Гарри Поттер и его наследие (СИ) - "TsissiBlack" - Страница 99

Распределение продолжалось. В конце-концов Слизерин пополнился десятью малышами

– пятью мальчиками и пятью девочками. Их усадили всех вместе и успокоили, как

могли. Сортировка закончилось, директор, по обыкновению произнес какую-то

белиберду и пир начался.

Эр всегда был голоден. Сейчас, конечно, нельзя было усесться в кресло с ногами,

но аппетиту это никак не мешало. Положив себе всего понемногу, он принялся за

еду, отвечая попутно на задаваемые любопытными вопросы.

– Хар-Эрри, скажи, а какие факультеты в Бобатоне? – это Панси.

– Дождя, ветра, огня и земли, – охотно отозвался Эр.

– А ты на каком учился?

– На всех понемногу. У нас можно было менять факультет, так как в Бобатоне

распределяют в зависимости от направления подготовки, а не по личным качествам,

как здесь. Дождь – это естественные науки: алхимия, естествознание, прикладная

колдмедицина. Ветер – это искусства и иностранные языки, огонь – боевая и

защитная магия, земля – астрономия, арифмантика, руны. Мне было интересно все.

Вот я и учился всему по чуть-чуть. На седьмом курсе я должен был окончательно

определиться со специализацией.

Ребята внимательно слушали. Искусства. Языки. Прикладная колдмедицина. Надо же!

А у них учат всякой ерунде да еще и практически не давая выбора.

– Почему же ты перевелся из школы с такими широкими возможностями? – спросил

Блейз, внимательно глядя Эру в глаза.

– Моя семья теперь здесь. А значит, и мое место тоже.

Воспитание не позволяло слизеринцам начать прилюдно расспрашивать новенького о

его личной жизни. Поэтому они перешли на нейтральные темы, как то – играют ли в

Бобатоне в квиддич (оказалось, что нет – только в магический крикет), сколько

языков Эру удалось выучить (демон не признался, что знает все, назвав лишь

арабский, французский, английский и итальянский).

Пир понемногу подходил к концу. Тарелки, наконец, опустели, и директор поднялся

со своего места:

– Гммм, еще несколько слов, после того, как все наелись. Напоминаю тем, кто уже

учится, а новички должны запомнить, что лес – запретное место для всех учеников.

Мистер Филтч, наш завхоз, также просил меня заострить ваше внимание на том, что

нельзя использовать магию в коридоре на переменах. С полным списком всего, что

запрещено можно ознакомиться у деканов ваших факультетов. Тренировки квиддичных

команд начнутся на второй неделе семестра. Всем, кто хочет попасть в команду,

следует обратиться к мадам Хутч.

Он сделал многозначительную паузу, после чего, поблескивая стеклышками очков,

провозгласил:

– А теперь – марш по постелям. Занятия начинаются с девяти утра!

Огромное количество народу пришло в движение. Самыми организованными были,

конечно, слизеринцы. Они моментально сгруппировались, окружая малышню со всех

сторон, и дружно все вместе покинули зал. Путь в подземелья был неблизким. По

пути старшие ребята обращали внимание малышей на приметные места, по которым

легко было сориентироваться. У входа на территорию змей был произнесен пароль:

«Чистая кровь», и все организованно вошли в полутемную большую гостиную,

оформленную в зеленых тонах. Когда-то давно Гарри Поттер пробирался на

«территорию врага» и ему не понравилось здесь. Теперь же он наслаждался

приглушенными тонами, неярким светом и своеобразным уютом этого места.

Слизеринцы выстроились полукругом у камина так, что самые маленькие оказались

впереди. Высокий Эр оказался в самом дальнем ряду. Вскоре дверь в гостиную

отворилась, и в нее вошел не кто иной, как хозяин этого змеиного царства.

«Однако, Сев держит их в железном кулаке, – подумал Эр, – прямо вечернее

построение. Ни разу не видел, чтобы МакГонагалл переступала порог Гриффиндорской

гостиной»

– Добрый вечер, – поздоровался тем временем декан Слизерина своим невероятным

голосом, от которого Эрри моментально начал млеть.

