потрясти, чтобы повылетала всякая дурь! Это ж надо, что удумал — кокетничает с Калининым! Дикость какая! И главное, делает это так тонко, что и не подкопаешься.

- Так что, Кость, чем занимаешься? - поинтересовался Сергей, отхлебывая из бутылки, хотя официант принес стаканы. - Я помню, ты на курсе одним из лучших был.

- Работаю программистом, - с неохотой ответил Костя, пытаясь придумать причину, чтобы свалить и утащить с собой Антона.

- По специальности, значит.

- Угу, - невнятно буркнул Костя.

- А ты? - спросил у Сергея Антон.

- А я, - с готовностью принялся рассказывать тот, - работаю в спортивном клубе фитнес-тренером. Так что обращайтесь, у меня хороший клуб и программы разные есть.

- Так ты все-таки немножко программист? - заулыбался Антон, глядя из-под ресниц.

- Можно и так сказать, - с удовольствием подхватил шутку Сергей.

Костя чувствовал себя тут явно лишним, но боялся даже в туалет отойти — он все-таки Антона охраняет!

Они болтали ни о чем еще где-то с полчаса, Костя с Антоном все-таки заказали пиццу с халапеньо, и Костя рассчитывал, что они быстренько ее съедят и свалят, но не тут-то было. Пицца оказалась настолько острой, что пожар во рту приходилось все время запивать новой порцией пива.

Компания Сергея собралась уходить, и он пошел с ними попрощаться.

- Может, нам тоже пора? - пользуясь отсутствием Калинина, спросил Костя.

- Вроде неплохо сидим, - пожал плечами Антон. - Или у тебя какие-то дела?

- Так что… - замялся Костя, - он тебе понравился?

- Выглядит неплохо, и даже более.

Косте хотелось сказать что-нибудь резкое и нелицеприятное про Калинина, но он все-таки помнил еще про цель этого вечера и произнес совсем другое:

- Ты ему вроде тоже глянулся.

- Правда? - изумился Антон. - Он же глаз с тебя не сводил! Наверное, еще в универе запал.

- Чего?! - оторопел Костя.

Вот это засада! Не хватало еще, чтобы на него всякие мужики западали! Качки! Он поднял руку и сказал подошедшему официанту:

- Рассчитайте нас.

Официант принес чек одновременно с подошедшим Сергеем.

- Эй! Вы чего, уходите уже? - надулся тот.

- Да, - резко ответил Костя, натягивая куртку, и, не дав Антону даже попрощаться, схватил его за руку, демонстративно переплетая пальцы, и потащил к выходу.

Антон безропотно следовал за ним, улыбаясь во весь рот, пока Костя не видел.

- И что это было? - на улице спросил он. - Теперь я тебя от педиков охраняю?

Костя остановился и пристально уставился на Антона, внимательно изучая каждую черточку его лица. Антон даже дыхание затаил, так же внимательно глядя на Костю.

- Эй, ребята! - из бара выкатился Калинин и радостно замахал рукой. - Хорошо, что вы не успели уйти! Мы ж даже контактами не обменялись!

Костя мельком глянул на него, а потом качнулся к Антону и прижался губами к его губам. Антон тихо вздохнул и приоткрыл рот, приглашая внутрь, Костя тут же скользнул языком в тепло его рта, проводя кончиком по краю зубов, нежно прихватывая пухлую верхнюю губу, чувствуя, как Антон отзывается, целуя в ответ. Костя отшатнулся и, повернувшись, пошел в сторону дома. Странно, но спонтанный поцелуй вызвал замешательство, а не отторжение или гадливость, как вроде бы следовало ожидать. Антон, постояв пару секунд, поплелся следом.

Глава 11

Сергей так и остался смотреть им вслед, держа в руке мобильник, куда хотел забить номера.

Пройдя несколько шагов, Костя оглянулся на Антона:

- Ты чего плетешься? Догоняй.

Антон зашагал рядом, но до самого дома никто из них так больше и не произнес ни слова. В квартире Костя сразу пошел в ванную, а потом в свою комнату, негостеприимно захлопнув дверь.

Антон не подавал виду, но внутри его ломало и корежило. Вот нормально вообще Костя поступает? С легкостью касаясь его, ложась в одну постель, пусть и совершенно невинно, защищая и даже целуя. Это по-дружески? Так поступают все друзья? Есть ли надежда на что-то большее? Это такой намек на возможность отношений? Ему хотелось нагло вломиться к Косте в комнату и потребовать ответа или просто признаться в своих чувствах и посмотреть на реакцию. Но было страшно, ведь эта самая реакция вполне могла оказаться прямо противоположной ожидаемой!

Самым ужасным для Антона оказалось поведение Кости после — уже на следующее утро он вел как обычно, то есть никак. Нет, он нормально себя вел, по-дружески, как и раньше, но Антон-то рассчитывал, что хоть где-то проскользнет-промелькнет что-то, что даст надежду не только на дружбу. Он устал себя удерживать от рвущегося с языка признания; устал от зуда в кончиках пальцев, которыми хотелось коснуться стройной и сильной Костиной шеи, когда он наклонялся к Лакки, или кусочка обнажившегося живота, когда он потягивался; устал от покалывания губ, которыми хотелось потрогать колкую щетину на подбородке Кости, когда он вечером возвращался с работы. Антон чувствовал себя пружиной, которую закручивают и закручивают так, что она в любой момент может лопнуть. Он боялся не удержать свои признания, но и одновременно хотел этого, а там будь что будет!