Снежный плен 2 (СИ) - "Iwilia London" - Страница 35

том, что случилось. Было жутко стыдно. И было хорошо лишь то, что осталось учиться всего ничего... Но и эти месяцы стали для влюбленного адом. Адом, который выжег в нем остатки чувств. Ребята в школе смеялись, то и дело, издеваясь или подшучивая. В интернете, на его странице в социальных сетях, были размещены дурацкие картинки с подколами. Пришлось удалиться... В один момент он почувствовал себя на месте Билла. Только в тот момент сам Билл ходил уверенно по школе и никто не смел его обидеть или задеть. И наверно не только из-за Трюмпера... Он сам начал выглядеть по-другому и вести себя иначе. К нему потянулись люди, парень приобретал друзей... А Кляйн стал кем-то вроде изгоя, но по собственной воле... После выпускного парень попытался объясниться, но было поздно. Он и сам чувствовал, что прежней любви к Биллу уже нет... Осталась только обида... И непонятно откуда появившаяся злость, а за ней и ненависть к этому существу, которое однажды породило в нем любовь... Да и сам Трюмпер бесил – отобрал самое необходимое. Годы учебы в другой стране... А потом план родился сам с собой... Отомстить. А что еще делать? Когда больно, когда постоянно злишься на окружающих и ненавидишь самого себя?! Сначала он устроил приезд Трюмперов-Каулитцев в Ишгль. Затем, узнал куда они заселились... С его связями это было не сложно...

Хата вспыхнула пламенем. Мгновенно.

От автора: мне на самом деле нечего добавить, лишь то, что мы подходим к концу.

12 глава

Avt ©

Том ловко отталкивался палками и скользил лыжами по насту, присыпанному тонким слоем недавно выпавшего снега. Наверно сейчас парень даже не думал ни о чем, на автомате продолжая движения. Желание уйти было сильнее, чем страх перед волками, незнание дороги... Наверно сильнее всего на свете он боялся, что однажды будет себя винить в том, что остался на месте, когда Билл умирал. Поэтому сейчас он продолжал двигаться вперед. Хотя эмоционально и физически парень был утомлен достаточно, но что-то не давало сдаться. Когда Том закрывал на миг глаза, то тут же видел образ улыбающегося брюнета. Того Билла, в которого Трюмпер однажды так опрометчиво влюбился. Милого, доброго, нежного...

А когда мгновение заканчивалось, и Том открывал глаза, то видел перед собой только заснеженную дорогу и лес. Тело ломило от усталости, ноги уже давно замерзли, в принципе, как и пальцы на руках.

Он испытал невероятное чувство дежавю, когда земля под его ногами задрожала, а навстречу показалась большая машина на гусеницах вместо колес. Сердце парня пропустило удар, а тело полностью отключилось, отправляя его сознание в обморок. И он уже не слышал возгласов родного отца, не видел его слез, и не чувствовал теплых объятий.

Bill ©

Мне вдруг стало так холодно, что я проснулся. И хоть сначала в теле было не так больно, но стоило мне только шевельнуться, как по организму пополз поток боли. Мне даже было сложно определить, что именно у меня болит. Всё.

Я не мог открыть глаза, но слышал, как дрова потрескивают в нашем камине. Я наверно и Тома шаги слышал. От этого улыбка поползала по лицу. И хоть я не могу двигаться, я заперт в своем искалеченном теле, но я могу думать о том, что я обязательно помирюсь со своим ежиком. Но мне становилось все холоднее.

Вдруг запахло дымом. Наверно Георг снова что-то спалил. Рядом со мной кто-то ходит. Если Георг на кухне, значит это Том. Он волнуется обо мне.

Но почему мне так холодно?

А боль все сильнее. Тело немеет. Я чувствую, как чьи-то пальцы касаются меня, обжигают. И в секунду приходит понимание, такое странное, но правильное – это не Том. Его нет рядом. Снова треск сучьев, если камин растоплен, то почему мне так холодно?

А дымом пахло все сильнее. И кто-то вдруг начал кричать. И в диких криках я узнал голос Георга. А когда сжал ладонь, то обнаружил, что сжимаю что-то мокрое, холодное, похожее на снег. Снег? Я высунул язык и уткнулся им в... Снег.

Внутри все вмиг похолодело. Я приоткрыл один глаз. Все расплывалась. Картинка не хотела восстанавливаться. В мутном свете я видел пламя, я слышал крик Георга, несколько секунд и я разбираю его: «Помогите!» Сердце от чего-то подпрыгивает в груди, ибо этот крик наполнен необыкновенным страхом. Страхом смерти?

А потом кто-то снова прикасается ко мне, я чувствую, как меня переворачивают. Я вижу перед собой силуэт человека.

– Том... – и я еще могу говорить. Он ведь услышал?

Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы разглядеть человека. И вновь вернулось понимание того, что рядом не Том.

– Кляйн... – понял я. Внутри меня что-то дрогнуло, будто порвалось, когда я обернулся и увидел, что пылают не дрова в камине, а весь домик. И все отчетливее я слышал крики Георга. Он был внутри. Потом картинка снова стала расплывчивой, но только от слез.

А потом до меня дошел и его голос:

– ... Их больше нет, Билл.

Сердце билось мерно. А тело почему-то совсем перестало откликаться на мои импульсы. Я хотел бы встать, но и повернуться не мог. Я хотел бы что-то сказать, но язык мертвой плотью лежал, не двинувшись. Мне было необходимо почувствовать, родной запах, но тут не пахло ничем, кроме гари.

Я видел, как дом, окутанный огнем, начинает рушиться. А голос Георга уже давно стих. Но мне казалось, что не прошло и минуты... Я не замечал, как быстро идет время.

Меня снова отпустили на снег. А когда ненавистная мне фигура отошла в сторону, то я смог увидеть светлеющее небо. Я видел. Глаза уже привыкли к влаге, которая стояла в них. Я понимал, что это конец, и наверно пора обратиться к богу. Я не планировал умирать и не знал, как это будет.

Он стоял надо мной. Смотрел.

– Билли, ты прости, что я не нашел другого выхода. Но одна молния не бьет два раза в одно и то же место. И в этот раз вы с Трюмпером не выберетесь из снежного плена.

А я молчал. Я смотрел, как из-за горизонта появляется красный диск.

Я не знаю, что такое смерть и не планировал ее. Я не знаю, что такое смерть и не планировал ее. Я не хочу умирать вот так. Мне нужен Том. Мне нужна его поддержка.

Том, родной, я так много хотел сказать...

Где-то рядом раздается волчий вой. И не один. Рычание.

– Прощай, Билли... – человек исчезает. А я так и остаюсь лежать на снегу, под небом.

Так вот, Том... Времени мало, но знаешь, ты все равно не услышишь этих слов. Наверно ты будешь думать, что я разлюбил тебя, что ты сделал мне слишком больно. И да, даже сейчас мне не так больно, как тогда... Как все это время без тебя. Но я не разлюбил. Не разлюбил.

Клацанье зубов. И мне не страшно.

Небо. Рассвет. Начало чего-то нового, Том. Мы обязательно начнем сначала. Но я не готов умирать вот так...