– Для тех, кто еще не в курсе – сообщаю, что меня зовут Северус Снейп. Почти

все, что вы слышали или еще услышите обо мне – правда.

Эр внутренне развеселился. Да уж. Правда. Особенно, если учесть, что чаще всего

Северуса Снейпа называли вампиром, летучей мышью и злобным ублюдком. Декан тем

временем продолжил:

– Я – декан одного из самых сильных факультетов этой школы и хочу, чтобы в этом

году такое положение вещей сохранилось, – лицо невозмутимо, глаза холодны. –

Привыкайте к тому, что остальные факультеты нас недолюбливают. Привыкайте

рассчитывать только на себя и друг на друга. По всем вопросам обращаться к

старостам. Меня тревожить только в том случае, если масштаб проблемы не

позволяет решить ее самостоятельно. Сор из избы не выносить. Все внутренние

конфликты решаются на месте, без привлечения посторонних. Расписание занятий

возьмете у старост. Вопросы?

Ответом ему было молчание. Выждав несколько секунд, Профессор снова заговорил:

– Отлично. Принц, подойдите.

Эр выполнил распоряжение «грозного Сева», как он про себя окрестил мужа, без

лишних вопросов. Как только юноша оказался рядом с деканом, тот

покровительственно положил руку ему на плечо. Этот жест сказал Слизеринцам

больше, чем все слова. Новенький – персона неприкосновенная, находящаяся под

личной протекцией профессора Снейпа. Обижать его опасно.

– Лорд Принц оказал нам честь, переведясь из Бобатона в Хогвартс. Надеюсь, – он

сделал многозначительную паузу и посмотрел поочередно в глаза каждому

семикурснику, – он не будет сожалеть о своем решении.

Слизеринцы опустили глаза в знак согласия. Снейп убрал руку и, молча

развернувшись, вышел. Все продолжали смотреть на Эрри, как на диковинку. Первым

очнулся Малфой, скомандовав:

– Малышню – в спальни. Остальные, кроме шестого и седьмого курса – свободны.

Требование было выполнено моментально.

– В этом году мы должны выиграть кубок школы. Поттера не будет – его перевели в

закрытую школу, один Мерлин знает, где находящуюся. Значит, поблажек Грифам

станет меньше. У нас есть шанс. Надо его использовать. Принц, ты играешь в

квиддич?

– Нет. Я, конечно, имею представления о правилах, но сама игра мне неинтересна.

Старшекурсники посмотрели на него так, как будто он признался в том, что он

маггл

– Ты что, девчонка? – влез Теодор Нотт. Видимо, ему отказал инстинкт

самосохранения.

– Хммм, – протянул Эр задумчиво, – какого рода доказательства обратного ты готов

принять?

Девчонки хихикнули. Им на ум пришли мысли совершенно определенного рода.

– Заткнись, Нотт, – оборвал уже собирающегося съязвить Теодора Блейз, – я тоже

не в восторге от этой глупой игры. Моя половая принадлежность тоже вызывает у

тебя сомнения?

– Что ты, Блейз. Ты совершенно точно – мужик. Не то, что этот красавчик из школы

благородных девиц.

При слове «красавчик» Драко ощутимо напрягся, но было уже поздно что-либо

предпринимать. Нотт упорно нарывался. Эр же заставил волосы переплестись в две

косы. При этом он чувствовал себя дураком, размахивая палочкой и произнося

заклинания вслух. На арабском.

После он убрал палочку, скинул мантию и занял боевую стойку для кулачного боя.

– Если тебе удастся достойно продержаться против меня хоть три минуты, я завтра

за завтраком в Большом зале при всех вслух признаю себя женщиной. При помощи

Соноруса. Если же нет, ты будешь прислуживать мне три дня. И учиться отвечать за

свои слова, – с улыбкой проговорил Эр.

Драко расслабился. Красавчик сам нарвался. Тео – лучший кулачный боец в школе,

где никто почти никогда не дрался без магии, правда. И декан будет недоволен. Но

кто ему, этому выскочке, виноват?

Теодор презрительно скривил губы и заставил предвкушающе замерших зрителей